Первое впечатление бывает обманчиво (СИ)

— Знаете, — после минутного молчания продолжила говорить девушка. — Я, конечно, Вам искренне благодарна, но мне нечего Вам поведать. Вы извините меня за грубость?
— Вам не за что просить прощения, — вздохнул я, внутри негодуя, что путница ничего мне не рассказала. По имени мастера я хотя бы мог узнать, откуда она родом, если ее учитель известен, а так… Девушка основательно решила сохранить свое инкогнито, если бы это было не так, то ее первые слова были бы не признательностью за спасение, а имя и к какому роду она принадлежит. Я, впрочем, тоже не стремился раскрывать, как меня зовут. Во избежание.
— Так значит, этих монстров называют белыми волками…
Я утвердительно кивнул. Но она даже не обратила на меня внимания, полностью погрузившись в себя. Я зевнул, удобнее устраиваясь в кресле. Разговоры, принятые в высшем обществе, всегда меня утомляют, я привык общаться по-другому. Да и девушка странная. Лицедейка из нее получилась бы отличная. По ее манере поведения и словам можно судить, что она благородных кровей и явно хорошо знакома с королевским двором, да и большего мне знать не надо. Я же не на смотринах и пользы от знания откуда родом путница мне нет никакой, только лишь для усмирения любопытства.
Как некстати, о себе напомнил желудок. Вот всегда так, когда я увлечен экспериментами, тружусь в лаборатории или читаю книги, я не замечаю ни усталости, ни голода, но стоит мне только расслабиться и присесть, голод накатывает с двойной силой, а иногда от усталости я даже не могу встать — так и засыпаю, где попало. Сегодня я выспался, а покушать, увы, забыл. И сейчас желудок напомнил о своем существовании. Как раз в самый неподходящий момент. Сразу вспомнилось, что и девушка несколько дней не ела, а я ничего с собой не принес, да и молчит. Сразу видно, что правила хорошего тона синеглазая девушка впитала в себя с молоком матери. Мысленно обругав себя за гостеприимство, я решил исправить данную оплошность.
— Может, Вы изволите прервать нашу беседу и перекусить?
Леди едва заметно улыбнулась.
— Да, если можно, — она вдруг «нечаянно» посмотрела на прикроватную тумбочку, где лежали лекарства. Я проследил за ее взглядом и немного смутился. Среди мазей лежал огрызок яблока, а я даже не заметил его.
Мне вдруг вспомнилось, что сегодня рано утром, когда я приходил осматривать девушку, я захватил с собой яблоко, заботливо подсунутое моей домовой Миленой. Но яблоко было благополучно забыто на тумбочке, и через несколько часов его нашла голодная девушка и быстро съела.
— Сейчас все будет, — заверил я девушку и свой живот, послав мысленную просьбу Милене.
Долго ждать не пришлось. Девушка не успела открыть рот, как в комнату влетело нечто рыжее, и быстро, на немыслимой для человека скорости, поставило между креслами круглый столик и расставило на нем яства: две тарелки с тушеными овощами, пюре, свежеприготовленный хлеб и два бокала с вином.
— Ну, наконец-то Вы соизволили покушать, — заворчала Милена, когда расставила еду.
Уперла руки в бока, посмотрела на меня так, как будто я был ее нашкодивший сынок. Девушка потрясенно смотрела на нее, будто перед ней было новое чудо природы. Открыла от удивления рот, рассматривая домовиху. Хотя, что ее так удивило? Милена была обычной: ростом мне до пояса, рыжие волосы собраны в пучок, средних лет, крупная, дородная фигура.
— Красавица, — констатировала домовиха, так же рассмотрев ее. — Но только слишком худющая. Но ничего, я тебя откормлю.
Я усмехнулся. Ну да, откормит. Она меня уже сколько лет пытается откормить и без толку. «Скелет» — как ворчит Милена.
— А вы не ухмыляйтесь, милорд, — погрозила мне пальцем Милена. — Тоже скелет ходящий. И только попробуйте мне не съесть, а то наведаюсь к вам сегодня в покои и заставлю съесть целую баранью ногу.
Я невольно вздрогнул. Милена держит свои обещания. Надо срочно проверить защиту в лаборатории.
— Милена, — укорил я домовую. — У нас гостья.
Она ничего не ответила, вихрем вылетев из комнаты.
— Вы, похоже, ее обидели… — проговорила девушка, отойдя от потрясения.
 
— Нет, — отмахнулся я, вспоминая, поставлена ли защита в лаборатории. Нет, придется все равно поставить новую, а то моя домовая с завидным упорством пытается пробить защиту и накормить меня. — Милена не обидчивая.
— А кто она?
— Домовой.
— Да? — удивилась девушка, но быстро взяла себя в руки и принялась есть.
Пару минут в комнате стояла тишина.
— А куда Вы держали путь? — поинтересовался я, когда мы поели. Может на этот раз удастся ее разговорить? Обычно на полный желудок люди охотно рассказывают о себе.
— В Ривен, — не стала скрывать девушка. Я вздохнул, она опять не договаривает.
Чувствовать ложь умеет каждый маг. Очень полезное умение, когда знакомишься с новыми людьми. Может поэтому у нас так мало друзей, и магов не часто можно открыто встретить в городах? Кто выдержит столько лжи?
— А где находится ваш замок, милорд? — внезапно поинтересовалась она.
— В днях четырех от Ривена, — немного поразмыслив, ответил я. Я пользовался телепортацией и мог мгновенно переместиться в место, до которого добираться было примерно неделю.
— Так далеко? — удивилась леди. — Я была в неделе пути от города
— Ну, вы долго лежали без сознания. Если миледи изволит, то я счел бы за честь проводить Вас до города, когда Вы до конца поправитесь, — и в раз избавиться от навалившейся на мои плечи проблемы.
— Нет, благодарю, не утруждайте себя… — даже слишком быстро отказалась девушка и, решив сменить тему, сказала. — Извините меня за бестактность, но я до сих пор не удосужилась спросить имени своего спасителя.
— Представляете, я вашего тоже, — я растянул губы в улыбке. Честно сказать, я надеялся, что она замнет эту тему и у меня будет весомый довод не говорить своего имени.
— Хорошо, — вздохнула леди, я даже удивился ее решению. — Я Вам поведаю его, но обещайте, что это останется между нами.
— Обещаю, — усмехнулся я и шутливо погрозил гостье пальцем, во мне вмиг разгорелось любопытство. — Но мне придется сдать Вас страже, если вы окажитесь хладнокровной убийцей, скрывающейся от властей.
Девушка не обратила на мою шутку внимания. Она прямо села, расправила плечи, вздернула подбородок и с неподдельной гордостью провозгласила:
— Перед вами Ее Высочество Эрика Келиодор.
— Да? — удивился я. Принцесса — это уже проблема. Стойте неужели… — Келиодор… это из рода Келиодор? Внучка короля Руфуса?
Принцесса скисла. Она видимо ожидала, что ее титул должен был произвести на меня большее впечатление. Людям свойственно мечтать…
— Правнучка, — мрачно поправила меня Эрика, не дождавшись должной реакции.
Какой кошмар. Руфус и после смерти не дает мне покоя.
Я скучающе посмотрел на принцессу, временно уйдя в себя. После выяснения имени девушка уже не предоставляла для меня интереса, тем более она из рода этого интригана, а подсчитывать в уме новый опыт намного увлекательнее. Эрика вновь откинулась в кресло, закинула ногу на ногу и угрюмо на меня смотрела. Я остался невозмутим. Я сейчас решал важную проблему.
— Вам совершенно безразлично, что перед вами принцесса? — не выдержав, спросила она, скрестив руки на груди. Пришлось оставить расчеты на потом.
— Для меня это не имеет никакого значения, — пожал плечами я и нисколько не покривил душой. Будь она хоть властвующей королевой, я не склонил бы перед ней колено.
Сколько мне крови эта семейка попортила, особенно король, если бы не был монархом — испепелил бы на месте.
— И Вы не отдадите мне честь? Не преклоните колено? — еще больше удивилась девушка, обиженно взирая на меня своими синими глазами.
— Нет, делать мне больше нечего, — фыркнул я, стараясь не улыбнуться, смотря на обиженную за такое пренебрежение титулом принцессу. Вежливо общаться с этой девицей резко расхотелось.
— Но Вы же подданный королевства!
Видимо, с Ее Высочеством еще никогда так пренебрежительно не обращались. Эрика сейчас была похожа на обиженного пятилетнего ребенка, которому не дали конфетку. Ей богу, такое забавное зрелище.