В точке кипения
У Лены перехватило дыхание от восторга, и Влад удовлетворенно кивнул. Несмотря на собственную молодость, он умел видеть настоящий талант и еще на собеседовании понял, что у Лены огромный потенциал. Она была одной из немногих соискателей, которые не просто тупо цитировали статьи законодательства, но пытались интерпретировать их своими словами. Так сухим канцелярским оборотам возвращался их первоначальный смысл.
В обед, как и планировалось, явился новый клиент. И даже не один. Когда Лена вслед за Владом вошла в круглую переговорную комнату со стеклянными стенками, за столом их ожидали две женщины и мужчина, все примерно маминого возраста. Когда собравшиеся обменялись вежливыми приветствиями и секретарша принесла каждому по чашке кофе, клиенты начали свой рассказ.
Как и говорил Влад, они планировали подать коллективный иск, но амбициозность этого дела впечатлила даже его. Клиенты решили обратиться в суд от имени атмосферного слоя, и не абы против кого, а против крупного автомобильного завода «Автошинпром». Поводом для иска стало производство автомобилей низкого экологического класса. По мнению истцов, они давно устарели из-за огромного количества выхлопных газов на километр пробега. Клиенты оказались технически подготовлены и предоставили несколько гигабайтов данных со статистикой и исследованиями, включая анализы состава воздуха. Объектом иска было воздушное пространство над всей страной, поэтому материалы собрали из разных городов и регионов. С учетом территориального масштаба, а также рассчитанного ущерба сумма претензии вышла баснословной. У Лены загорелись глаза – она даже не могла представить, что ее карьера начнется с такого большого и важного дела. Влад, напротив, слушал гостей со сдержанной вежливостью, то и дело что-то фиксируя в ноутбуке.
– Спасибо за такой подробный рассказ, – подытожил он. – Это очень интересно. Нам только нужно провести некоторые формальные процедуры – знаете, пройти внутренние согласования, внести данные в базу и все такое. После этого мы оценим стоимость наших услуг и вернемся к вам.
Лица истцов просияли, одна женщина не сдержалась:
– О, это так здорово, я так рада! Вы знаете, ведь многие отказываются! Ну… потому что сложно…
Она осеклась на полуслове, поймав укоряющий взгляд своего спутника.
– Понимаю, – улыбнулся Влад. – Давайте мы будем на связи. Елена, наш юрист, напишет вам в течение пары дней.
Мужчина протянул Лене визитку, и все поднялись из-за стола.
– А, если не секрет, – напоследок спросил Влад, – как вы достали все эти материалы и исследования? Объем работы просто фантастический.
– Привлекли студенческие лаборатории по всей стране, – ответил потенциальный клиент. – Я заведующий экологической кафедрой, есть кое-какие связи в науке. Ну вы понимаете.
Влад кивнул с самым понимающим видом и провел гостей к выходу.
– Вау, это же просто бомба! – не выдержала Лена, когда они встретились позже, чтобы обсудить результаты встречи. – Это дело века!
– Тихо, тихо, ты чего. Мы не возьмем проект, – глухо сказал Влад.
Внутри Лены что-то оборвалось – совсем как накануне, когда вместо шумных поздравлений ее встретила тишина пустой квартиры.
– Но почему? Это же такое дело… И гонорар, наверное, может быть большой.
– Нет, не может. Я специально спросил, откуда у них исследования. Думал, они их купили и есть какой-то спонсор. Но это просто инициатива на базе студенческих лабораторий. Денег там нет.
– Но деньги – не главное…
– Я бы взялся, – перебил Влад и посмотрел прямо ей в глаза. – Но это безнадежно. У завода сильное лобби, там половина акционеров – чиновники через подставных лиц. Мы просто растратим бюджет и ничего не добьемся. Еще и наживем врагов. Я не для того создавал фирму, чтобы вот так, из-за одного дела ее уничтожить. Поверь моему опыту, это не шутки. После таких дел конторы закрываются, а юристы остаются без работы.
Лена не могла поверить этим словам. Не могла поверить, что экологический юрист может добровольно отказаться от подобной возможности. Это дело сулило настоящий вызов: с высокими рисками и значимым выигрышем. Разве можно бояться такого, если выбрал профессию юриста?
– Прости, Лен, – закончил Влад и встал. – Будут еще проекты, я тебе обещаю.
Он ушел, а в голове Лены продолжали звучать голоса тех людей. Она вернулась за свой стол и рассеянно открыла блокнот, в который вложила визитку во время встречи. На маленьком кусочке картона значилось: «Наум Верин, заместитель ректора. Санкт-Петербургский экологический университет».
Глава 7
В гостиничном номере пахло амброй и пачули, а в окна настойчиво заглядывало настырное полуденное солнце. Комната уподобилась безмятежному оазису, пока жаркие улицы захлебывались прохожими и машинами. Регина и Матвей лежали на белой полосатой простыне, сшитой из дорогого сатина.
– А твои коллеги не хватятся тебя? – спросил он.
– Обед – это святое, – улыбнулась Регина. – Тем более вечером все равно никак.
Матвей перевернулся на бок, подставил руку под щеку и наклонился к ее лицу.
– Когда же у нас будет больше времени?
Регина коснулась его шеи, провела пальцем ниже и не ответила. Он имел в виду время для встреч, но для Регины это страшное слово «время» значило куда больше. Оно вмещало в себя те пятнадцать лет разницы в возрасте, которые навсегда останутся между ними. Регина знала: неотвратимость и жестокость этих лет пока что очевидна только ей – и в этом сражении Матвей ей не союзник. Наступит момент, когда она останется одна. Только она и эти пятнадцать лет. Матвей заметил ее отстраненность и наклонился совсем близко.
– Так что скажешь?
– Ты же знаешь, мне надо такое планировать. Посмотрим. Может быть, я смогу выкроить какой-нибудь вечер… Или даже выходной.
Матвей грустно усмехнулся.
– Да нет, я не про вечер. Я про совсем.
Регина посмотрела ему в глаза, изо всех сил надеясь, что ослышалась. Но Матвей продолжил, понизив голос до шепота: он словно наслаждался смятением, которое рождали в ней его слова.
– Поехали со мной в Окунево. – Он уткнулся лбом в ее острое плечо.
– Мы уже об этом говорили.
– Не до конца.
Регина села в постели и принялась искать белье в складках одеял. Она ненавидела, когда сложные разговоры настигали ее не по плану. Сегодня она рассчитывала только на чистое удовольствие без рефлексии. Но Матвей не отступал и попытался поймать ее за плечи.
– Давай поговорим.
– Я тебе уже все сказала. Я никуда не поеду. У меня дети.
– Твоим детям тоже здесь не место. Через несколько месяцев тут наступит хаос. А там у меня дом, ты можешь перевезти их туда. И у нас будет время…
Регина замерла, запустив руки под толстые упругие подушки. Холод сатина приятно обжигал кожу.
– Нет, у нас не будет времени! – выпалила она с энергией, неожиданной даже для самой себя. – У Темы больной отец, он не доберется туда. А я… Я не брошу Тему.
Настала очередь Матвея выпутаться из одеяла.
– Не бросишь?
– Господи, Матвей, ну он же отец моих сыновей! Это навсегда!
– Это не значит, что ваш брак тоже навсегда. Разве что ты сама так решишь.
Регина знала, что ее молчание будет более красноречивым ответом, чем слова. И она молчала, продолжая искать трусы под тонкой тканью. Вот ее рука что-то нащупала, и она принялась одеваться, свесив ноги с высокого матраса.
– Я знаю, сейчас ты этого хочешь. И я хочу, – начала Регина, призывая всю свою выдержку опытного юриста, наработанную за долгие годы в судах. – Но поверь, пройдет десять лет – и ты уйдешь сам. А я останусь ни с чем. Как бы я тебя ни любила, будущего у нас нет.
– Почему это я уйду?
Регина посмотрела на Матвея и в очередной раз увидела ребенка. Да, хорошо, что разговор зашел сюда. Так ей проще разглядеть правду. Нет, он не мужчина ее мечты. Не тот, с кем она состарится. Он – мальчик. Всего лишь ее любимый мальчик. И это не значит ровным счетом ничего. Ей стало так легко от этого открытия, пусть и с примесью отчаяния, что Регина нервно рассмеялась.