Путь одиночки. Книга 8 (СИ)

— Так вот ты какая, Тунгуска, — произнес я. — Жди гостей, получается.
В этот момент самолет изменил положение в пространстве, отчего обзор сменился. Осталось только дождаться посадки и увидеть всё самому.
Вопросы тут же полезли, словно грибы после дождя. Что меня ждет в Тунгуске? Какой уровень тварей там обитает? Ну и наконец, что вообще таится за сопряжением, коим и является супер-аномалия?
  
В душе по этому поводу смешались беспокойство с любопытством и предвкушением пополам. Я понял, что хочу увидеть супер-аномалию.
Посадка — дело небыстрое, но вскоре закончилась и она. Вскоре самолет съехал с взлетно-посадочной полосы вбок, к ангарам, где и заглушил турбины. Наконец с грохотом опустился шлюз в задней части. В воздухе повеял ветерок, напитанный лесными ароматами и запахом жженой солярки.
— Дамы, к машине! — послышался чей-то голос. — Да смелее, если вас здесь и будут за жопу хватать, то только мертвяки!
Неизвестный заржал, видимо, сам довольный своей шуткой. Не обращая на него внимания, военные спокойно сошли по трапу.
Стоило покинуть тень самолета, как в уши ворвался гул турбин, рычание движков техники и далекий гомон людей. Нас встретил довольно упитанный невысокий прапорщик лет сорока.
Безразличие к его юмористическим талантам, кажется, разочаровало военного, но ненадолго. С горящими глазами он направился к размещенному в отсеке грузу.
— Давайте-давайте, — он махнул нам рукой. — К диспетчерской вышке идите. Там разберутся.
— Как скажешь, командир, — произнес кто-то из военных сверхов.
Одним отрядом они направились к указанной цели.
— А кормить когда будут? — поинтересовался знакомый мне лидер мародёров.
Прапор не спеша смерил его взглядом. То ли что-то понял, то ли ориентировки пришли.
— Кормить вы сюда приехали, — произнес он и добавил: — Мертвячков.
Он молодецки заржал. Мародёр махнул рукой, дескать, что с него взять, и знаком поманил своих вслед за военными, к диспетчерской вышке. Они отошли к обочине, чтобы пропустить гудящий движком погрузчик, что подъехал для разгрузки.
Я направился было вслед за ними, но был остановлен.
— Коготь, да? — спросил прапорщик и протянул руку. — Димитр.
Мы пожали руки.
— Тебя подождать просили — какой-то твой знакомый, — произнес он. — Сейчас будет… опаздывает, похоже.
Он деловито посмотрел на часы. Видно, на этом наше знакомство и закончилось. Вслед за погрузчиком подошли молодые парни из местных — то ли срочников, то ли контрактников. Под зычные команды вперемешку с шутками началась разгрузка.
Я отошёл в сторону. Механически наблюдая за работой людей, ждал, кто же там за мной явится.
Движуха вокруг стояла знатная. Вдоль взлетно-посадочной полосы то и дело ездил транспорт с людьми и грузами. Сама полоса тоже не пустовала. Наш самолет едва успел отъехать в сторону, как на взлет пошел военный самолет неизвестной мне модели. Судя по символике на его борту, этот и вовсе был китайский.
В какой-то момент я ощутил на себе пристальное внимание. Стоило оглянуться, как встретился с изучающим взглядом. Ко мне двигался не кто иной, как Михайлов.
— Коготь? — спросил он. — Живой хоть, чертяка?
— Живее всех живых, — фыркнул я. — Хотя в последнее время сохранять этот статус становится все тяжелее.
Мы пожали друг другу руки. С последней встречи на предыдущей игре тот, кажется, еще больше заматерел и окреп. Более того, он имел начальное развитие ядра, хоть и с двумя атрибутами.
— Чего, государственный пес, — усмехнулся я. — Опять в самое пекло отправили?
— Спрашиваешь! — хохотнул Михайлов. — Покой нам только снится.
Я вспомнил образ того самого участкового, кем Михайлов был еще несколько месяцев назад. Невольно пришла некая гордость, что именно моё убеждение поставило обычного задерганного парня на путь становления сверхом.
— Ты вовремя приехал, — обратился Михайлов. — Пошли, устроим тебя побыстрее да покажу тут, че к чему.
Наконец мы покинули территорию шумного аэродрома. Военная часть при нем походила на типовую советскую — в подобной я когда-то служил. Небольшой плац, окруженный административными зданиями и казармами. Чуть в стороне спортивный городок, за которым уже начинается парковая хозяйственная зона.
Всё носило отпечаток основательной запущенности. Вероятно, раньше здесь была тишь да благодать, но сейчас повсюду кипела жизнь. То, что с высоты вдалеке виделось как разворошенный муравейник, вблизи и вовсе было натуральным хаосом. Туда-сюда носились взмыленные посыльные, с парковой зоны слышались ругань да мат военных, что спорили за парковку. Гвалт стоял тот ещё.
Сколько я ни наблюдал, в атмосфере не было напряжения от близости смертельной угрозы. Люди выполняли работу, попутно ругаясь и шутя. Этот вопрос я и озвучил.
— Мы примерно в паре сотен километров от Тунгуски, — посерьезнел Михайлов. — Объект удалось взять в кольцо и сдерживать.
— Ну и что там вообще? — спросил я. — Слышал про нежить, это действительно мертвяки?
— Я бы сказал, мертвячищи, — вздохнул тот и посмотрел на часы. — Давай с бытовухой разберемся, а там и базу посмотрим.
На том и решили. Территория новой базы здорово разрослась из старой в виде обширного полевого лагеря, куда мы вошли. Вопреки хаосу, творящемуся вокруг, здесь было по-военному опрятно и строго.
— Сюда, — Михайлов показал на одну из крупных армейских палаток. — С нашим подразделением разместим, нормально?
— Пойдёт, — махнул я.
Изнутри палатка оказалась еще поделена на некое подобие кубриков. Места хватало, поэтому меня разместили в отдельный, что стало большим плюсом.
Здесь я оставил самые габаритные вещи из своих пожитков в виде ноутбука и прочего. Хоть это всё и помещалось в мою артефактную сумку, но лишний вес и объем могли создать проблемы. С собой я носил лишь необходимый минимум вроде смены белья, небольшого запаса продуктов и питья.
Наконец вопрос с расположением решился. Мы отправились в центр лагеря, где находились административные строения.
— Ну так что там по штурму? — спросил я. — Какие планы у командования?
Пока что я и сам понятия не имел, что вообще делать с такой штукой как супер-аномалия.
— Сейчас стягиваем силы в кольцо вокруг объекта, а дальше не моя головная боль, — пожал плечами Михайлов. — Мы люди маленькие, что говорят, то делаем.
— Разумно, — фыркнул я.
— На самом деле, я слышал, сначала в плотное окружение возьмем, а там видно будет, — посерьезнел Михайлов. — Но мне кажется, пока толком никто и не знает, что дальше делать.
Учитывая, что человечество впервые столкнулось с такой угрозой, звучало правдоподобно. Весь военный опыт землян здесь стал бесполезным. Именно нашими руками и будут писаться будущие учебники по методам сопротивления угрозам, пришедшим из-за границ мира.
Разговор утих. Судя по задумчивому взгляду Михайлова, тот так же думал о непостижимости событий, что обрушились на головы землян. Невольно я поднял взгляд в сторону туманного купола. Тот вздымался к нему достаточно высоко, чтоб быть заметным над крышами палаток, словно каждую секунду напоминая, для чего мы все здесь собрались.
«Справимся, — подумал я. — И с этим дерьмом тоже».
Судя по суете, мы приближались к штабу. Количество офицеров на квадратный метр пространства явно возросло.
Наконец впереди показалась большая черная палатка, с угла которой в небо вздымалась металлическая конструкция с антеннами. Её окружало открытое пространство, где сейчас собрались в ожидании люди. Стоило только присмотреться, как без всякого чутья я безошибочно узнал в них сверхов. Все были на уровне ядра, хоть и начинающие.
  
— Командиры групп нашего соединения, — подтвердил Михайлов. — Видимо, рано подошли, давай подождем здесь.
Мы остановились у угла палатки. Появление двух новеньких тут же подметили. Не уверен, что меня узнали без фирменного клинка и маски, но чужое внимание на себе ощутил. В любом случае никто знакомиться не лез, что было к лучшему. Сперва хотелось приглядеться и понять, кто здесь кто.