Не буду твоей (СИ)

Вампир обошёл машину и открыл багажник. Я ждала его под навесом, будто окружённая светлячками, беззвучно повисшими в воздухе.
Джозеф захлопнул крышку багажника и походкой грациозного хищника направился ко мне. В руках у него были два обреза.
До этого момента я не думала, что за дверью клуба настолько всё паршиво. Нам придётся палить в открытую? Обрез не оснащён глушителем, его не спрячешь в кармане.
  
Я обернулась на вход и прислушалась. Звуки музыки сотрясали стены, но не раздавались крики ужаса, никто не выбегал на улицу. Там ещё кто-то остался живой?
Джозеф остановился передо мной. Глубоко вдохнув, я обернулась. Казалось, Джозеф вылит из металла — сплошные мышцы, твёрдые, как камень.
Передавая обрез и патроны к нему, он смотрел на меня пристально. Я нахмурилась, силясь разгадать его выражение лица. Но тщетно.
Оно ничего не выражало и напоминало скрупулёзно вылепленную восковую маску. Что он задумал?
Нет, я не считала, что он мог меня подставить. Джозеф всегда играл по правилам и не бил исподтишка. Если бы ему понадобилось меня убить, то он выстрелил бы, глядя прямо в глаза, даже пытать не стал.
Именно поэтому я доверяла ему больше других — он вампир чести.
Что-то промелькнуло в глазах цвета грозовых туч, на губах заиграла ухмылка. Я взяла обрез из рук вампира и проверила, заряжен ли он. Привычка.
Магазин вмещал шесть патронов — Джозеф модифицировал своё оружие. В его штате сотрудников нашёлся умник, совершенствующий пушки для вампиров.
Нежить, умеющая обращаться с оружием — нет ничего страшнее. Мне повезло дружить с ними. Какое счастье!
— Мне не нравится твой настрой, — сказал он.
— А ты не ройся у меня в голове, — мрачно отозвалась я и исподлобья посмотрела на вампира.
Его улыбка стала шире, и кожа засияла, будто кто-то внутри зажёг свечи.
— Что за этими дверьми? — не желая развивать тему, спросила я.
Лицо Джозефа разгладилось, от веселья не осталось и тени.
— Я знаю немногим больше твоего, — он двинулся к дверям, держа обрез стволом вверх. — Я захожу первым, а ты меня прикрываешь.
Я лишь пожала плечами и направила дуло обреза на двери. Джозеф распахнул их, и музыка окатила нас звуковой волной. При входе стояла билетная касса, в ней никого не оказалось.
Двое охранников, приняв нас за поздних посетителей, двинулись навстречу. Но, увидев Джозефа, остановились.
Оба в чёрных костюмах, мускулистые и с каменными лицами. Тот, что повыше, приветственно кивнул и поднёс к губам рацию.
— Они здесь. Блокируй двери.
Мгновением позже за нашими спинами звякнули замки, и короткий звуковой сигнал оповестил о срабатывании системы безопасности. Джозеф направился к арке, ведущей в зал.
Вышибалы расступились, пропуская нас. Я пошла за вампиром, не глядя на них. Они остались охранять главный выход. Что ж, так даже лучше.
Чем меньше народу будет путаться под ногами, тем быстрее мы со всем этим покончим.
На нас хлынули тепло и шум. Сотни прижатых друг к другу в тесноте тел. В ритме музыки мелькали лица, двигались люди, повсюду пульсировали огни.
Глаза выхватывали образы среди радужного мерцания неона. Лавина запахов и ощущений сбивала с ног. Алкоголь, пот, флирт и что-то ещё.
Тонкий, едва уловимый сладковато-медный аромат крови.
Он смешивался с запахом готовящихся блюд и мебельной обивки.
Нас окружало тёплое человеческое стадо, и пульс колотился в горле вовсе не от страха. Я никогда не бросалась на людей, но после сегодняшних забав мой лимит самоконтроля стремительно иссякал.
Джозеф шагнул в толпу танцующих, и она раздалась перед ним, как река перед камнем. Послышались вскрики — кто-то заметил у него оружие, паника пробежала волной по разгоряченной публике.
Только шума нам не хватало! Толпа — вещь стихийная. Одно слово, один вопль — и толпа становится бешеной.
Едва я подумала об этом, как сила Джозефа расцвела в воздухе — магия со вкусом покоя, лёгкости. Она распустилась и невидимыми вспышками рассыпалась по залу.
Она коснулась тех людей, что глядели на него. И раздалась рябью по всему помещению. Страх в их глазах угасал и сменялся радостью от происходящего.
Я остановилась, изумлённо оглядывая зал, и это было ошибкой. Меня окутало тепло, щекочущее кожу, словно колышущееся шёлковое оперение.
И перед глазами поплыло. Обрез медленно опускался в моих расслабившихся руках.
— Не теряй бдительность, — раздался голос Джозефа прямо над ухом.— Держимся вместе.
Я моргнула и встряхнулась. Его рядом не было — Джозеф плыл через танцующих, а они глядели на него с беспомощной преданностью околдованных. Жутковатое зрелище.
Можно было перестрелять всех к чёртовой матери, и никто бы ни пискнул. Испустив долгий вздох, я ввинтилась в толпу.
Передо мной никто не расступался, приходилось пробивать себе путь плечами. Проклятье, они меня даже не видели!
Пустыми глазами люди провожали Джозефа, пока он не приказал им танцевать. И они затанцевали — беззаботно и самозабвенно. Я едва успела проскочить, рискуя оказаться затоптанной.
Массовый гипноз исчезнет, как только Джозеф покинет здание. Не самое страшное применение вампирских способностей, но восторга оно у меня не вызывало.
Страшно подумать, что ещё можно сотворить с его талантами и силой.
Джозеф скользил впереди, оглядывая посетителей за столиками. Совсем близко был вампир — мы оба его почуяли. Одуряюще пахло свежей кровью и недавней смертью.
Джозеф покосился на меня, коротко кивнул и мелькнул к занавесу приватной комнаты. Я бросилась за ним, дрейфуя вместе с толпой.
Оказавшись вне танцпола, развернулась и кругом оглядела зал.
От ощущения поблизости нежити мышцы живота стянуло узлом, хотя ничто не двигалось в нашу сторону. Сегодня я видела, как дампир заворачивался в тень и исчезал, поэтому не поверила глазам.
В клубе находилось несколько вампиров, но кто сказал, что они не могли быть обычными тусовщиками или официантами? Мы не имели права на ошибку и не должны палить по всем, у кого есть клыки.
Люди и вампиры равны в правах, и убийство одного из них без оснований влекло за собой наказание. Копы упекут нас за решётку, но вампиры не станут церемониться.
Я отмела эти мысли и сосредоточилась на пульсирующей толпе. То, что скрывалось за занавесом, заставляло мурашки по рукам маршировать. Меня передёрнуло.
Джозеф отодвинул бархатную ткань и застыл. Я медленно повернула голову и едва успела разглядеть, что там внутри, как мир замедлился.
  
Глава 57
 
Перед глазами, словно стоп-кадр из фильма, замерла картинка.
Стена, выкрашенная бирюзовой краской, стояла полукругом. Из мебели — чёрный кожаный диван и низкий стеклянный столик на деревянных ножках.
Ковёр цвета морской волны застилал пол. На нём безвкусным орнаментом пестрели бисеринки крови. На диване, забравшись с ногами, сидел вампир.
Высокий и худой, гладкие чёрные волосы зачёсаны назад. Костюм на нём был серый, белая рубашка до пояса залита кровью.
Вампир держал шею стриптизерши, свисающей с его колен сломанной куклой. Каждый раз, когда он вгрызался в безвольную плоть, руки её вздрагивали.
Атласное голубое неглиже, расшитое белым мехом, заливала кровь. Остекленевшие глаза испуганно глядели на вход в комнату.
Рот слегка приоткрыл, словно она собиралась что-то спросить, но не успела. В застывшем воздухе повисли брызги крови, как искусственный снег в стеклянном шарике.
Взгляд Джозефа был прикован к твари на диване. Упырь не обращал на него внимания и продолжал жрать. Миг спустя небрежно сбросил тело девушки с колен и спрыгнул вниз.
  
Все движения казались растянутыми, смазанными, как в замедленной съёмке. Нависнув над жертвой, он с горловым рычанием продолжил рвать острыми зубами сухожилия, как голодная бездомная собака.
Локоны каштановых волос, слипшиеся от крови, рассыпались по дивану. От небрежных, диких движений вампира пробирала дрожь.