Барон из МЧС-3 (СИ)

Но прапора в заветной ямке не было. Сбежал. Хотя такие не сбегают… Значит, он должен быть где-то рядом. Так оно и оказалось. Бесчувственное тело Чёрта лежало посреди густой травы в пятнадцати метрах.
Склонился над ним. Видок ещё тот: кровь из ушей и носа, синяки под глазами, словно получил несколько хороших оплеух от профессионального боксёра. И вся морда красная от лопнувших капилляров. Но зато дышит. Быстро вколол ему пару тюбиков с лекарством и стал ожидать.
Почти час приходил Чёрт в чувство. Потом, открыв глаза, хрипло прошептал.
— Мы с тобой на том свете?
— Живые, Антон.
— Маид ушёл?
— Сдох. Но не о нём сейчас. Как себя чувствуешь?
— Хреново, Даня. Когда очнулся от твоего подлого удара, выбрался из ямы и пошёл тебе или джину морду бить. Такой злой был, что всё равно с кем драться. И тут так шандарахнуло, что думал последние секунды живу. А потом открываю глаза и вижу твою поганую морду.
Значит, наша схватка с червём не была для окружающих такой безобидной. Но я ничего не почувствовал. Думал, что всё на мне с противником замыкается. Ан нет!
— На свою лучше глянь, — ответил я, временно отбросив аналитику боя. — Идти можешь?
Чёрт молча встал и прислушался к собственным ощущениям.
— Пока только идти. Даже лёгкой трусцой больше пары сотен метров не пробегу. Такой попутчик — только обуза, так что перемещайся к нашим, а я сам выбираться буду.
— Сдурел⁈ Или в чужой Реальности остаться захотелось? Идём вместе! Не только инструкторы курсантов в беде не бросают, но и курсанты инструкторов.
— Горюнов, нам сейчас не о благородных порывах думать нужно, а о выполнении задания.
— Иди в задницу, прапор. Сказал же, что не брошу, значит, не брошу. Не лучшее время для споров. Лучше обопрись на плечо.
Почти три часа мы плелись по гоблинским джунглям, приводя себя в приличное состояние. Наконец-то стало намного легче, и темп передвижения постепенно увеличился. На ходу обсудили вариант, чтобы я переместился к основной группе и уже вместе с ней подождал Станова на одной из контрольных точек. В принципе, идея разумная, а то в догонялки будем играть долго и можем не успеть к прорыву в родную Реальность.
Только пришлось обломаться. Мой организм, переваривая нехилую энергию маида, временно заблокировал все способности. Даже серп материализовать не могу. Так что пришлось больше суток бежать «самоходом», делая короткие привалы, подсвечивая фонариками себе дорогу ночью и мечтая о нормальном отдыхе.
Время от времени пытались через гарнитуры шлемов связаться с нашими. Никакого отклика. Значит, расстояние между нами больше трёх вёрст, поэтому и не ловит.
Хреново. Скоро выход к месту встречи с группой прикрытия, и мы с Чёртом явно не успеваем. Ждать нас, естественно, никто не будет. Уверен, что уже за мертвецов посчитали.
Внезапно прорезавшийся в наушнике голос лейтенанта Якутовой прозвучал, словно музыка.
— Ведьма, ответь Чёрту, — моментально отреагировал на это Станов.
— Живой⁈ — на радостном выдохе спросила она.
— Живые, — добавил и я в эфир. — Вы где?
— В детородном органЕ. Допускаю, что даже в мужском, так как всё слишком сложно. Скидываю координаты нашей лёжки. Только идите осторожно, не шумите. Тварей в округе немерено.
Послушавшись её совета, чуть ли не ползком стали пробираться к нашим. Несколько раз действительно чуть не наткнулись на небольшие разведывательные отряды харков, но смогли разминуться с ними, не привлекая внимания.
— Хвост за собой не привели? — кивком поздоровавшись, спросила Ведьма сразу же после воссоединения.
— Нет, — успокоил её Чёрт. — Смотрю, вас мало что-то.
— Табор Горюнова исчез.
— Как? — взволнованно поинтересовался я.
— А вот так. Как только твой таинственный «пацанчик» перестал рубиться с джинном, так сразу же и исчезли. Прямо на ходу растворились в воздухе. Искать было бессмысленно. А потом ещё одну магическую битву увидели. Радуга от неё столбом стояла, примерно на версту ввысь. Тут уж совсем не до поисков стало. Бежали так, как никогда не бегали, понимая, что скоро джин припрётся по наши души.
  
— Не припрётся, — успокоил я. — Он обиделся, что не такой красивый, как старшина Горюнов, и пошёл горевать в свою Реальность.
— Значит, это вы там так круто воевали? — спросила Зоя Воскресенская.
— Только Данила, — буркнул Станов. — Я же валялся в отключке, получив предательский удар от собственного курсанта.
— Уверена, что валялся героически, — хмыкнула Якутова. — Но мемуары потом писать будете. Сейчас важнее другое. Дальше хода нет. Заслоны настолько плотные, что ещё на первом спалимся и будем на части разорваны. Ждать, пока твари устанут нас караулить, тоже не вариант. Скоро вычислят место нашей дислокации и начнут загонять в ловушку, как зверей на охоте.
— Мы же с группой прикрытия рассматривали подобный вариант. Свяжись, и пусть бойцы прорываются к нам. А потом вместе…
— Не уйдём, Барон, — перебила меня лейтенант. — Мы рассчитывали выйти намного ближе к границе Реальности. Тем более твой табор вначале потерял возможность Круга, а потом и вовсе сгинул. Без такой пробивной силы идти на прорыв в сторону дома практически невозможно. Уверена, что это из-за невесть откуда взявшегося джина, нас раньше времени просчитали.
Я тут прикинула и решила, что придётся разделиться на две группы. Первая — это смертники. Они «засвечивают» себя, а потом уводят преследование. Вторая же группа дожидается, пока твари кинутся за первой, и уж потом, когда местные заслоны поредеют, подберётся к нашим из прикрытия на максимальное возможное расстояние. Иных вариантов не вижу.
— Верно, — согласился с ней Станов. — На отвлечение внимания пойдём мы с тобой, как самые опытные. И нужно ещё несколько бойцов взять для массовки. Уверен, что гоблинская разведка уже вычислила, что не два человека их базу разнесли. Ну, а к нашим… К нашим и одного курсанта достаточно. Лишь бы ценную инфу донёс. Думаю, Горюнов справиться должен.
— Ты забыл, что у меня Дар в полной отключке, — тут же возразил я. — И не знаю, когда восстановится. Так что на данный момент не самая лучшая затея посылать меня. Нужен опытный, имеющий силы спасатель. Ты пока тоже относительно слаб. Значит, пусть Ведьма идёт. На всякий случай дать ей в пару кого-нибудь не помешает. Ну, а мы с тобой и остальными курсантами зелёных по лесу прогуляем.
Разгорелся нешуточный спор, но, в конце концов, мой план оказался самым вразумительным. Его и приняли. На самом деле я соврал. Уже несколько часов было стойкое ощущение, что скоро мой минус Дар восстановится полностью. Максимум к утру. И это значит… Значит, что я могу один устроить такой бедлам среди тварей, что они решат, будто бы на них не диверсионная группа напала, а целая рота штурмовиков.
Только говорить об этом никому не стану. Слиняю втихаря. Иначе ведь не пустят. Объяснять же, что не хочу терять товарищей и намереваюсь найти следы табора — занятие бессмысленное. Да и Чах… Я не видел его мёртвым. Значит, стоит либо убедиться в гибели друга, либо помочь ему. Уверен, что если наумб жив, то валяется беспомощным в очень плохом состоянии, находясь далеко от своего жизненного донора. То есть меня.
Так что по всем расчётам Горюнова получается простая арифметика: моя жизнь против десятка товарищей. Посмотрим, насколько я удачливый сукин сын!
  
Глава 24
 
Как только наступила ночь, я не стал ничего особо выдумывать. Просто переместился на пятьсот метров назад к одному приметному деревцу, мимо которого мы с Чёртом проходили недавно.
— Ведьма, приём, — после этого проговорил в гарнитуру шлема.
— Чего тебе? Я же сказала связь выключить на всякий случай.
— Но сама же не выключила. Не об этом сейчас. Планы меняются. Ждите моей команды и всей группой идите к нашим. Я вас здесь один прикрою, а потом тварей погоняю.
— Ты каких местных корешков нажрался, что тебя так плющит? Не дури и займи позицию.