Зомби Апокалипсис

ПРОФЕССОР МИГУЭЛЬ ЛЕОПОЛЬДО:
Суть в том, что обычные для человека признаки жизни отсутствуют. Жертва, если угодно, мертва. Ни сердцебиения, ни дыхания, ни сокращения зрачков, электроэнцефалограмма выдает минимальную активность – да и то в основном касательно мозжечка и ствола мозга. Видите ли, тело, то есть первоначальный организм, становится организмом иного типа: бактерия полностью захватывает его. Человеческий труп превращается в своего рода транспортное средство. Каким-то образом, каким, мы до сих пор не совсем понимаем, данная бактерия может даже насыщать кислородом мышцы тела, несмотря на прекращение кровообращения, которое отвечает за это в обычных условиях.
  
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Простите мое невежество, профессор, но зачем бактерии приспосабливаться подобным образом?
ПРОФЕССОР МИГУЭЛЬ ЛЕОПОЛЬДО:
Первичная генетическая функция всех организмов, даже на базовом уровне, – самовоспроизводство. Каким-то образом, каким, я опять-таки не могу объяснить, бактерия, вовлеченная в оживление мертвых, мутировала определенным образом, чтобы воспроизвести себя таким вот непродуктивным методом.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Непродуктивным?
ПРОФЕССОР МИГУЭЛЬ ЛЕОПОЛЬДО:
Определенно, с точки зрения генетики. Зараза была бы куда более эффективной, если бы передавалась просто по воздуху, а не через укусы и царапины. Передачу посредством блошиных укусов легко предотвратить при помощи репеллентов.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Но мне это кажется весьма продуктивным, профессор! Болезнь, которая не только убивает людей, но и возвращает их к жизни, заставляя передавать симптомы первым встречным путем нападения на них!
ПРОФЕССОР МИГУЭЛЬ ЛЕОПОЛЬДО:
Действительно странно. Это дело блох. Они были носителями, но теперь носители – сами покойники. Возможно, гм, так называемые зомби кусают не для того, чтобы насытиться, а чтобы передать инфекцию. Возможно, бактерии как бы обманывают тело «хозяина», заставляя якобы чувствовать голод. И опять-таки, повторюсь: это не вирус вроде гриппа или обычной простуды. Я действительно не могу даже начать объяснять все многосложные факторы, требующиеся, чтобы оживить труп, хотя бы на первичном уровне. Реанимация человеческого организма не просто побочный продукт влияния отдельного вида бактерий, слишком уж тонка эта работа. Данный случай уникален в моей практике, а также в практике всех моих коллег. И все же мы не в силах сказать, как бактерия воздействует на человеческий организм и отчего, гм, создается впечатление возобновления биологической деятельности.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Вы слышали выступление отца Хернандеса до того, как он покинул студию?
ПРОФЕССОР МИГУЭЛЬ ЛЕОПОЛЬДО:
Да.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Как вы относитесь к его объяснению событий? Что у них сверхъестественная причина, что за всем этим стоит сила Santa Muerte ?
ПРОФЕССОР МИГУЭЛЬ ЛЕОПОЛЬДО:
Я бы сказал так: первая обязанность ученого отмести все мысли о сверхъестественном. Никакая церковь не решит данную проблему, никакие приверженцы мистицизма. Только наука может спасти нас. Мы должны хранить веру в науку и в силу разума. Если же нет, человечество откатится назад, к темным векам. Культ Santa Muerte – возврат к предрассудкам. Он ничем не отличается от вуду. Если мы начнем серьезно относиться к суеверной чуши, сотни лет прогресса, считай, потеряны.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Спасибо, профессор Леопольдо.
ПРОФЕССОР МИГУЭЛЬ ЛЕОПОЛЬДО:
Пожалуйста.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
В данный момент мы связались в прямом эфире с нашим корреспондентом в Тепито, Карлосом Виллей, которому удалось проникнуть в карантинную зону, и он говорит сейчас с нами с зараженной территории. Карлос, ты меня слышишь?
(Выстрелы на заднем плане.)
КАРЛОС ВИЛЛА:
Да, Эрнесто, я нахожусь на верхнем этаже трехэтажного дома на калле Ацтекас. На улицах по-прежнему идут бои. Я вижу, как federales стреляют в зомби и местных жителей без разбора. Они уничтожают все, что движется. Об этом говорили как об «операции по зачистке», но это бойня! Калле Матаморос в огне. Там использовали огнеметы, чтобы выкурить из зданий зомби, которых якобы укрывали люди.
(Оглушительный грохот.)
Рухнуло здание! Оно превратилось в груду камней, всюду пыль и дым. Отсюда до него было ярдов пятьсот. Уверен, federales заложили взрывчатку.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Карлос, какова ситуация с вертолетами? Правда ли, что они сбрасывают отравляющие вещества?
КАРЛОС ВИЛЛА:
Четыре вертолета кружат над...
(Канона заглушает голос.)
...но для этого слишком опасно. Контролировать последствия невозможно. Газ накроет слишком большую территорию, его разнесет ветер. Возможно, возникновению подобных слухов способствовали тучи едкого дыма, поднимающиеся от горящих домов. Никакого газа нет. Отравить, таким образом, зомби невозможно. Не уверен, дышат ли они вообще. Я слышал, они издают звуки вроде дыхания, этакое отвратительное уханье. И вечная смерть бежит от проклятых, как говорил поэт, Дэвид Хуэрта. Но не знаю, является ли это чем-то большим, чем инстинкт, оставшийся оттого времени, когда они еще были живы. Возможно, на это ответит профессор Леопольдо, если он еще в студии, Эрнесто.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Он здесь. Профессор, эти существа нуждаются в дыхании?
ПРОФЕССОР МИГУЭЛЬ ЛЕОПОЛЬДО:
Мои исследования показывают, что нет. Как я сказал раньше, процесс насыщения тканей кислородом присутствует, но не как в организме живого человека и без участия легких и кровеносной системы, а посредством какого-то иного, пока не идентифицированного механизма.
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Тебе слово, Карлос.
КАРЛОС ВИЛЛА:
Сейчас я спускаюсь по лестнице дома на калле Ацтекас. Надеюсь, вы меня по-прежнему слышите. Чуть раньше я встретился с одним местным, который сказал мне, что группа поклонников Santa Muerte заперлась в подвале, расположенном под зданием. У них там святилище.
Посмотрим, насколько правдиво утверждение отца Хернандеса о том, что зомби не играют роли в их религиозных церемониях. Это будет эксклюзивный репортаж для Радио 93.2, поскольку не думаю, что даже federales известно об этом подземном анклаве. Стены лестничных пролетов измазаны кровью, словно тут велись яростные бои. Следы показывают, что отчаянно сопротивляющихся людей волокли вниз, к подвалу. Да, многое из того, что здесь происходит, такие, как отец Хернандес, едва ли согласились бы признать. 
(Звук шагов, тяжелое дыхание Карлоса Виллы.)
Чувствую запах какой-то гнили, гнусная вонь. Это то, что мы должны знать и чего должны бояться, – запах зомби, знак того, что они близко. Забавно, что я не замечал его раньше, но, опять-таки, я не обследовал нижний этаж, когда вошел сюда. Итак, вот он, вход в подвал. 
ЭРНЕСТО НЕРУДА:
Что там происходит, Карлос? Ты что-нибудь слышишь?
(Приглушенные звуки – то ли болезненные стоны живых людей, то ли бессмысленное мычание зомби, – но шум слишком невнятен, чтобы разобраться и определить, какой из двух вариантов наиболее вероятен.) 
  
КАРЛОС ВИЛЛА:
Надеюсь, вы приняли это у себя в студии. Я приложил микрофон к двери. Она заперта, и, кстати, с этой стороны, снаружи. Я собираюсь ее открыть. Она еще и подперта. Это сделали, чтобы не дать людям, или ууу-тварям (ха! ха!) выбраться наружу. А не чтобы не позволить кому-то вроде меня войти внутрь. Что бы ни происходило сейчас там, внизу, это устроили такие, как отец Хернандес и его извращенцы-последователи; там тайны, которые они хотят скрыть от прессы и от общественности, конечно. Важные тайны. Я собираюсь разоблачить злодеяния этого непотребного культа во имя людей, и мы докопаемся, наконец, до правды. «Когда последний король будет задушен кишками последнего попа» [68] – как говаривал мой старый добрый университетский учитель!