Сон в тысячу лет (СИ)

— Если ты мне всё не объяснишь, я расскажу обо всё Акире. — Мико предприняла ещё одну попытку добиться своего.
— Не расскажешь.
— Чего это?
— Уже забыла про нашу маленькую сделку? — в голосе Рэйдена слушалась ухмылка.
— Она не касается…
Рэйден остановился и обернулся к Мико так резко, что она врезалась ему носом в грудь. Она не видела его, но чувствовала разгорячённое дыхание на своём лице. В миг она снова почувствовала себя уязвимой и беззащитной. Сердце затрепетало от страха. Перед ней был могущественный, пусть и лишённый крыльев, ёкай. А она по-прежнему была обычным человеком.
— Она касается всего, чего я захочу, — тихо проговорил Рэйден, и по спине Мико пробежали предательские мурашки. — Нужно лучше думать, прежде чем заключать сделки с ёкаями, человеческая девчонка. И в следующий раз хотя бы обсуждай условия.
Мико отступила на шаг и вырвала ладонь из руки Рэйдена. Он вздрогнул, но ничего не сказал. Глаза наполнились слезами, Мико сжала кулаки.
— Ненавижу тебя, — процедила она сквозь зубы, прожигая взглядом темноту. — Ненавижу.
— Я и не претендую на твою любовь, — хмыкнул Рэйден, и Мико услышала, как он развернулся. — Постарайся не отставать. Мы почти добрались до выхода.
Через несколько шагов в пещере запахло морем, а вскоре вдалеке забрезжил слабый свет.
====== Глава 13. Две чаинки, оленьи рожки и тишина сердца ======
Проход закончился широким, тенистым гротом, подножие которого омывал океан. Солнечные лучи ныряли в воду и их отсветы танцевали на стенах грота. Глаза тут же заболели, и Мико, скривившись, зажмурила один глаз.
— Мы… Я не думала, что океан так близко.
— Он и не был близко, — бросил Рэйден через плечо. — В дыре, куда мы спрыгнули, оказалась брешь. Ты так увлеклась падением, что даже не заметила? Поэтому цутигумо за нами и не последовала — она не может покидать свою пещеру.
— Ты же сказал, что…
— И ты поверила?
Мико подавила желание зарычать и покосилась на увесистый камень под ногами, представив, как швыряет его точно в голову Рэйдену. Тот продолжал идти вперёд — к воде, прыгая по камням и не оглядываясь.
— Что такое бреши? — Мико решила вытрясти из Рэйдена хоть что-то полезное. Если, конечно, и тут он не наврёт.
— Дырки такие в пространстве, — пожал плечами Рэйден. Он наконец добрался до края грота и, уперев руки в бока, хмуро оглядывал океан, наверно, рассуждая о том, как им выбираться дальше.
— Что это значит? — Мико щурилась от яркого света, но зато солнечные лучи быстро стали согревать кожу, прогоняя дрожь.
Рэйден мотнул головой, откидывая со лба влажные волосы и подставляя бледное лицо солнцу. Поджал губы, словно бы размышляя, стоит ли тратить своё время на объяснения, потом перевёл взгляд на Мико. Она вскинула брови, как бы говоря: «Ну, что?»
— Что ты знаешь о землях Истока? — наконец спросил он.
— Что это другой мир, волшебный, в котором…
— Понятно, — перебил Рэйден. — Со временем история меняется, а? Никакой это не другой мир. Земли Истока — один из островов Хиношимы, такой же, как и все остальные.
— Но как же?..
— Нас согнали на этот остров и заперли. Ваши монахи наложили на остров семь печатей. Кажется, случилось это почти тысячу лет назад.
— Что случилось?
— А что обычно случается в таких историях? — Рэйден пожал плечами. — Война. Люди решили, что не хотят жить рядом с такими, как мы, что Хиношима — только их земля. Решили, что если запрут нас где-нибудь, то рано или поздно мы перегрызём друг другу глотки или попросту вымрем.
Мико нахмурилась, не зная верить рассказу Рэйдена или нет.
— Наверное, они вас боялись. Вы же едите людей.
— Некоторые из нас — да. Кто-то не лучше дикого зверя. Значит ли это, что надо без разбора изгонять всех ёкаев? За то, что у одних есть рога, а у других две пары глаз вместо одной? Среди нас было много тех, кто желал жить в мире. Да и — если уж на то пошло — разве люди друг друга убивают меньше?
Рэйден выглядел серьёным, без тени привычной усмешки, глаза его решительно блестели, и Мико показалось, что она стала свидетельницей чего-то, что обычно не было предназначено для чужих глаз. Но в следующий же миг взгляд его изменился и снова стал насмешливо-колким.
 
— А отвечая на твой вопрос, беглянка, не существует безупречных заклятий и печатей без изъянов. Тысячу лет ёкаи пытались пробиться сквозь невидимый купол, окружающий остров. Наша магия в этих попытках и создала десятки подобных брешей по всему острову. Некоторые соединяют разные части нашего острова, другие — ведут на ваши острова. Они похожи на такие коридоры или норы. Одни получились короче, другие — длиннее. Какие-то почти незаметны, вроде той, в которую мы упали сейчас или той, что соединяет твой остров с рёканом госпожи Рей. Некоторые будто царапают другие миры — в такую мы влетели по дороге к цутигумо. Третьи вообще ни на что не похожи. Время в них может замедляться, ускоряться или вообще течь, как ему вздумается. Да и я сам видел далеко не все — не так-то просто их отыскать и не всеми можно воспользоваться. Но все они — порождение хаоса, такой магией владели единицы высших ёкаев.
— Владели?
— Большинство из них проделали бреши и покинули остров. Оставшиеся дремлют где-то в глубинах земель Истока, слишком древние и дряхлые, чтобы делать хоть что-то, — в голосе Рэйдена промелькнула нотка презрения, но он тут же встрепенулся и кивнул на едва заметную каменную тропку, что вела к берегу и то появлялась, то исчезала под волнами. — Доберёмся до берега и полетим обратно к замку. Тут слишком много острых камней. Боюсь, если будем взлетать прямо из грота, я могу нас случайно поранить.
Не дожидаясь ответа, он прыгнул на ближайший камень, с него — на следующий и тут же — дальше. Мико с опаской посмотрела на неровную дорожку валунов, проверила, надёжно ли сидят сандалии и постучав для уверенности носками о пятки, оттолкнулась от земли.
Расстояние между камнями было небольшим, но неровная и влажная поверхность то и дело скрывалась под волнами — один неловкий шаг и можно ухнуть в воду. Об этом Мико старалась не думать и, чтобы отвлечься, размышляла над словами Рэйдена.
Истории о землях Истока она слышала разные. В основном о том, что там живут страшные, кровожадные ёкаи, которые временами проиходят на земли Хиношима, чтобы учинить бойню, похитить невесту или невинное дитя. О том, что когда-то ёкаи и люди жили на одной земле, Мико никогда не слышала и не знала, стоит ли верить Рэйдену, который уже достаточно раз ей врал ради каких-то своих, непонятных целей.
 «Спрошу у Акиры, когда вернусь, — решила Мико. — Хотя, зачем мне вообще это знать? Я должна найти Хотару, а не разбираться в местной истории».
Хотару. От мыслей о сестре у Мико засосало под ложечкой. Она ни на шаг не приблизилась к тому, чтобы её найти, не узнала, что сестра делала у цутигумо. Всё, что у неё было — картинка из зеркала и страшный сон. Впрочем, может быть, сон был всего лишь сном, и Мико не о чем беспокоиться? Может быть, Хотару, правда, жива и счастлива? Мико очень хотелось в это верить.
Когда Мико преодолевала последние камни, Рэйден уже ждал. Он стучал веером по колену, вытряхивая из него лишнюю влагу, расправлял и взмахивал, словно пробуя воздух и ища в нём опору.
— Плохие новости. — Он скривился. — Веер нас не унесёт.
— Почему? — Мико спрыгнула на песок и оглядела широкий светлый пляж, прикрытый стеной скал и зеленью леса. Пока она прыгала по камням, горячее солнце успело подсушить одежду и теперь начинало припекать.
Рэйден развернул веер и продемонстрировал несколько порванных лепестков.
— Нужно заменить, только тогда он будет снова работать, — хмуро проговорил он.
— Это же листья клёна? Нельзя просто нарвать новых?
— А ты как думаешь? — Рэйден сложил веер и спрятал обратно в рукав.
Мико скривила губы и скрестила руки на груди.
— И что теперь?
— Пойдём пешком. Мы сейчас, — Рэйден взглянул на солнце, — судя по всему, на западном побережье, значит, без приключений идти дня два.