Сон в тысячу лет (СИ)

«Открой глаза, Мико». — Прохладная рука легла на лоб.
«Отвали!» — Мико не знала, получилось ли у нее это сказать, но откуда-то издалека донёсся приглушённый смех.
«Она выкарабкается, — снова скрипучий заклинатель. — Дай ей поспать».
Когда Мико снова открыл глаза, очаг уже погас, а комната — всё ещё в тумане — окрасилась в розовый. Рассвет? Мико разглядела две тени в углу.
— Ты плохо выглядишь. — Первой тенью оказался скрипучий заклинатель. — Тебя бы тоже не мешало подлатать.
— Всё со мной в порядке. — Второй тенью был Рэйден.
— Целитель здесь я, помнишь? И ты, мой друг, разваливаешься. Что-то разрушает тебя, Рэйден. Я дам тебе настойку из женьшеня, она вернёт силы на какое-то время. Но что бы ты ни делал с собой, лучше прекращай.
Тень Рэйдена хмыкнула и привалилась к стене.
— Я бы с радостью, Шин, но это не моих рук дело. Не переживай, поправлюсь, как только… всё закончится. По крайней мере, я на это надеюсь.
Повисла пауза.
— А если Акира узнает, что ты притащил её сюда? — спросил Шин.
— Надеюсь, он скажет мне спасибо за то, что спас его… любимую. — Мико представила, как Рэйден скривился на последнем слове.
— Или мокрого места от тебя не оставит, — тихо рассмеялся Шин.
Рэйден отмахнулся.
— Он проторчит на Хого ещё дня три. Его оттуда не вытащить во время подготовки к празднику. Так что верну её и никто не заметит.
— В этот раз всё может быть по-другому. Из-за неё.
— Не будет, поверь мне. Лучше не болтай, а тащи уже свой женьшень.
Мико снова закрыла глаза.
В следующий раз комната снова была розовой. На этот раз из-за заката. Тени исчезли, а очаг снова полыхал огнём. Бок болел, но терпимо. Примерно так большую часть времени болело лицо Мико, когда заживало. Это была… привычная боль, с ней можно было жить и не хотелось умереть. Мико повернула голову, и что-то зашелестело. Поморщившись, она стащила со лба листок жёлтой бумаги с красными иероглифами. Заклинание. Похожий был прикреплён к стене над головой, ещё два — на раненном боку. Мико отметила, что на ней было чистая, не по размеру большая юката.
С удивлением Мико обнаружила, что может двигаться. Крякнув от натуги, она сумела привстать на локтях. Боку это не понравилось, но Мико стерпела.
Дом оказался лесной хижиной в одну-единственную комнату. Впрочем, у хозяина хватило средств застелить пол татами и соорудить добротный очаг. Вокруг стен стояли сундуки, на балках под потолком висели пучки трав, единственные сёдзи были распахнуты, приглашая в комнату вечернюю прохладу.
За дверью зашелестели голоса, зашуршали шаги и в комнату вошли Рэйден и Шин.
Целитель выглядел… обычно. Невысокий, загорелый, кареглазый, он не страдал излишней красотой и казался обычным человеком, и что-то подсказало Мико, что так и было. На узких плечах — серая юката, длинные волосы схвачены в конский хвост синей лентой.
— Очнулась! — воскликнул Шин, подлетая к Мико и кладя на лог прохладную ладонь. — Жара нет. Цвет лица бледноват, но ты потеряла много крови.
Мико перевела взгляд с улыбающегося Шина на Рэйдена. Он, настороженный и напряженный, бродил внимательным взглядом по её телу, будто выискивая раны, которые мог пропустить.
— Что случилось? — спросила Мико, отворачиваясь.
— О! — хлопнул в ладоши Шин. — Зарумянилась! Совсем чуть-чуть, но это очень хо…
— Юка оказалась ходящей, — перебил его Рэйден. — Она занималась магией при жизни и после смерти превратилась в мстительного духа. Они используют чувства людей — любовь, ненависть, вину — чтобы приходить к ним во сны и мучить. Обычно снами всё и ограничивается, но Юка, похоже, была сильной ведьмой.
— Но мы её изгнали, так что можешь не беспокоиться. Она не вернётся! — Шин кивнул на заклинание на стене и легонько похлопал Мико по плечу. — Всё будет хорошо. А теперь тебе нужно поесть и выпить лекарства. Я тебя зашил, намазал раны мазью и закрепил заклинанием, так что заживать будет быстро, но если не пить лекарств процесс может затянуться…
Шин тараторил и тараторил, так быстро и эмоционально, что Мико в какой-то момент перестала разбирать слова. Рэйден продолжал молча глядеть на Мико, и у неё от этого взгляда чесалось между лопаток.
 
— Может, хватит разглядывать? — брякнула Мико. — Я не рухну тут замертво, и Акира тебя не отругает.
Лицо Рэйдена перекосило, словно Мико ответила ему пощёчину.
— Ты чуть не умерла, — тихо сказал он.
— Брось, ну, провалялась денёк в постели…
— Ты не приходила в себя три дня, — в глазах Рэйдена читался ужас. — Шин сказал, что ты можешь не проснуться.
Мико замолчала и посмотрела на целителя. Тот неловко пожал плечами.
— Но всё же обошлось, — попыталась она рассмеяться. — Все живы и почти здоровы. Ну, кроме Юки, разумеется.
Рэйден медленно кивнул. Шин переводил обеспокоенный взгляд с Рэйдена на Мико и обратно. Мико хотела сказать ещё что-то ободряющее, но не находила слов, захваченная чёрными глазами Рэйдена. Почему он так смотрит на неё? Словно не узнаёт. Словно видит в первый раз.
— А я вижу, что моя юката пришлась тебе почти в пору! — встрял Шин, привлекая к себе внимание.
— Ты меня переодел? — Мико оторвалась от Рэйдена.
— О, нет, что ты! Я бы не посмел прикоснуться к женщине без её разрешения! — Замотал головой Шин. — Это всё Рэйден!
Мико залилась краской и плотнее запахнула юката. В груди поднялась привычная волна раздражения.
— Всё успел разглядеть? — прошипела она. — Развратник.
— Ой, да было бы на что смотреть. — Рэйден скривился и скрестил руки. — Ты себя-то видела?
Мико показала ему язык и с облегчением выдохнула. Всё вернулось на свои места. Странное напряжение, возникшее на несколько долгих мгновений, испарилось.
Шин непонимающе поскрипывал, глядя на своих гостей. Ему было явно неловко.
— Еда и лекарства! — наконец нашёлся он и поспешил к очагу греметь посудой.
====== Глава 19. Шёпот сердца ======
Мисо-суп пах водорослями и бобами. На поверхности плавали неровно нарезанные кусочки тофу и мелкие коричневые грибы. Мико терпеть не могла мисо-суп, и в детстве мама могла долго уговаривать её съесть хотя бы пару ложек. Но этот мисо-суп Мико проглотила мгновенно, выпив прямо из пиалы. Она будто не ела целую вечность. Желудок, наполнившись супом, довольно булькнул и запросил добавки. Отварной рис с кусочком пареной рыбы тут же отправились вслед за супом.
— Хороший аппетит! Точно идёшь на поправку, — похвалил Шин, который не успел опустошить и половины своей пиалы.
Они сидели за маленьким столиком у очага. Пламя уже почти потухло, но ещё грело щёки, и Мико щурилась от его дрожащего тепла. Рэйден ковырялся в рибе, разбирая её на мелкие волокна, но есть не торопился. Выглядел он гораздо лучше, чем в ту ночь, когда Мико нашла его на веранде. В глаза вернулся блеск, щёки порозовели, в позе появилась сила.
«Он тоже пошёл на поправку, или это женьшеневая настойка Шина поставила его на ноги?» — подумала Мико, украдкой разглядывая тэнгу.
— Юка может ещё вернуться? — задала Мико вопрос, который старательно отгоняла с момента пробуждения. Воспоминания о ней, пусть и подёрнутые дымкой полыни и смазанные болью, вызывали дрожь. По спине пробежал холодок, а вмиг ослабшие руки чуть не выронили пиалу с едой.
— Я нарисовал тебе амулет от кошмаров. Он лежит в рукаве твоей юката, — сказал Шин. — Пока ты не избавишься от чувства вины, Юка может снова отыскать эту нить.
— Как же мне от него избавиться? Я даже не знала, что оно у меня есть!
— Понять, что это было лучшее решение в той ситуации и ты не могла поступить иначе, — сказал Рэйден.
— Ах, ну, да, мне сразу стало легче, спасибо! — хмыкнула Мико.
— Разберёмся с твоими чувствами по ходу дела. — Рэйден отставил еду в сторону. — А теперь, если ты доела, нам пора возвращаться, пока Акира ничего не заподозрил. Я собираюсь воспользоваться нашим договорим и попросить тебя молчать о происшедшем, об этом месте и о Шине. Все эти три дня ты спокойно жила в замке и никуда не отлучалась.