Снимай меня! (СИ)
Из всего долгого рассказал я окончательно убедился в том, что в кинотеатре была не она, и не она меня поцеловала. Единственная зацепка и моя излишняя самоуверенность привела меня не туда, как теперь поступить я понятия не имел. Признаваться, что ищу другую, и обижать это хрупкое создание я не могу. В голову пришла мысль, что смогу вытиснуть воспоминания о незнакомке с помощью моей волшебной Катерины.
— Я испугала тебя своим рассказом? Я так и знала.
— Ну что ты малышка, иди ко мне, — потянув на себя девушку, я прижал ее к груди, поцеловав в макушку. — Ничего ты не испугала.
Как такое возможно? Она заканчивает мои цитаты, она пахнет кокосом и миндалем, ее губы и поцелуй так похож на тот, что я ощутил. Все сходилось, каждый пазл, пока она не сказала, что у нее никого не было два года до сегодняшнего дня.
Катя попросила меня отвезти ее домой, чтоб отдохнуть, и после ее просьбы я сам ощутил усталость, согласившись завершить этот вечер.
Стоя у дома, я заметил, как девушка вновь начала смущаться. Это так веселило и умиляло одновременно.
— Петя спасибо тебе за эту волшебную встречу, хотя мне немного стыдно еще за то, что я так себя открыто, повела, но в общем спасибо, что ты был со мной, — отважилась и быстро проговорила она.
— Надеюсь, что буду еще, — легкая улыбка мелькнула на ее лице, после моих слов.
Она открыла дверь, чтоб выйти из машины, а я не дал ей этого сделать без прощального поцелуя. Обхватив нежно за шею, припал к сладким губам. Аккуратно я посасывал вначале одну губу, потом вторую, скользил по ним языком, и чувствовал, как она тает в моих руках, как держит за лицо нежно и как тяжело дышит.
Может она не та девушка из кинотеатра, но она прекрасна.
— Если не хочешь останавливаться, я могу увезти тебя к себе, — прошептал я, не отдаляясь от лица Кати.
Обхватив ее ладонь, приложил к своей ширинке. Мой член стоял уже давно, как только я прикоснулся к ее губам. Девушка залилась краской и, пробежавшись пальчиками по бугорку, убрала руку.
— Не соблазняй, немного потерпи, — она чмокнула меня и стала выходить.
А я будто взвыл на Луну и повернул голову к Кате, которая не успела еще закрыть дверь машины, решился на последний прием:
— Что есть любовь?
Безумье от угара,
Игра огнем, ведущая к пожару.
Воспламенившееся море слез,
Раздумье — необдуманности ради,
Смешенье яда и противоядья.
— Ромео и Джульетта? — Прищурившись, спросила она меня, а я кивнул головой в знак согласия.
— Оставь свой плач: печаль есть знак любви,
Излишество печали — безрассудство.
Подключилась к цитате Катя, произнося эти слова так, что у меня в висках за пульсировало от возбуждения.
— Катерина беги и закрывай дверь, пока я окончательно не влюбился и не потерял рассудок.
Девушка засмеялась, потому, что поняла всю мою слабость к Шекспиру. Она закрыла дверь, а я провел ее взглядом до дома в котором жила. Даже если это была не она, ну пусть все будет, так как есть. Я наполняюсь и снова расцветаю, и жить мне хочется опять. Не хочется себя растрачивать, а может, так и нужно было судьбе?
Из мечтаний и раздумий меня вывел звонок телефона, на котором высветилось имя брата. Подняв трубку, я не успел, произнесли приветствие, как вдруг услышал нервный голос.
— Брат ты где? Почему так долго отвечаешь? Алло? Ты тут? — сыпал вопросами Виталик, не давая мне и слова вставить.
— Что случилось? — кое-как вклинился я.
— Приезжай домой, нужна твоя помощь. Меня могут закрыть…
Он кинул трубку, а я не успел спросить, что он имел в виду этим выражением. Завел автомобиль и двинулся в сторону дома. Что-то внутри подсказывало, что на этот раз его шалости зашли слишком далеко.
ГЛАВА 7
Дверь моей квартиры была открыта, я не спеша зашел, бросив ключи на комод. По комнате расхаживал мой брат, нервничая и постукивая телефоном о ладонь. Заметив, что я пришел, он кинулся сразу в мою сторону, начал трясти за плечи, будто приводя в чувства.
— Чего так долго? — взволнованно спрашивал Виталик.
— Ну, я был не очень близко. Что случилось?
Он потеребил волосы на голове, а я смотрел в его красные глаза, то ли от недосыпа, то ли от алкоголя. Взяв из холодильника бутылочку холодного пива, я устроился в кресле напротив брата, отпивая прохладный напиток.
— Кажется, я убил человека… — содержимое моего рта выплеснулось наружу, от неожиданности.
— Чего? — глаза округлились, а холодное пиво впитали джинсы, оставляя темные и мокрые следы.
— Убил человека, девушку. Меня посадят? Да? Пожизненно? — тараторил брат, пока я пытался осознать, что происходит.
— Давай ты выдохнешь и все по порядку расскажешь мне, — я всунул новую бутылку пива Виталику, который сразу опустошил ее.
— В общем, ты же помнишь ту девушку, с которой я познакомился у тебя на съемках? — наконец выдохнув, начал он рассказывать все по порядку.
Я кивнул головой, хотя не мог вспомнить, из-за большого количества работы, и такого же количества девушек, что участвуют в съемках. Но это было не важно.
— Короче у нас завязывались отношения, секс все дела. И сегодня она меня позвала к себе домой, я приехал, а там было еще несколько человек с тусовки, — чуть запнувшись, брат посмотрел по сторонам, будто мы не одни в квартире и продолжил, уже шепотом: — кто-то притащил кокаин, ну я не знаю кто.
Я цыкнул и, опустив голову, пригладил руками волосы на голове, затянув сильнее резинку, что сдерживала тугой пучок.
— Нет, послушай, я не наркоман, у меня нет зависимости, — продолжал шептать он, а я, не выдержав, стукнул резко кулаком по журнальному столику, что брат подпрыгнул в кресле.
— Нет никакого разумного потребления, понимаешь? — агрессивно выплюнул я фразу. — Нет контроля у этих веществ. Если ты раз в полгода травки покуришь это одно, а если каждую тусовку по чуть-чуть это зависимость.
Глаза Виталика блестели от накатывающихся слез, он испуганно смотрел на меня как на дикого зверя. Он не был трусом, и не был размазней, видимо отходняк, так влиял. Но я выдохнув, обратно уселся в кресло и молча кивнул головой, чтоб тот продолжал.
— В общем я затянулся один раз буквально, — его голос дрожал, а мои скулы ходили ходуном, не чувствуя, что я сжимаю бутылку пива до белых пальцев на руках. — Все остальные пускали по кругу, и сколько они долбили, я не знаю. И мне это все не понравилось. Я вышел из комнаты и Ира, ну эта девушка, пришла за мной попыталась объяснить, что все нормально, что все модели сидят на наркоте, чтоб не пополнеть, чтоб быть в форме и прочее. Ну, я сказал, что больше не хочу и хотел бы провести время только с ней, а не с ее компанией. Непонятно как, но мы начали сильно ругаться, спорить, она кидала в меня какую-то посуду.
Виталик на секунду замолчал, видимо, чтоб собраться с мыслями. А я терпеливо ждал, хотя уже знал, что поедет он от меня в реабилитационный центр. Хватит уже возиться с ним.
— В общем, я начал уходить, она кричала на меня. Я стал спускаться по лестнице в подъезде, Ира меня догнала, била кулаками, орала что-то невнятное. Я не выдержал и попытался оттолкнуть от себя, но из-за всего принятого, координация была нарушена и она скатилась по лестнице. А когда я осознал, что я наделал, было поздно. Она лежала возле лестницы, а у головы…кровь
Дрожащим голосом произнес Виталик последнее слово, руки его тряслись, а из глаз покатились слезы, будто бы, наконец, понимая, что он натворил.
— Ты ее пытался привести в чувства? — ощущая, как мое сердце вырывается наружу, я старался держать себя в руках. Потому что понимал, что из-за искаженного сознания, все могло произойти не так, как он мне рассказывает.
— Да, понимаешь, я ее тряс, пытался поднять, но ничего не вышло. Вот рубашка вся в крови, — он протянул рубашку, которая лежала смятая рядом, и показал мне.