Вик Разрушитель 9 (СИ)

— От себя лично, от своей семьи и от благодарных жителей Скандии хочу поблагодарить вас, княжич Мамонов, за мужество и храбрость, — сказал он негромко, зная, что чуткая аппаратура всё равно запишет его речь. — Россия может гордиться своими сынами, и я немного завидую императору Ивану, что у него есть такое мощное оружие в виде молодых и дерзких воинов.
Последние слова явно предназначались цесаревичу, и тому оставалось только учтиво ответить:
  
— Я уверен, что и в Скандии найдутся десятки, если не сотни юношей, готовых стать искусными воинами.
Вдруг я заметил взгляд Сиггрид, устремлённый на меня. По её едва шевелящимся губам можно было догадаться, что младшая королева благодарит за спасение. Ладно, чего там. Пестуя Дар, которого нет ни у кого в мире, и не принести пользу людям — считаю преступлением. А если честно, мне понравилась Астрид, её невероятные по красоте голубые глаза, затягивающие в свои глубины. Никому никогда не скажу, что столь безумно рисковал жизнью только ради девушки с обречённым взглядом. Пусть все думают о моей гениальной находчивости, которая не имела под собой никакого логического расчёта. Моя ошибка могла привести к гибели десятков людей, но тем и хороша интуиция, что позволяет принимать безумные решения, оказавшиеся в итоге верными.
Награждение длилось ещё целый час, пока все участники операции не получили заслуженные почести и награды. После этого Харальд пригласил всех в соседний зал, где были накрыты столы для фуршета. Пресловутый «шведский стол» здесь оказался как нельзя кстати. Народу было много, поэтому никаких стульев, все слушали короля стоя, держа бокалы шампанского в руках. Потом говорил цесаревич Юрий, и довольно неплохо, на шведском. Закончив речь, он предложил выпить за храбрых воинов двух великих держав. Все дружно рявкнули, каждый что-то своё — и пошло веселье. Люди расходились по залу, разбивались на кучки, беседовали, смеялись, и по мере выпитого, горячо спорили. Кроме шампанского было вино и водка, которая оказалась куда популярнее других напитков.
В дальнем углу на помосте музыканты играли что-то спокойное, создавая необходимый фон для релаксации. Я заметил, что женщин практически не было, кроме нескольких суровых дам в платьях строгого покроя. Вероятно, они приходились жёнами высших аристократов Скандии, поэтому им и дозволялось находиться при супругах.
Я немного заскучал. Гадюки здесь не оказалось. Видать, не тот уровень статуса. Зосю не отпускал единоличник майор Лещёв, развлекая её беседой, старшие друзья-пилоты выпили со мной по бокалу шампанского и тоже куда-то смылись. Меня заинтересовали манёвры двух королев. Каждая обходила участников операции и мило беседовала с ними две-три минуты. Причём, маршруты Ранди и Сиггрид не пересекались. Разделили «зоны влияния»? Зацепив тарталетку с красной икрой и канапе из сыра, бекона и оливок, я неторопливо направился к сцене, чтобы послушать импровизацию на саксофоне, которую выводил высокий светловолосый парень с «конским хвостом» на затылке.
И столкнулся с ней…
Правда, как и полагается девушке на подобных мероприятиях, Астрид была в сопровождении молодого человека, внешне очень похожего на короля Харальда. Истинный викинг в каком-то там поколении глядел на меня с интересом и лёгким недоумением, словно не мог понять, как этот мальчишка взломал магическую оборону «Корсаров».
Я догадался, что передо мной Олаф — принц-наследник.
— Княжич Андрей, — парень улыбнулся, держа под руку зардевшуюся Астрид, — наконец-то, я поймал тебя. Мне показалось, на твоём лице появилась скука от происходящего…
— Ни в коем случае, Ваше Высочество, — я не стал обращать внимание, что Олаф сразу стал обращаться запанибрата со мной. — Было бы неуважением проявлять подобное настроение на таком важном мероприятии. Его Величество приложил немало сил для торжества, и я благодарен, что присутствую на нём. Просто… в моём возрасте куда привычнее молодёжные вечеринки с энергичной музыкой.
Олаф рассмеялся, Астрид едва заметно улыбнулась. Она была прелестна в длинном приталенном платье серебристо-изумрудного цвета. Светлые волосы с едва заметным платиновым оттенком спускались водопадом по спине чуть ли не до талии, на запястьях красовались золотые браслеты с рунической вязью. Принцесса показалась мне изящной фарфоровой статуэткой, которой можно любоваться, но брать в руки категорически запрещалось из-за опасности сломать.
— Поэтому я и хочу предложить тебе в компанию мою сестрёнку Астрид. Неужели ты не узнаёшь в этой красавице девушку, которую спас от гибели на чёртовой яхте?
Видимо, у меня было глупое и мечтательное выражение лица одновременно, что Олаф решил пошутить, и снова засмеялся.
— Глаза, — брякнул я.
— Что — глаза? — не понял принц.
— Эти глаза я никогда не забуду, как и их обладательницу, — вывернулся я, мысленно хлопая себя по лбу рукой.
Астрид, наконец, тоже рассмеялась, рассыпая смех серебристыми колокольчиками.
— Очень приятно, — сказала она, протягивая мне руку. — Астрид.
Я наклонился, обхватил её тонкие пальцы с нанизанными на них золотыми кольцами, и осторожно прикоснулся губами. Кажется, принцессе понравилось. Щёчки её заалели куда больше, чем вначале.
— Княжич Андрей Мамонов, — официально представился я.
Олаф подозвал к себе официанта с подносом и шустро раздал нам по бокалу шампанского.
— За знакомство! — объявил он, и мы соприкоснулись бокалами. Отпив чуть-чуть, сын Харальда обратился ко мне: — Хотелось бы услышать от тебя, как ты сломал «Щит Хеймдалля»[1], за который проникнуть очень и очень тяжело. Отец, когда услышал, что «Северная Звезда» закрыта этой магической конструкцией, едва не впал в великую скорбь. Представляешь, сколько воинов мы могли бы потерять, пробиваясь на палубу яхты?
— Представляю, — киваю в ответ, а сам размышляю, зачем Олаф задал этот вопрос. Рассказал ли ему отец об Антимаге? Вдруг оскорбится, если я начну заливать версию про артефакт? — В любой магической конструкции есть слабая точка, в которую и нужно бить. У меня был родовой артефакт, который умел находить критические узлы в разных магоформах. Его я и использовал для разрушения купола.
Астрид посмотрела на меня с интересом. Олаф спросил с жадностью:
— Можешь его показать?
— Увы, его больше не существует, — я развёл руками, старясь не задеть снующих мимо нас людей. — «Щит Хеймдалля» оказался крепким орешком, и вся мощь артефакта ушла на его взлом. Он рассыпался в пыль.
— Выходит, ты потерял родовой артефакт ради нас? — с волнением спросила девушка. — Мне так жаль…
— Не надо жалеть, принцесса, — я улыбнулся, чувствуя приятное биение своего сердца. Да как так-то, неужели влюбился? Появилось незнакомое доселе ощущение, даже с Лидой, а тем более, с Ариной такого не было. — Это всего лишь вещь, пусть и дорогая. Я очень рад, что смог правильно воспользоваться ею, и нисколько не жалею.
— Это достойно настоящего викинга! — Олаф подал мне руку, слегка разочарованный простой отговоркой. Не поверил, чувствую. — Не буду вам мешать. Сестрёнка, развлекай гостя, чтобы он окончательно не закис. Удаляюсь, мешать не буду.
Астрид проводила его взглядом, а потом посмотрела на меня озёрами-глазами.
— Не сердись на него, Андрей. Олаф частенько ведёт себя излишне высокомерно по отношению к другим людям. Это всего лишь издержки его воспитания. Ведь он — прямой наследник, поэтому учится быть непроницаемым, в меру едким, с десятком заготовленных шуток.
К моему удовольствию, принцесса говорила со мной по-русски. Наверное, воспользовалась лингво-амулетом, что добавляло ей плюсов. Значит, знала, что придётся общаться со своим спасителем.
  
— Да я и не сержусь. Мне с ним детей не крестить. Главное, чтобы принц достойно продолжал дело отца.
— Я тоже так думаю, — кивнула девушка. — Хочешь взглянуть на Звёздный Зал?
— Кстати, да! — оживился я. — Слышал о нём столько интересного, а почему-то нигде не мог найти ни одного снимка, ни видео.