Выбор сделан

  
Ронда Дюкс
 
Выбор сделан
   
Пролог
 
Девушка поставила на парковку машину, старенький, видавший виды «хорнет», и вышла, жадно вдыхая сладковато-пьянящий запах хвои. Она любила приходить на елочный базар в первый день открытия, когда деревья стояли во всей красе, еще нетронутые придирчивыми руками занудных покупателей. Уж ей-то, с почти десятилетним стажем работы, не знать этих ворчливых дамочек и прижимистых холостяков! Да не дом же покупаете, хотелось произнести ей вслух… Она обходила голубые ели, сосны, пихты и каждый раз поражалась многообразию природы, способной вложить в каждую иголочку дерева неповторимый изумрудный оттенок.
  
Рождественская елка была ее первым и единственным воспоминанием отчего дома и счастливого детства: громадная комната, высокий эркер, красавица-ель и смеющиеся лица мужчины и женщины. Она тянет ручонки ввысь, к бело-розовому ангелу на макушке дерева. Мужчина подхватывает ее и подкидывает к самому потолку.
Святой ангел, Сент Энджел, говорит он. Санта Энджил, по-ребячьи вторит ему малышка. И все проваливается в темноту…
Только лет в пять в детском доме девчушка узнала, что вся ее семья сгорела в ту рождественскую ночь — в старый дом ночью попал кусочек недогоревшей шутихи от праздничного фейерверка соседей. Дом полыхнул как порох, удалось спасти только ее.
В госпитале она упорно называла себя Сантой Энджил, и в детских домах, по которым кочевала после коротких домашних передышек у приемных родителей, так ее и звали. Каждый год семью меняли, чтобы не было привыкания. Стараясь угодить во всем, она пыталась завоевать искреннюю любовь новых пап и мам, но в ответ получала лишь временную заботу и внимание. Истинная родительская любовь обходила ее стороной.
Грустная история детства и постоянное одиночество пробудили в Санте страстное желание иметь свою крышу над головой, свой дом и отчасти стали причиной того, что она пришла на работу в агентство по торговле недвижимостью. Находя нужное жилище для клиентов, она искренне радовалась за них и считала себя самой счастливой. С детских лет она испытывала удивительную тягу к домам. Для нее они были живые, как люди, и всякий раз, продавая квартиру или дом, она говорила «пока».
Каждый год она откладывала немного денег для первого взноса на покупку дома в кредит. Но недвижимость росла в цене, и каждый год осуществление мечты отодвигалось.
Санта тряхнула пышной копной пшеничных волос, отгоняя воспоминания и грустные мысли, и выбрала пушистую канадскую ель с длинными иголочками. Клерк ловко одел елку в прозрачный мешок и погрузил на багажник машины.
Ура, праздник почти начался, подумала Санта, выруливая со стоянки.
Разноцветные огоньки и искристый снег, укутавший купола церквей и крыши старинных зданий, наполняли город торжественностью и волшебством. Санта ехала по заснеженным улицам, погрузившись в раздумья. Она направлялась в свое агентство по торговле недвижимостью, нужно было уладить кое-какие дела перед рождественскими каникулами.
Внезапно она остановилась перед большим домом, построенным в викторианском стиле. Перед ним светился щит с объявлением о сдаче. Санта как-то пыталась разыскать владельца, но ей это не удалось. В окнах горел свет, значит, дом арендовали. Проклятье! Другому брокеру повезло.
Гадая, кому же удалось обскакать ее, Санта вздохнула, нажала на газ, но через секунду резко затормозила — другая сторона подсвеченного подмигивающими разноцветными лампочками щита гласила: «Восточная предсказательница Азиза. Ваше прошлое, настоящее, будущее. Узнайте всю правду о себе перед Рождеством. Войдите в Новый год новым человеком. Ваша жизнь только начинается! Праздничные расценки и скидки постоянным клиентам. Консультации по телефону в любое время, в любой точке земного шара».
Гм… Это любопытно. Санта решила выяснить, кто снял дом и через какое агентство. Если аренда краткосрочная, то тогда, возможно, после праздников дом снова попадет в список сдаваемых, и она разыщет владельца. Ей не хотелось работать в праздники, потому что все предыдущие дни были так плотно расписаны, что по сравнению с ней даже Золушка выглядела бы лентяйкой.
Она поднялась по дорожке к дому, нажала на звонок, ожидая восточную красавицу в цыганском обличье, в шали с кистями, с золотыми серьгами и монистами. Так оно и получилось — на пороге появилась смуглолицая женщина более чем средних лет. При каждом ее движении монисты издавали мелодичный звон.
— Входите, входите, — распевно пригласила она, словно ожидала гостью. — Я — Азиза.
— Санта Энджил, — пожимая руку, представилась девушка и улыбнулась, что не ошиблась в своих ожиданиях.
— Хотите, чтобы я погадала вам? Цена праздничная, всего десять долларов.
— Ух… — Санта взглянула на часики с маленьким ангелом на циферблате. — У меня мало времени, мне еще надо заехать в офис.
— Хорошо, тогда я просто назову основные события, которые вас ждут в ближайшем будущем. За пять долларов.
— В ближайшем будущем?
Санта оглядела прихожую, мозаичные окна, античную люстру и такие же бра. Этот дом манил ее, и хотелось подробнее узнать о его владельце. Поэтому она решила использовать момент.
— Думаю, ближайшее и краткое подойдет, — согласилась она…
Азиза кивнула, взяла кожаную курточку и кепку Санты, повесила их на оленьи рога, служившие вешалкой. Потом провела гостью в гостиную, в центре которой возвышалась елка, украшенная огнями, шарами и другими игрушками прошлого века. Наверное, Азиза получила дом в наследство. Они очень подходили друг другу: оба были древними, уютными, гостеприимными и располагающими. Эта мысль пришла к Санте, когда она села в плюшевое кресло, стоявшее у весело потрескивающего камина.
— Итак, что бы вы хотели знать? — поинтересовалась Азиза, усаживаясь прямо на ковер напротив нее.
— Кто владелец дома? — спросила девушка, улыбнувшись.
Прорицательница рассмеялась.
— Не я. Я сняла его на время праздников, прочитав объявление в газете. Если хотите, я найду телефон и адрес хозяина. Как я поняла, кто-то унаследовал дом, но может вступить в права только после Рождества и собирается продавать его.
Услышав ее слова, Санта обрадовалась. Такой чудесный дом, и так здорово будет показывать его клиентам! Это можно было считать первым предсказанием и подарком гадалки.
— Существует ли еще что-нибудь, о чем вам хотелось бы знать? — спросила Азиза.
— Какой еще подарок ждет меня к Рождеству? — улыбнулась девушка.
Азиза испытующе посмотрела в глаза гостьи.
— Живой и…
Санта не выдержала — она ведь целый день на работе и не может позволить себе завести ни кошку, ни собаку, а на птиц и рыбок у нее аллергия еще с приюта — и перебила гадалку:
— Я не могу позволить себе такую роскошь!
Азиза воздела руки к потолку — зазвенели тихо браслеты, как бы предупреждая Санту не спешить с выводами.
— Этот сюрприз — живой, тяжелый…
Девушку трудно было за один прием отучить перебивать собеседника. Да, на работе она терпеливо выслушивала клиентов до конца, но здесь она сама была клиентом.
— Но, дорогая Азиза, жеребца я тоже не могу себе позволить — я всего лишь арендую дом без права пользования двором и садом…
— Тяжелый, — продолжила гадалка, глядя в огонь камина, — весом в двести фунтов, жеребец, если вы хотите так его называть, но говорящий.
— Вы хотите сказать, что это мужчина. — Санта ахнула.
Азиза явно была довольна эффектом последних слов.
— Постойте, вы предсказываете, что рождественским утром я найду под елкой мужчину? — нервно смеясь, уточнила Санта.
  
— Именно так. Весом в двести фунтов. Желаете еще что-нибудь знать?
— Но… но никакого мужчины на Рождество я не заказывала. Я хотела скороварку. Ну, знаете, как сейчас рекламируют, такую навороченную. — Это было чистой правдой, но Санте показалось, что надо объяснить. — На днях я пробовала ростбиф, запеченный в такой штуке в секунду. Он выглядел ужасно аппетитным и был о-о-очень вкусным.