Вик Разрушитель 9 (СИ)

— Ой, Андрюша! Извини, что побеспокоила тебя своими звонками! Хотела обсудить один вопрос…
— А до завтра не подождало бы?
— Ну… — она смутилась. — Утром моя решимость может убежать далеко-далеко.
— Рассказывай.
— Я слышала, что ты занимаешься шестовым боем. Хочу тоже овладеть боевыми навыками.
— Зачем это красивой девушке? Неужели женихов собралась лупить? — с трудом сдержался, чтобы не заржать. Обижу ведь.
  
— Скажешь тоже — женихов, — хихикнула Нина. — Просто вспомнила, как ты переломал наёмников, когда они на тебя напали. Ну и своё похищение тоже некстати вспомнила. Не хочу быть жертвой, Андрюша.
— Шест не всегда помогает.
— Да, согласна. Но я хочу быть не просто красивой куклой, которую выдадут замуж за какого-нибудь условного Кирюшу Корецкого…
Я не удержался и хохотнул.
— … а самодостаточным человеком, умеющим постоять за себя, — продолжила Нина. — Лида Мстиславская одержима пилотированием экзоскелетов. Арина приносит прибыль своему Роду. Наташка Тучкова, вон, танцами занималась, пока Куракин её не обломал. А я никчёмная…
— Эй-эй! — забеспокоился я, услышав подозрительное шмыганье. — Что значит «никчёмная»? Зачем на себя наговариваешь? Таланты у каждого человека есть, только надо хорошенько покопаться. Адреналина не хватает? Освой езду на байке, выступай на соревнованиях. Ну, как вариант — воздушная акробатика. Тебе пойдёт с такой фигуркой.
— Байк? Хм, идея хорошая, я подумаю, — оживилась Нина, почему-то не обратив внимание на последнюю фразу. — И всё равно, хочу освоить боевой шест.
Я задумался. Кажется, у барышни-одноклассницы развился комплекс неполноценности, вкупе к эксперименту, где основным персонажем является княжич Мамонов. Почему бы не помочь Захарьиной? Хоть встряхну её немного, направлю энергию созидания (или разрушения?) на что-то бесполезное.
— Ладно, завтра поговорим, — я не стал давать обещание, чтобы девушке не показалось, что она может на меня давить и впредь. — У тебя права на мотоцикл есть?
— Есть! — радостно откликнулась Нина. — Даже сам мотоцикл есть. Но на нём Данька катается, а я потихоньку училась.
— Что-то я никогда не видел вас на мотике, — хмыкнул я. — Фотки видел. Думал, понтуетесь.
— Не-а, не понтуемся, так и есть, — подтвердила девушка, не обидевшись. — Да мы особо далеко не ездим, только по району.
— Стесняетесь? — я рассмеялся. — Ладно, завтра обсудим перспективы, если не передумаешь. Шест, знаешь ли, оставляет синяки на теле. И бьёт больно.
— Ой, подумаешь, — фыркнула Захарьина. — Ну всё, спокойной ночи. Целую!
Ага, дескать, имею на тебя некоторые права и не даю забыть о давнем разговоре после полёта на воздушном шаре.
— Целую в ответ, — я поспешно отключился и положил телефон на прикроватную тумбочку. Всё, хватит на сегодня. Хочу спокойно обдумать произошедшее у Алтаря. Случайность это или некая скрытая способность магического Источника? Эх, хочешь не хочешь, а к Брюсу снова придётся обращаться.
3
Воевода Иртеньев, как и положено Главе серьёзного ведомства, неспешно просматривал документы, лёгшие на его стол, как только он приехал на службу. Собравшиеся на совещание офицеры всех служб ГСБ молча сидели за столом и ждали, когда начнётся опрос. Обычно воеводе хватало десяти минут, чтобы оценить назревшие проблемы и начать раскидывать их на плечи тех, кому положено по должности. Все уже давно заметили, что Глава ГСБ никогда не начинает спрашивать по очерёдности. Вот и в этот раз он поднял голову, отыскал глазами кого-то, нужного ему.
— Майор Голощёков! — Иртеньев остановил взгляд на худощавом темноволосом офицере.
— Я! — сразу поднялся тот и чётко повернулся лицом к воеводе. Застыл, вытянувшись.
— Сколько человек выделено на внешнее сопровождение княжича Мамонова?
— Двое, ваше высокопревосходительство. Это помимо группы из состава императорской гвардии. Но у них нет опыта сопровождения, поэтому слишком вольно относятся к своему поручению, — охотно ответил начальник Третьего отдела, словно ему было в радость «утопить» конкурентов.
— Они нас не интересуют, — опустив голову, зашелестел бумагами Иртеньев. — Что происходит в Сокольниках? Какое-то нездоровое шевеление возле имения Мамонова. В отчёте фигурирует купец первой гильдии Рябков. Кто это такой вообще?
— Его семнадцатилетняя дочь была похищена несколько дней назад лицами, работающими на Нила Поликарпова — долгового агента банка «Развитие», помощника его хозяина, Лялина Тихона Николаевича, — чётко доложил Голощёков. — Купец взял кредит у банка, но через какое-то время его мебельное предприятие сгорело. Кредит «завис», появились долги. Я точно не знаю, какие требования предъявлял Лялин, но Поликарпов после нескольких предупреждений приказал выкрасть дочь купца и показательно казнить…
— Чтооо? — протянул воевода, а над столом вспорхнули удивлённые и возмущённые возгласы.
— На Рябкова решили надавить самым радикальным способом, господин воевода, — кивнул майор. — Девочку похитили и повезли в лес. На её счастье, мимо проезжали охранники княжича Мамонова и вспугнули ублюдков. Понятно, что после такого происшествия следователи заинтересовались, какую роль играл сам княжич и его люди. Это ведь не наша прерогатива, а полиции.
— Ладно, с этим попозже, — кашлянул в кулак Иртеньев. — В отчёте указано про ежедневные приезды грузового фургона. Он заезжает в княжескую усадьбу и через некоторое время покидает её в сопровождении легкового автомобиля. Уже несколько дней. Как это объясните? Вы проверяли, куда уезжают машины? Какой у них груз? А если под видом езды в фургоне вывозят княжича Мамонова?
— Зачем? — удивился Голощёков.
— Я бы тоже хотел знать, — воевода хмыкнул. — Потусить в молодёжных клубах, расслабиться. Ему же запрещено покидать усадьбу в течение месяца, кроме поездки в лицей. А фургон с легковушкой выезжают в тот момент, когда Мамонов находится дома. Чтобы себя окончательно успокоить, нужно проверить, что именно, или кого, вывозят в машине.
— В таком случае нам нужна дополнительная группа для сопровождения машин. Гвардейцы нам не подчиняются, да и службу несут расслабленно, как на курорте. Чтобы остановить фургон, нужно договариваться с полицией. У нас нет функций дорожного патруля.
— Договоримся, — кивнул Иртеньев. — Теперь вкратце по другим отделам…
Закончив совещание, воевода отпустил начальников отделов, но попросил майора Лещёва остаться. Командир группы «Арбалет» не удивился приказу. Иртеньев довольно часто обсуждал с ним проблемы, которые нужно было решать радикальными методами.
— Присаживайся поближе, Валентин, — по-свойски произнёс Иртеньев и забросил папки в сейф. — Давненько я с тобой по душам не разговаривал.
— Значит, пришла пора для какого-то серьёзного задания, а не подтирать зад дерзким кадетам, — улыбнулся Кондор.
— В какой-то мере ты прав, но оно не требует незамедлительного исполнения, — воевода переплёл пальцы рук и положил их на стол. — То, что я хочу сказать, не должно выходить за пределы этого кабинета. Придержи информацию, не доводи до своих подчинённых, пока я не распоряжусь… Несколько дней назад у меня состоялся разговор с императором по поводу «Корсаров». Это те самые наёмники-даны, которые слишком вольготно почувствовали себя в России. Сначала Гусаровы, потом княжич Мамонов… Поступил чёткий приказ государя ликвидировать все базы «Корсаров», расположенные в Европе.
— Кто-то из пленников раскололся? — оживился Кондор.
— Один не выдержал, — подтвердил воевода. — Оказывается, «Корсары» очень свободно чувствуют себя на континенте. Заключили кучу контрактов со многими аристократическими родами, что позволило им раскинуть сеть баз… Ну, вот, к примеру, несколько из них.
  
Иртеньев кинул взгляд на экран вычислительного центра.
— База у озера Штрассенвайэр, это на юго-восток от города Ауэрбах в Германии. Такое место, что и на карте-то сразу не найдёшь. Тем не менее, именно там «Корсары» решили развернуться во всю ширь. Затем, в Альпах, в местечке Зальца. Есть ещё две точки. Одна где-то в районе Крапины в княжестве Хорватском. Другая — на каком-то островке в Эгейском море. Но последнее нас не интересует.