Барон Дубов 12 (СИ)

Тёмная энергия приливом набежала на корни, светящиеся зелёным и… исчезла. Но вместе с ней корни посерели и начали осыпаться безжизненным прахом.
— Твою ж мать… — прошептал поручик Маститов испуганно.
— И как нам одолеть её? — неуверенно шепнул Верещагин, глядя на меня.
Тварь тем временем яростно взревела и ударила по земле руками.
— Духовная атака! — вскричала Вдовина. — Сильная! Мне одной не сдержать!
  
И точно. Духовным зрением я увидел, как к нам несётся поток чужеродной энергии такой силы, что способен просто развеять наши души. Катя вскинула руки и прикрыла нас фиолетовым барьером, видимым только для духовных практиков. В этот же барьер влила энергию дриада, за ней князь Джугашвили, а потом и я. Натолкнувшись на преграду вражеский серп взорвался чёрной звездой. Барьер лопнул, как стекло, и его словно сдуло.
И на наши души обрушилась боль. К счастью, эффект от вражеской атаки этим и ограничился. Припав на одно колено, я с рычанием тут же распрямился. Оглядел всех вокруг, встретился взглядом с Хасаном, кивнул ему. Затем заметил Миту.
Девушка с фиолетовой кожей замерла на месте, слегка покачиваясь. Её фиалковые глаза закатились, обнажив белок глаз, покрытый сеткой капилляров, а рот слегка приоткрылся. С уголка губ тянулась ниточка слюны.
Твою ж мать! И этот монстр по её душу! Ни черта он у меня не получит. Я подхватил девушку на руки и пулей подскочил к Светлейшему князю. Выглядел он неважно, но стоял на ногах крепко.
— Князь, прикройте Пашу с Айлин и Митой, а мы… мы разберёмся с этой тварью. Ударим по ней из всего что есть!
Джугашвили, не говоря ни слова, присел возле тела Паши, рядом с ним на колени опустилась османка, и я усадил Миту, которая пребывала в трансе. Князь накрыл всех маленьким, но мощным куполом — через него и духовные атаки не проходили. Мита удивлённо похлопала глазами и уставилась на меня. Видимо, связь с тварью прервалась. Я знаками показал девушке, чтобы оставалась на месте и ни о чём не беспокоилась.
— Учтите, барон Дубов, меня… ненадолго хватит, — прочитал я по губам Джугашвили.
— А я с этой тварью миндальничать и не собираюсь, — ответил ему.
Я первым устремился к монстру, просто собственным телом пробив преграду из высохших корней. Они рассыпались, как пепел. Эх, если бы знать, что из тела духовного практика, захваченного роем, вырастет такая хрень…
На бегу смерил взглядом огромную тварь. Уф, здоровая, сука! Но страха я не испытывал. Её размеры сыграют против неё же.
Огромная рука монстра с легкостью впилась пальцами в землю, вытаскивая увесистый ком земли. И швырнула в меня. Накачав молот в руке маной, я ударил, взорвав энергию в последний момент. Взрыв разметал землю.
Тем временем следом за мной бросились в бой все остальный. Даже османы. Перед лицом общего врага, угрожавшего всему живому, вражда забылась. В тварь полетели копья Лакроссы, обдавая её огнём или морозом от Вероники. Целый рой пуль от всех остальных врезался в чудовище. Потоки ледяной энергии от княжны, взлетевшей в небо слева от меня. Куча летающих сфер Лизы били маленькими молниями по рукам и лапам Врага. А толстые и горячие молнии прилетали от Альфачика.
Тварь ревела и закрывалась руками. Её шкура оказалась достаточно прочной и выдержала большинство атак. Но лишь большинство. Правая человеческая рука была ранена до мяса, некоторые лапы опасно подогнулись из-за того, что сочленения или замёрзли, или были обожжены. Но это нисколько не сделало монстра менее опасным. Он широко размахнулся руками и хлопнул в ладоши.
Воздух сотряс громкий звук. Между ладонями Врага появилась тёмная сфера и мгновенно расширилась во все стороны, лопнув в итоге, как мыльный пузырь. Но она успела сбить Василису и задеть всех остальных. Только я, дриада и Вдовина смогли защититься, окружив себя духовными сферами. Остальным пришлось хуже.
Агнес умудрилась поймать упавшую княжну, вытянув собственные руки и зацепив их за деревья. Василиса спружинила о них и мягко упала в траву. И только потом я подскочил к ней.
Княжне, как и всем остальным, было дико больно. Её лицо посерело, а я ощутил такую злость, что меня чуть не разорвало на месте. Нет уж, я разорву эту тварь, но сперва…
— Ты в порядке? — спросил я девушку.
— Да, — скривилась она. — Больно немного, но я ещё могу сражаться.
— Хорошо. Сделаем ещё одну попытку. Если не выйдет — отступайте.
Я развернулся к твари, которую в это время сдерживали Сергей Михайлович, Маститов и Альфачик. Волкодав и Лютоволк вцепились зубами в руки монстра. Волкодав с рычанием грыз свою, а Лютоволк неистово бил электричеством свою. Монстр отчаянно махал руками, пытаясь их сбросить, а Сергей Михайлович носился между лапами, пытаясь поразить их мечом.
И всё-таки до чего толстая у твари шкура! Меч оставлял лишь небольшие порезы. Но если понадобится, целую тысячу их сделаем.
Но метания Сергея Михайловича напомнили мне о древней легенде: как одним незамысловатым способом завалили тварюгу побольше этой. Кажется, где-то в Арктике дело происходило.
В это время все остальные пришли в себя и вновь атаковали Врага. Им досталось куда меньше, чем княжне. Василиса просто оказалась ближе всех в момент атаки монстра.
Вдруг тварь ударила обеими руками о землю, и Лютоволк с Волкодавом, громко скуля, отлетели в разные стороны. Часть боли Альфачика передалась мне. И эта тварь мне точно за всё ответит.
На остальные атаки она уже не обращала внимания, зато заметила Сергея Михайловича и стала пытаться пронзить его когтями на лапах. Учитель уворачивался. Пока что. Но тут подоспел я. Одну из лап я ударил молотом, накачав столько маны, что меня чуть самого от взрыва обратно не отбросило. Но я врос корнями в мёртвую землю. Краем глаза заметил, как там, где я ступал, начинала расти зелёная трава.
Лапа монстра треснула и переломилась, но я уже бил топором по следующей. Лезвие оружия ярко засияло зелёным и туго вошло в плоть соседней конечности. Не перерубило, но нанесло ощутимый вред. Монстр взревел от боли и бешенства и резко подогнул все лапы.
— В сторону! — завопил Сергей Михайлович и побежал, но споткнулся о коготь монстра и покатился по земле.
Я уже и сам обо всём догадался. Отпрыгнул ровно в тот момент, когда монстр оттолкнулся от земли и резко приземлился, пытаясь нас задавить. Промахнулся. Но по земле к нам скользнула волна чёрной энергии и почти доползла до лежащего на земле Сергея. Я топнул ногой по земле, посылая волну корней навстречу чёрной силе. Так и удалось рассеять вражескую атаку.
Вдруг по монстру сверху ударили из пушек. Снаряды врезались в туловище встающего монстра и пригвоздили его обратно к земле. Это стрелял чудом уцелевший османский дирижабль.
(осм.) — Добиваем! — заорал Хасан и бросился вперёд, размахивая двумя ятаганами.
Он, княжна, Лакросса и несколько османских солдат атаковали лежащего Врага. Но не успели они что-либо сделать, как в воздух взлетела одна из лап чудовища и полоснула прямо по ним когтем. Лакросса успела пригнуться. Василиса создала перед собой ледяную преграду. Коготь сразу разрушил её, но Василису не достал. Зато ударил по османским солдатам и Хасану. Солдаты упали и скорчились от боли. Их вены быстро чернели. Вскоре они умерли. Та же судьба постигла и Хасана. Вот только выглядело это иначе. Яд когтей распространялся медленно по песочному телу генерала. Это выглядело, как тёмное пятно, расползающееся в разные стороны.
Хасан упал на колени с недоумением глядя на свой живот.
Зараза! Я сам собирался убить Хасана несколько минут назад, но теперь хочу, чтобы он жил!
  
Ну всё, тварь, считай, что ты сдохла.
Я громко свистнул, но на мой зов явился вовсе не Альфачик, а Волкодав.
— Твой питомец слишком сильно ранен, — пролаял он. — Садись на меня, что бы ты там ни задумал! Но никому ни слова об этом…
Я схватился за загривок Волкодав и оседлал его.
— Ни слова! — снова предупредил поручик, повернув морду.