Фальшивая принцесса (СИ)
Неужели он догадывается? Что, если Генриетта не хотела замуж за Ротхена, потому что на самом деле у неё был тайный роман с Харальдом? И тот спешил специально для того, чтобы спасти возлюбленную из лап озабоченного варвара и потребовать у королевы Боудики руки принцессы, прикрывая это политическими интересами? Да нет, что за глупость. Зачем бы тогда Генриетте понадобилось сбегать? К чему бы был весь этот спектакль с убийством и пленением норфолкских военных — разве те не должны были, если это всё заранее планировалось Генриеттой и Харальдом, на пиру присоединяться к каттегатцам?
Определённо, это бредовая теория. Похоже, что конунг, как и говорила принцесса, в жизни не встречался лично ни с одним представителем королевского дома Норфолка, и потому имеет лишь их словесные описания.
"Прекрати паниковать, — мысленно прошипела Ангелина. — Иначе тогда он точно что-нибудь заподозрит".
— Хм, твоя правда, — мужчина откинулся на спинку сидения, в глазах его загорелся непонятный огонёк. — И что люди при норфолкском дворе болтают про меня, Генриетта?
— Что вы… опасный. И что вас все боятся.
— Вот как? — Харальд рассмеялся. Его смех был спокойным и полным нескрываемого веселья — конунга явно забавляла его репутация среди норфолкцев. — Здравая позиция. Им есть, чего бояться.
— Вы их убьёте? — Вопрос вырвался у девушки прежде, чем она успела себя остановить.
Мужчина вопросительно приподнял бровь.
— Я ведь уже говорил: у меня нет цели убивать, — ответил он. — Но если твоя мать решит сглупить и окажется от моего предложения, то мне придётся пойти на крайние меры.
— Крайние меры? — Нервно облизнув губы, повторила Ангелина. — И кого же… кхм, они затронут? Вы же не станете вырезать всех жителей Норфолка?
— Ну разумеется нет. Только твоих родственников и особо несговорчивых глав нескольких аристократических семей.
— А… я?
— Ты, — Харальд чуть подался вперёд и, глядя девушке в глаза, спокойно произнёс, — как единственная оставшаяся в живых наследница получишь корону Норфолка, а после — сразу примешь моё предложение о заключении брака. Или ты предпочтёшь разделить судьбу своих родных, а?
— Н-нет, я… я не предпочту, — сжав ткань тёплых брюк, тихо ответила Ангелина.
— Умница, Генриетта, молодец. И оставайся такой, потому что у меня есть план и на тот случай, если ты вдруг решишь возомнить себя бунтаркой, и мне придётся избавиться и от тебя. Ты меня поняла?
— Я всё поняла.
— Отлично, — конунг откинулся обратно на сидение, и на лице его появилась довольная улыбка, затронувшая, правда, только губы. Глаза же мужчины остались такими же холодными, глядящими на напряжённо выпрямившуюся на своём сидении девушку с долей цинизма и равнодушия.
Внезапно бегатель резко качнуло. Сложенные стопкой бумаги дружным строем спикировали на пол, выстилаясь жёлтым шероховатым паласом.
От неожиданности Ангелина вскрикнула. Дабы не упасть, она изо всех сил вцепилась руками в жёсткое деревянное сидение. Её напуганный взгляд метнулся в сторону активироравшего свою магию Харальда.
— Сиди тихо, — кратко бросил он, стремительным шагом направляясь к двери.
Девушка кивнула. В следующую секунду снаружи раздалось громкое: "Сарайцы!", и конунг в мгновение ока выскочил из бегателя, оставляя Ангелину в одиночестве.
Перепуганная до ужаса, она вскочила со своего места, повинуясь какому-то непонятному иррациональному порыву. С улицы послышались всё нарастающие крики и звуки борьбы, набатом отдаваясь в голове девушки. Уговаривая себя успокоиться, она принялась обыскивать транспорт на предмет наличия хоть чего-нибудь способного сойти за оружие, пока резкий стук в дверь не заставил её подскочить.
Рефлекторно зажав рот ладонями, она наблюдала за тем, как хрупкая деревянная пластина содрогалась под настойчивыми ударами извне. Какая-то — явно не человеческая — сила наносила один за одним хлёсткие удары, решительно срывая преграду из дерева со своего пути. Мгновением позже дверь поддалась, и Ангелина, не сдерживаясь, закричала.
В проёме показалось хищническое лицо сарайца. Завидев девушку, он злобно оскалился.
— Мэрх ти ми камр, — его надтреснутый голос наждачкой прошёлся по ушам Ангелины.
Набрав в грудь побольше воздуха, она снова закричала.
Прорычав что-то неразборчивое, мужчина резко метнулся в её сторону. Одним быстрым ударом сбив девушку с ног, он навалился на неё всем своим весом. Его жёсткая кольчуга больно впилась в рёбра Ангелины, выбив из груди той приглушённый выдох. Вскинув руки, она с яростным рычанием вцепилась в глаза сарайца, надеясь если не выдавить их, то хотя бы дезориентировать на время мужчину.
Но, к её разочарованию, сараец, будучи раза в два крупнее её, одним быстрым движением перехватил руки девушки, пригвоздив их над её головой своей огромной грубой ладонью.
— Норфолкцая шлюxa…, — лицо мужчины исказилось от отвращения. — Каган умэрэть, ты договориться с выpoдком Харальдом…
Ангелина ощутила исходящую от сарайца вонь — смесь пота, перегара и протухшей крови. Очевидно, он был в пути не один день, прежде чем добраться до них. Но кто он такой? Один из тех пленников, что они освободили? Или брат Ротхена? Генриетта рассказывала о том, что её ныне покойный муж был младшим сыном вождя какого-то кочевнического племени — может, это его братья пришли отомстить за его смерть?
Решив оставить этот вопрос до более подходящего случая, Ангелина брыкнулась, задев коленом пах мужчины. Тот недовольно зашипел и, отпустив руки девушки, ударил её по лицу.
Сила, с которой он это сделал, оказалась настолько ошеломляющей, что Ангелине показалось, будто она сейчас потеряет сознание. В голове образовался вакуум, который, подобно Чёрной Дыре высасывал из окружающего её пространства все звуки, запахи, цвета. На несколько мгновений она провалилась в полную тревоги темноту, а когда вынырнула, обнаружила себя неспособной сделать и вдоха. Медленно приоткрыв глаза, она будто сквозь пелену увидела нависающего над ней сарайца, который с безумной улыбкой сжимал свои руки на её шее. Будто играючи, он попеременно то усиливал, то ослаблял давление, давая лёгким Ангелины немного кислорода, о потом резко лишая их его.
Подавив возникший у неё порыв снова вцепиться ему в глаза, она медленными, плавными движениями потянулась к висевшему на поясе мужчины небольшому топорику. Стоило ей чуть сместить руку, как ту сразу же охватила приятная прохладная, и вожделенное оружие в ту же секунду оказалось в руках девушки. Не тратя время на удивление, она резко взмахнула топором, с силой полоснув по нависавшему над ней лицу сарайца.
Мужчина зарычал. Скатившись с девушки, он схватился за своё лицо. Кровь мощным, быстрым потоком вытекала на пол — за короткое время она успела залить половину небольшой кабинки бегателя и практически полностью пропитать верхнюю часть кольчуги воина.
К горлу Ангелины подкатил ком. Не осознавая происходящее, она медленно попятилась к двери, прижимая к груди окровавленный топорик. Ноги и руки её тряслись то ли от пережитого шока, то ли от ужаса открывшейся перед ней сцены — слабо стонущий мужчина, странно подрагивая, метался в луже собственной крови, не в силах вымолвить ни слова. Споткнувшись, девушка вывалилась в проломанный дверной проём.
Столкновение с жёсткой промёрзлой землёй привело Ангелину в чувство. Поднявшись на четвереньки, она рассеянно огляделась вокруг. Неподалёку от неё, вспыхивая чёрными молниями, сражались каттегатцы и сарайцы. Их мечи, наполовину окутанные боевой магией, будто жили самостоятельной жизнью. Двигаясь с неестественной скоростью, они казались продолжениями рук своих хозяев — настолько плавным и точным был каждый их выпад.
Опасаясь оказаться замеченной, Ангелина пригнулась ниже. Сейчас было не самое подходящее время для того, чтобы восторгаться искусством военной магии — ей нужно было найти укрытие, пока её не заметил очередной сараец. Недолго думая, она поползла в сторону бегателя, надеясь спрятаться за ним с противоположной стороны, по крайней мере, пока не отыщется вариант получше.