Снимай меня! (СИ)
В голове раздался шум, глаза закрылись, я просто рухнул рядом, тяжело дыша.
— Вчера я видел вас во сне:
Распущенной и непорочной,
Сплелись два образа во мне.
О боже, ножницы мне срочно.
Разрезать эти сути две и каждой дать на облик имя,
Спастись от мысли в голове, что вы развратная богиня…
…был всплеском страсти ваш ответ,
ведь солнце не порочат пятна, как знать:
богиня вы иль нет, но вы божественно развратны.
Катя слушала меня с открытым ртом, а потом смущенно натянула на себя одеяло.
— Ты знаешь, что ты очень необычный человек? — проговорила она, закрывая лицо, от смущения.
— Знаю. Иди ко мне.
Придвинув девушку и уложив голову на свою грудь, я чмокнул ее в лоб, глубоко выдохнув. Сейчас мой мир остановился, и все проблемы ушли на задний план. Теплая нега окутывало мое тело.
ГЛАВА 9
Смотря в потолок, после приятного и душевного секса с моей богиней, наблюдая, как день за окном сменяется ночью. Вода в душе перестала литься и Катерина на носочках побежала на кухню, напевая какую-то мелодию. Я слышал, что она слабо постукивает посудой, и мысль о девушке в моем доме даже порадовала. На телефон пришло уведомление от Эмилии, с адресом и временем завтрашнего, благотворительного, события.
Откинув в сторону трубку, заметил, что Катя стояла уже перед кроватью. У нее были слегка мокрые волосы. Она надела мою футболку, которая была ей как платье. Косметики на лице не было, легкий румянец на щеках делал из нее какое-то невинно дитя. В руках тарелка, с которой доносился приятный аромат, что разжигал аппетит, хотя о голоде я даже не задумывался.
— Ммм, что это? — спросил я, пока малышка подползала на коленках, ближе.
— Это тосты с яйцом пашот и авокадо, на сливочном сыре, — она прикусила губу, ожидая моей реакции.
— У меня есть такие странные продукты? — всматривался в красивое сочетание цветов на тарелке.
— А почему ты так удивлен? — выпрямилась она. — Ты что не ходишь в магазин?
— Честно? Нет, это делаем моя домработница, — усевшись поудобнее, я придвинул одной рукой к себе Катю, поцеловав ее в висок. — Она приходит ко мне 2 или 3 раза в неделю, убирает и покупает еду, которую потом часто выбрасывает из-за того, что я не успеваю съедать.
Катя разрезала тост, по которому стал стекать яичный желток, и медленно поднесла его мне. Это действительно было вкусно. После того как я съел из ее руки кусок тоста, она улыбнулась и облизнула свои пальцы.
— Вкусно? — спросила девушка, заранее зная мой ответ, но все же ей хотелось потешить свое самолюбие. Девушки любят разные комплименты, поэтому я даже не стал сопротивляться.
— Очень вкусно, ты волшебница, — заметил, как ее лицо начало краснеть.
— А хочешь, я тебе буду готовить? Тогда и продукты не будут портиться, — такой недвусмысленный намек прозвучал от нее.
— Я бы очень этого хотел. Малышка моя, меня дома так часто не бывает, что твои блюда постигнет та же участь, как и продуктов.
Катя расстроено опустила голову и стала отрезать следующий кусок. У нас и так слишком быстро развиваются отношения, чему я рад. Но совместное проживание, это точно не про меня. Тем более проблемы с братом еще не улажены, а я в них никого не хочу посвящать. Поэтому погладил пальцем по щеке девушку, поднял обратно лицо, всматриваясь в голубые и грустные глаза.
— Ты хочешь мне готовить? — наивно спросил.
— Я хочу для тебя делать очень много, — кротко ответила Катерина.
— А я не хочу, чтоб эти нежные руки готовили, убирали, стирали, — целуя пальчики, говорил я, наблюдая, как она тает от ласк. — Они нуждаются в уходе и в поцелуях. — Так, стоп.
Выхватил тарелку из рук, я поставил ее рядом с кроватью и уставился прямо в лицо Кати.
— А ну, поднимайся, так не должно быть, — она в растерянности смотрела на меня.
— Что случилось?
— Все хорошо, но я тебе даю ровно 15 минут на сборы.
— Ты меня выгоняешь? — в глазах промелькнул страх.
Расхаживая в поисках одежды, я подошел к ней, взяв за лицо, нежно чмокнул в губы.
— Ни в коем случае. Но прошу, собирайся.
Она послушно встала и начала приводить себя в порядок. Пока она одевалась, я сделал несколько полезных звонков и, схватив ключи от машины, выбежал из дома вместе с Катей.
Мы ехали по вечернему городу, наблюдая, как мелькают фонари у дороги, отражаясь в лобовом стекле. Девушка смотрела то в окно, то на меня, пытаясь утолить свое любопытство. Она теребила в руках подол сарафана и продолжала смотреть в окно, не решаясь спросить, куда я ее везу. Такое доверие в самом начале отношений восхищает и пугает одновременно.
Наконец припарковав авто у большого здания Планетария я накинул, на плечи Кати, свою куртку и повел ее внутрь.
— Планетарий? Ты что? Уже все закрыто, — с растерянностью в голосе говорила она.
— Для тебя все двери в этом городе открыты, — пафосно, но убедительно ответил ей.
Она залилась румянцем, и я несколько раз постучав в дверь, стал дожидаться своего знакомого, кому собственно и принадлежал этот музей. Много раз я делал ему фотосессию выставок, поэтому мог воспользоваться своим положением и небольшим блатом. Спустя несколько минут мы проследовали в самый большой и темный зал. Катя, открыв рот, смотрела по сторонам.
— Это выставка называется «небо для двоих», смотри — обнял за плечи ее, пока та рассматривала вокруг себя звездное небо.
В звездном зале нам никто не мешал провести время вдвоем, наслаждаясь великолепием Вселенной. Неповторимая атмосфера Планетария заметно расширила наши представления о необъятном мире космоса.
— Как тут красиво, — восхищенно произнесла Катерина.
Я провел ее за угловой столик, чтобы присесть. Там стоял уже наш легкий ужин, фрукты и белое вино. Катя не прекращала смотреть по сторонам, ведь мы были будто в открытом космосе. Приглушенный свет, россыпь звезд, музыка настраивала на романтику. Я смотрел на девушку, которая разглядывала звезды, восхищаясь ее нежностью. Она протянула руку вверх, пытаясь их достать.
— Мне кажется они так близко, что хочется потрогать, — с детской наивностью произнесла шатенка.
— Глядя на тебя на фоне звезд, далеких планет, забывается практически все, кроме любви, — она немного подпрыгнула на стуле и посмотрела на меня.
— Любовь? Не надо этих слов так быстро, — испуганно произнесла Катя.
— Почему? — на самом деле удивился я, потому, что для меня любовь это было нечто прекрасное, что окутывает нас каждый день, я не видел ничего плохого, если ее станет больше. А все стереотипы об этих важных словах вызывали только раздражение. — Наша жизнь полна любви, она может быть быстротечная или долгая, мучительная и вдохновляющая, любить можно всего несколько минут и несколько веков. Любовь прекрасна во всех ее проявлениях. Любовь везде, она вокруг нас и в нас самих, ее можно найти в красоте твоих глаз, в мягкости твоих губ в нежности рук, это все любовь.
— Ты такой необычный и такой притягательный, — она смущенно опустила голову.
Мы пили вино, общались и смеялись. Я узнавал ее лучше, а она погружалась в меня. Обстановка была великолепная, легкая ненавязчивая музыка, звезды которые кружили вокруг нас, свет переливался на наших лицах и глазах. Как никогда мне хотелось быть романтичным и наслаждаться этим.
— Могу ли я пригласить вас на танец? — протянув руку, я резко поднялся с места.
— Я не могу вам отказать, — скинув салфетку с колен, она вложила свою нежную ручку, в мою большую ладонь.
Как истинный джентльмен я повел девушку в центр зала, и мы закружились в медленном танце. Он был не пошлый, совсем. Мы не терлись друг об друга, я четко держал дистанцию, а моя ладонь не спускалась ниже поясницы. Мы смотрели друг другу в глаза, это было так нежно и так приятно.
— Ты такая красивая, моя богиня, — посмотрел я в переливающееся от бликов, лицо Катерины.