В стиле Ллойда (ЛП)

Я вернулся домой около четырех часов, и меня тут же встретил голодный Чонси. 
— Что ты ел до моего прихода? Ты никогда не был худым — спросил я его.
Он встал на задние лапы, отчаянно размахивая крошечными ручонками. Он проследовал за мной на кухню, наблюдая, как я роюсь в куче мусора возле раковины и в конце концов нахожу полпакета вяленой говядины. Я бросил ему несколько кусочков, а один положил в рот и, с удовольствием пережевывая, опустился на свой складной стул.
  
Я вспотел, что было типичным явлением в особенно жаркий июльский полдень. Благодаря большим эркерным окнам и металлическим стенам склад практически не защищал от жары или холода, о чем свидетельствует ужасная зима, которую мы пережили. Я тупо уставился на выключенный экран телевизора, слишком погруженный в свои мысли, чтобы обращать внимание на какую-либо передачу, размышляя о моем разговоре с Мирейей. Когда возбуждение от некоторых откровений поутихло, я задумался о том, как она поняла, что я скрываюсь, она была права. Именно поэтому я жил на заброшенном складе. Все пошло наперекосяк.
Обнаружив в себе суперсилу, но не обладая решимостью Бэтмена, я занялся воровством. У меня никогда не было моральных возражений против воровства, и я тщательно выбирал своих жертв: тех, кого я ласково называл "пацанами", первоклассных придурков. Из тех, кто не упустит ни пенни, ни двух потерянных в диванных подушках. Под "пенни" я подразумеваю тысячи долларов, а под «диванными подушками» свои ловкие пальцы. По сути, я был чем-то вроде Робин Гуда, хотя и прикарманивал большую часть добычи. Иногда я анонимно жертвовал на благотворительность, которая больше всего раздражала этих богатых придурков, оставляя квитанции и благодарственные письма в их почтовых ящиках.
К сожалению, преступная жизнь не окупилась в долгосрочной перспективе, и это в конце концов настигло меня. Я согласился на работу, ограбление, которое, должен добавить, я выполнил безупречно, — но мой клиент не смог сдержать свой язык под пытками и бросил меня под автобус. Говоря о пытках, я не прибегал к метафорам. Я даже не знал, у кого я крал и что именно я должен был украсть. Я расслабился, соблазненный высокой ценой. Вы не отказываетесь от пяти миллионов долларов, вы принимаете их и продолжаете работать. Моей задачей было украсть флэшку из хранилища богатого человека в охраняемом учреждении, которое казалось достаточно безобидным. Люди такого типа часто владеют информацией, которую следует изъять и обнародовать. Но владелец учреждения был могущественным, с хорошими связями и внушал страх. Мне просто повезло, что они еще не нашли меня, и я надеялся, что они сочтут меня недостойным дальнейшего преследования после того, как заморозят (или демонтируют? Они тщательно проверили) все мои активы и вернут украденное имущество. Я не мог полностью полагаться на это, поэтому держался в тени.
Обладая уникальным набором навыков и опасаясь снова что-нибудь украсть, я обратился к частному сыску, чтобы оплатить счета. Вроде. У меня не было офиса. Как и собственного бизнеса. Благодаря таким людям, как Боб, это было не особенно прибыльно. Те немногие, кто платил, покрывали мои расходы на продукты, и я полагал, что не могу требовать большего. Большинство моих клиентов были старше и были убеждены, что их дети замышляют ограбление. Или призраки. Несмотря на то, что я не рекламировал паранормальные исследования, у меня было бесчисленное количество дел, связанных с привидениями. Было невероятно трудно опровергнуть существование привидений. Иногда все происходит по-другому, как, например, на прошлой неделе, когда я имел дело с необычайно умными голубями с ловкими пальцами и склонностью к украшениям. Якобы.
Я, честно говоря, ожидал, что изменяющие супруги станут моим основным доходом. Тем не менее, я полагал, что для того, чтобы позвонить по самому сомнительному объявлению о найме частного детектива, которое только можно было найти, требовались старомодная паранойя и раннее начало слабоумия. Заставить их заплатить, конечно, было непросто. Как и Боб, никто никогда не был готов признать, что их безумные теории могут оказаться ошибочными.
К черту Боба.
Что есть, то есть. Это было не идеально, но я извлекал из этого максимум пользы. Теперь у меня был настоящий, пикантный кусочек интриги, в который можно было вцепиться зубами, а мисс Дельгадо, похоже, не из тех, кто может кого-то обмануть по счетам. Надеюсь. В своем волнении по поводу этого дела я забыл попросить задаток. Лучше не портить дело и начать.
Пришло время разобраться.
До захода солнца оставалось около десяти часов вечера, а летние дни упрямо тянулись все дольше. Мирейя прислала мне эсэмэски с адресами двух очагов возгорания, и я решил, что лучше всего разобраться с ними под покровом ночи. Когда у меня появилось свободное время, я устроился в своем походном кресле и стал искать жертв в Интернете.
Пьер Моро был профессором химии на естественнонаучном факультете Университета Калгари. Его аккаунты в социальных сетях были закрытыми и не раскрывали ничего необычного. Он был уроженцем Форт-Макмюррея, учился в местной средней школе, и это была, пожалуй, вся доступная информация. Веб-сайт Университета Калгари оказался столь же бесполезным. Я надеялся найти какие-нибудь биографические данные о профессорах, но в лучшем случае мне удалось найти имя декана факультета, и это все. Справедливо.
Информации о Мартине Янсене было так же мало, но его жена Барбара была немного активнее представлена в Интернете. Казалось, что они жили не по средствам, накопив значительные долги, на которые она открыто жаловалась на форуме сообщества. Тем не менее, в целом, в этом не было ничего необычного. Барбара вела обширный аккаунт в Пинтерест, лишенный чего-либо примечательного, и Инстаграм заполненный селфи в необычных ракурсах, демонстрирующими образ гораздо более молодой и стройной женщины. Они поженились в 2004 году, когда им было под сорок, детей у них не было, и они вели довольно обычную жизнь. Барбара редко выходила из дома, за исключением позднего завтрака и занятий йогой, и её частые жалобы на эти занятия были распространены по всему форуму. Таким образом, Мартин стал вероятной мишенью. Барбара, не колеблясь, отчитывала его перед своими коллегами в Интернете, высмеивая каждое его решение на потеху своим подругам из пригорода. Интересно, знал ли Мартин об этом.
Мне нужно было гораздо больше информации, чем предоставляла поисковая система. Поэтому я взял свой телефон, пролистал список контактов и нажал на китайский ДеВито.
— Привет, Джоно, это Ллойд — поздоровался я, прежде чем он успел заговорить.
— Чего ты хочешь? — раздраженно спросил Джонас Вонг. Его голос был хриплым, как будто он только сейчас проснулся. У него всегда был такой голос. Я был уверен, что это из-за сигарет.
— Не мог бы ты пробить несколько имен, для меня?
— Значит, ты взялся за дело этой леди, да?
— Да.
— Она тебе сказала, что видит всякое? — раздраженно спросил он, не пытаясь скрыть своего отвращения.
— Да, она видит придурков. Придурки повсюду.
— Пошел ты, Ллойд.
— Ты первый. Ты можешь назвать несколько имен или нет?
— Мне за это заплатят?
— Да.
— Отлично. Какие имена?
— Пьер Моро, преподаватель химии в университете, и Мартин Янсен, профессор чего-то в этом роде в Технологическом институте Южной Альберты.
— Ты можешь просто сказать «САИТ», Ллойд — проворчал Джоно.
— Не был уверен, что ты понимаешь сокращения.
— Пошел ты.
Я повесил трубку, не попрощавшись. Джоно справится. Он был придурком, но если помахать у него перед носом деньгами, он подаст налоговую декларацию Гитлера, в которой будут использованы лазейки и завышены вычеты.
  
Следующий шаг, следовать своим путем. Я нажал на другой контакт, на этот раз с надписью «Соленый рокер».
— Зачем ты мне звонишь? — спросил слегка невнятный, раздраженный голос. Я застал его под кайфом, что было приятно. Трезвый Саймон был невыносим, в то время как Саймон под кайфом был дружелюбным и непринужденным. В основном.