Фальшивая принцесса (СИ)

— Двадцать.
— Ну, надо же… — стянув тонкую бордовую перчатку, протянула женщина. — Вот это удача…
Сняв перчатки, она резко отшвырнула их в сторону.
— Что ж, времени остаётся не так много, поэтому перейдём к делу. Я хочу предложить тебе сделку, Ангэлина.
— К-какую сделку? — Наблюдая за движениями своей собеседницы, девушка напряглась. Разум подбрасывал ей самые разнообразные варианты развития событий — один чудовищнее другого, — отчего нервы её казались натянутыми, подобно струне. — Что вы хотите от меня?
— Я хочу, — как только принцесса откинула назад свой капюшон, Ангелина в ужасе уставилась на неё, — поменяться с тобой местами.
  
Глава 2
 
Шок от открывшейся перед Ангелиной картины на несколько мгновений лишил девушку дара речи. Принцесса оказалась её точной копией. На такие же тонкие, как и у неё самой плечи, спускались тяжёлые волны таких же длинных чёрных волос, обрамляющих такой же точённый овал лица. Те же прямые, придающие лицу строгости брови мягко спускались к немного широковатой переносице, плавно переходящей в небольшой греческий нос. Нижняя губа так же выделялась своей пухлостью, слегка затмевая более тонкую верхнюю. Глаза — слишком, как считала Ангелина, огромные для её лица — холодно сияли серебром. Облик принцессы казался всего лишь отражением её собственного, и, глядя сейчас на Генриетту, Ангелина думала, что смотрится в зеркало.
Не в силах поверить в реальность происходящего, девушка медленно, не сводя удивлённого взгляда с лица своей собеседницы, поднялась и, преодолевая охватывающую её тело слабость, приблизилась к принцессе. Остановившись напротив неё, она отметила ещё и их сходство в росте и комплекции — будто последние штрихи к этой картине безумства.
— Но как… как… — запинаясь, прошептала Ангелина.
— Понятия не имею, — скрестив руки на груди, растерянно ответила Генриетта. В голосе её, впервые за всё время, звучала искренность. — Я думала, что… мы можем быть сёстрами. Ха, ты же знаешь — у королевы Боудики была бурная молодость. Но Бронхилай проверил — никакого родства. Похоже, всё это — просто совпадение.
— Б-боже мой… это невероятно…
— Да-да. Это понятно, — закатив глаза, Генриетта покачала головой. — Но давай вернёмся к нашему разговору. Я предлагаю тебе сделку, Ангэлина. Мне нужно, что бы ты заменила меня на некоторое время… пока я не закончу кое-какие дела. — Закончив расстёгивать накидку, принцесса швырнула её на пол к перчаткам. — Поизображаешь меня на протяжении пяти-шести десятков и будешь отправлена в Ладогу к своей ненаглядной тётушке с огромным состоянием. Что скажешь?
— Я… я… не знаю, — нервно пригладив волосы, произнесла Ангелина. — Как я… как я вообще смогу вас изобразить? Я же не принцесса! Я совсем не знаю этикета и манер и прочего…
Генриетта едва слышно хохотнула.
— А ты умная девочка, — её взгляд — холодный и расчётливый — медленно прошёлся по телу собеседницы, будто ощупывая его, — и хорошо знаешь своё место. — Приблизившись к Ангелине вплотную, принцесса подняла руку, легонько проведя ладонью по её щеке в неком подобии ласки. — Отсутствие у тебя нужных знаний не станет проблемой — в твоём окружении не будет никого, кто был со мной хорошо знаком. Я уже отослала почту моей матери, она пришлёт мне других фрейлин и служанок. К тому же, с тобой будет Бронхилай — он окажет тебе любую помощь.
— С радостью, госпожа — для меня нет большего счастья, чем служить Её Высочеству принцессе…
— Замолкни!
Напуганный окриком принцессы, мужчина замолчал, продолжив жевать свои губы.
— О чём мы говорили? Ах, да. В случае чего обратишься к Бронхилаю, он — единственный, кто будет посвящён в нашу тайну.
— Я не понимаю… — мысли Ангелины хаотично носились, пытаясь осознать всё происходящее. — Вы хотите, чтобы я подменила вас в каком-то… путешествии?
— Ну, можно сказать и так, — усмехнулась Генриетта. — Ты подменишь меня на моей свадьбе. Ну, и если захочешь, во время соития с моим будущим мужем, я совсем не против.
 
— Прошу прощения? Я не собираюсь ни за кого выходить замуж!
— Тебе и не нужно этого делать, — по лицу принцессы пробежала судорога раздражения. — От тебя требуется только отстоять все церемонии и появляться время от времени на глазах у подданных в течение пяти-шести десятков, а потом получить свои деньги и отправиться с ними куда Великий Душитель распорядится. — Сжав пальцами подбородок Ангелины, Генриетта заглянула в её глаза. — Здесь нет ничего сложного, Ангэлина. Всего несколько десятков и ты богата и свободна. Будешь жить в роскоши в своей Ладоге… или ещё где-нибудь. Подумай как следует.
Сглотнув, Ангелина чуть приподняла голову, стремясь вырваться из цепкой хватки принцессы. Вопреки её ожиданиям, та только сильнее сжала пальцы на подбородке своей собеседницы.
— Я… я не уверена… если кто-то заметит подмену, что тогда? Ваш жених… он ведь знаком с вами. К тому же… разве у него не возникнет претензий из-за долгого отсутствия м-м-м… близости?
— Да успокойся ты, — издав полный раздражения стон, принцесса убрала руку от лица Ангелины. — Ротхен видел меня всего один раз в жизни, мы и словом не обмолвились тогда. Тебе не о чем беспокоиться. Или, — её бровь насмешливо взлетела вверх, — ты смеешь сомневаешься в моих словах, девчонка?
— Я не вижу причин вам доверять, — агрессивная напористость принцессы пугала Ангелину, а их внешнее сходство только усиливало этот эффект.
В какой-то момент девушка решила, что всё происходящее — это всего лишь плод её повреждённого сознания. Скорее всего, она сильно ударилась головой во время их очередной стычки с тёткой, а сейчас лежит на больничной кровати в коме, погружённая в свои болезненные фантазии с участием её злобного двойника и волшебных светящихся нитей, способных за доли секунды избавить от любых болей.
Но почему-то фантазии эти, несмотря на свою явно иррациональную природу, дезориентировали пугающей реалистичностью — кожа всё ещё хранила воспоминания о тепле тонких пальцев её двойника, равно как и о их силе. И у Ангелины не было ни малейших сомнений в том, с какой целью эта сила была ей продемонстрирована.
— Я хочу иметь какие-то гарантии, — к её стыду, в голосе её, несмотря на попытки придать ему уверенности, проскользнули нотки страха. — Откуда мне знать, что вы не убьёте меня, когда всё закончится?
— Хороший вопрос, — не сводя с лица собеседницы пристального взгляда, Генриетта медленно провела языком по своей верхней губе. — Но зачем мне это нужно? Ты можешь ещё пригодиться мне. У принцессы много дел, а у королевы, как ты понимаешь, тем более. С моей стороны было бы глупостью возвращать тебя обратно в лоно Божества. В этом твои гарантии. Однако, — резко вскинув руку, принцесса сжала шею Ангелины, на доли секунды перекрыв той кислород, — как ты понимаешь, наше сходство может заметить и кто-то из врагов моей семьи. Мне бы очень не хотелось, что бы тебя сделали инструментом в какой-нибудь неприятной политической игре, особенно если эта игра будет нести для меня прямую угрозу, так что… — ладонь Генриетты сильнее сдавила горло Ангелины, посылая той очередной красноречивый намёк, — я лучше предпочту загодя от тебя избавиться. Конечно, если ты решишь сглупить и отвергнуть моё щедрое предложение.
Договорив, принцесса внезапно отпустила Ангелину, демонстративно отойдя на два шага назад. Губы её растянулись в фальшивой улыбке, долженствующей выражать добродушие, но напоминающей скорее звериный оскал.
Тяжело дыша, Ангелина рефлекторно приложила руку к шее. В её висках бешено бился пульс, а руки потряхивало от только что пережитого страха. Хоть подсознательно она и готовила себя к чему-то подобному, но такая резкая смена тона беседы всё же напугала её. Стоя там, под ледяным насмешливым взглядом своего двойника и жадно глотая воздух, она думала уже не о том, как убедить Генриетту в невозможности осуществления её замысла, теперь ей хотелось лишь одного — уйти отсюда живой.