Вик Разрушитель 9 (СИ)

— И он отказался? — удивлённо спросил старший Захарьин.
— А ты чего ждал? Что он сразу потянет меня в постель? — дочь сегодня была какой-то взъерошенной. — Мамонов не такой, не липнет к каждой юбке! Таких мальчиков нужно приручать медленно, понимаешь?
Василий Романович обычно не допускал, чтобы дети поднимали голос на родителей, и ударом кулака о стол или взглядом мгновенно пресекал подобные вещи. Но перед Ниной он был виноват, потому и сдерживался.
  
— У нас обязательство перед Мстиславскими, — однако напомнил он. — А злить императора или цесаревича я не хочу. Источник дан нам в качестве услуги, которую нужно выполнить. Понимаю, насколько это звучит гадко и неприятно, а что делать?
— Честь дочери поставил на кон, — горько укорила отца Нина. — Ты даже не представляешь, насколько плохо мне, когда общаюсь с княжичем Мамоновым. Это же обман!
— Зато у тебя будет всё! — припечатал ладонь к столу боярин Захарьин. — Мстиславские обеспечат комфортную жизнь, найдут достойного мужа, который ни о чём не будет догадываться.
— А если ребёнок от княжича появится? — глаза Нины блеснули в ярости. — Ни хорошего образования, ни уважения — вот что меня ожидает! Поэтому лучше, папочка, сам съезди к Андрею и упроси его взять меня в жёны, хоть третьей, хоть четвёртой! Пусть я буду жить отдельно, зато официально считаться Мамоновой!
К её удивлению, отец не заругался, не стал крушить мебель от собственного бессилия и злости на самого себя. Он хмыкнул, взял подбородок в горсть и задумчиво поглядел на дочь.
— Сама додумалась?
— Никак дурой считаешь? — огрызнулась Нина.
— А ты не дерзи отцу, — в голосе Захарьина проскользнули добродушные нотки. — Идея-то стоящая. Ты же нравишься мальчишке, я это сразу понял, когда он у нас в гостях был. Только не может он понять, как себя вести в ситуации, когда будущее почти обеспечено. Тут тебе и невесту подыскали, а возможно, и ещё парочку. Своей-то головушкой думать не надо.
— В отличие от многих, Андрей как раз и думает своей головой, а не другим местом! — заступилась Нина за своего одноклассника. — Он не просит у родителей деньги на безделье, а зарабатывает их сам с помощью разных проектов.
— Ну, не такой уж он и самостоятельный, — усмехнулся Василий Романович, успокаиваясь.
— А кто настолько самостоятелен в его годы? Все мои одноклассники из княжеских семей купаются в роскоши и совсем не парятся, откуда у них появляются карманные деньги. Это сотни тысяч, если не миллионы! Почти у каждого «золотая» банковская карта в кармане!
— Не наше дело осуждать статусную молодёжь.
Нина помолчала, теребя «конский хвост».
— Подтолкни события, дочь, — даже не потребовал, а попросил Захарьин. — Мне нужно как-то отчитаться за привилегию иметь Источник. Брюс каждую неделю звонит, интересуется твоей жизнью, учёбой, отношениями с одноклассниками…
— Сволочь он! — выкрикнула Нина.
— У него работа такая, — ответил отец. — Александр Яковлевич — государев человек. А раз государство имеет право на насилие, то и его чиновник будет действовать сообразно этому праву. Можно ругаться, злиться, плеваться ядовитой слюной — но так было всегда и везде. И будет впредь. В Европе не лучше, милая. Там подчинение правилам и законам вбивалось веками с помощью изощрённой системы наказаний. Привилегии хорошо жить, вкусно кушать и нарушать некоторые законы даны высшей аристократии, но и наказание для них в десятки раз жёстче. Так что по отношению к нашей семье император и господин Брюс стараются быть деликатными… в меру. А если ты согласна жить в законных отношениях с княжичем, но с некоторыми ограничениями в статусе — так и быть, поговорю с князем Георгием.
— Спасибо, папа, — Нине стало стыдно. Ведь отец любил её, и показная чёрствость была лишь прикрытием для чуткой души. И он прав. Ради обладания Источником можно пожертвовать судьбой и личной свободой дочери. Зато будущие поколения Захарьиных встанут в один ряд с одарёнными, повысят свой статус. Можно потом гордиться, что именно Нина дала эту возможность потомкам.
А княжич Мамонов к ней испытывает чувства, пусть и скрывает их, — верила девушка. План, как его привязать к себе, у неё уже вызревал. Главное, всё сделать так, чтобы Андрей никогда не узнал, что оказался под влиянием Нины и попал в сладкую ловушку не по своей воле.
3
— Сегодняшние бои пройдут в Мытищах, — объявил я, собрав во флигеле всех свободных от дежурства охранников и телохранителей. — Точнее, в промышленной зоне, которая находится на южной оконечности города. Начало — в шесть часов вечера. Мой выход назначен на половину восьмого.
— Раньше день боев объявляли заранее, — заметил Эд.
— Это всё из-за статей Казачёва в «Столице», — пояснил я. — Кураторы испугались огласки и сразу же ушли в тень. Княжна Голицына рассказала, что пришлось отменять несколько встреч, и «Железная Лига» понесла существенные финансовые потери. Вот и осторожничают.
— В таком случае нам нужно ехать через Ростокино, — Петрович склонился над картой. — Значит, княжич будет ждать фургон в том же самом месте, где мы и планировали.
— Есть дорога через Измайлово, — подсказал Никанор. — Я по ней несколько раз ездил, знаю каждый отворот. А если сунемся в Ростокино, нас опять могут перехватить. Там часто передвижные посты устанавливают.
— Такой шанс существует на каждом направлении, — возразил Куан. — У нас нет никаких иных вариантов, кроме того, что мы уже проработали. У господина только один возможный выход из усадьбы — через пустырь к лесной дороге. По-другому не получится.
— Через Первую линию дач можно, — вспомнил Влад. — Дорога оттуда как раз на Измайлово выходит.
— Нет, там не поедем, — сразу же отмёл я этот вариант. — В доме Рябковых сейчас активно следователи работают. Там постоянно полиция вертится. Поедем через Ростокино. Будь что будет… Геннадий, «Бастион» подготовлен?
— Всё в норме. Узлы, электронику, движки проверили, — заверил меня Берг. — Осталось только загрузить «скелет» в фургон.
Я кивнул. Транспортировка «Бастиона» в неразобранном состоянии была признана удачной. Лишь бы с креплением не подвели. Но за него отвечал Гена, поэтому я не беспокоился.
— В таком случае подбиваем план, — Петрович обвёл взглядом бойцов. — Как только приедет фургон, я, Куан, Влад, Василий, Никанор и Рахимбек на внедорожнике покидаем имение и неторопливо едем по своим делам со скучающими мордами. Мало ли, куда нам приспичило, правильно? Дожидаемся где-нибудь фургон с инженерами и вместе движемся к точке, где нас будет ждать княжич. Контрольное время — восемнадцать ноль-ноль. Нечаев и Грищук сопровождают груз.
— Есть, — чуть ли одновременно откликнулись «старички».
— Проезжаем Ростокино, и по Ярославскому шоссе летим до Мытищ, — Петрович перестал водить кончиком карандаша по карте. — Будем надеяться, что сегодня особо ретивым «внешникам» будет лень ловить и грузовик, и внедорожник. А где нас будет ждать княжна Голицына?
— На транспортной развилке, — я ткнул пальцем в нужное место. — Я дал Арине Васильевне номер телефона Куана. Вся координация пойдёт через наставника. А то будем перезваниваться друг с другом, время терять.
— Правильное решение, — кивнул Хитрый Лис. — Княжна меня хорошо знает. Не думаю, что возникнут какие-то проблемы.
— В таком случае, господа, начинайте готовиться, — я кинул взгляд на наручные часы. — Фургон должен подойти в четыре. Игорь, Корней — вы будете меня сопровождать к точке.
— Так точно! — оживились парни.
Поняв, что моё присутствие уже не нужно, через коридор, примыкающий к флигелю, ушёл к себе. В доме стояла тишина. Управляющий сегодня отпросился пораньше и уехал к семье на выходные. Поднялся в свои апартаменты, позвонил Арине и сказал, что планы не поменялись, готов биться. Девушка облегчённо выдохнула и пожелала удачи. И добавила, что коэффициент на мою победу начал опускаться. Ну, это дело понятное. Букмекеры уравновешивают ставки. Видимо, Вулкан и в самом деле нереально силён, что в первые дни на него усиленно грузили. А вот я подозреваю, что кураторы сейчас похихикивают, ожидая огромных прибылей. Значит, верят в молодого пилота Волхва… Да и не имею я права проиграть. Арина «зарядила» на меня целый миллион. С ума девица сошла. Если бы она была Пророчицей, я бы не волновался. Но Голицына — всего лишь обычная девушка с уникальным Даром, приносящим деньги.