Темный Лорд Устал. Книга VI (СИ)

Соколов замер.
— Что за…
Изображение дрогнуло. За спиной генерала что-то замигало — красные аварийные огни.
— Землетрясение? — Соколов обернулся к кому-то за кадром. — Доложить! Что происходит⁈
Далёкий голос оператора, искажённый и полный паники:
— Периметр! Противник прорыватеся… пытаемся остановить его… нет! Как это возможно⁈
Крик. Грохот. Помехи.
Изображение Соколова тряслось, за его спиной что-то рушилось, сыпалось. Генерал развернулся к камере, и Орлов увидел его лицо — белое, как мел, с расширенными от ужаса глазами.
  
— Господин Премьер… — голос Соколова сорвался. — Это… это невозможно…
Орлов смотрел на экран. Его лицо было неподвижным, как маска.
— Поздно, — произнёс он тихо. — Молись, Соколов. Если умеешь.
— Что⁈ Господин Премьер, нужна помощь! Пришлите подкрепление! Пришлите…
Пришла вспышка — синяя, ослепительная, неправильного оттенка, а также оборванный крик и треск статики.
Связь оборвалась.
Орлов сидел неподвижно, глядя на мёртвый экран.
В кабинете было тихо. Только гудение кондиционера и далёкий шум ночного города за окном.
Он медленно потянулся к графину на столе. Налил себе воды и выпил.
Поставил стакан.
Его руки больше не дрожали.
Война, — подумал он. — Этот идиот развязал войну.
Он посмотрел в окно — на огни столицы, на геометрически правильную сетку улиц. На механизм, который он так долго строил.
Кажется, теперь придётся думать, как выживать. И молиться, чтобы Воронов удовлетворился этой местью и не пошёл дальше.
  
Глава 7
 
Даниил
Даниил сидел на бетонной плите и пытался понять, в какой момент его жизнь превратилась в этот цирк.
Нет, серьёзно. Ещё три дня назад он был обычным псайкером. Ну, не совсем обычным — беглым псайкером, скрывающимся от ФСМБ, с котом непонятного происхождения. Но всё равно — относительно нормальным человеком с понятными проблемами.
А теперь?
Он перевёл взгляд на дымящиеся руины химкомбината «Азот». Точнее, на то, что от него осталось. Три корпуса, административное здание, километры труб — всё это теперь представляло собой живописную груду щебня, перемежающуюся воронками и чем-то, что подозрительно напоминало человеческие останки.
Как я здесь оказался?
Память услужливо подбросила картинки.
Площадь в Котовске. Толпа измождённых людей. И он — Даниил — стоит с котом на плече, думая, что сейчас его казнят. А вместо этого Воронов смотрит на него, как на… как на мебель и говорит: «Садись в машину».
Завод. Отравленный, смертельный, с магическим фоном, от которого плавились мозги. Воронов стоит в центре этого ада и перекраивает реальность голыми руками, а Даниил служит ему живым компенсатором, стабилизируя энергетику. Мало того, он еще и учит его.
Мурзик, его кот, его дорогой друг — единственное существо, которое было с ним в самые тёмные дни, оказался… демоном или чем-то похуже. Некой древней сущностью, которая презирает людей и разговаривает у него в голове.
Я чесал пузо демону. Я спал с ним в одной кровати и делился с ним сосисками.
Даниил до сих пор не мог отойти от осознания абсурда этой ситуации.
И эта женщина — Лина. Даниил чувствовал её эмоции. Профессиональная деформация псайкера — хочешь не хочешь, а фон считываешь. То, что он почувствовал, заставило его сжиматься и молиться, чтобы она не заметила.
Это была не женщина, а чёрная дыра с зубами и маникюром. И она смотрела на Воронова так, как голодный тигр смотрит на антилопу.
Мы все умрём, — подумал Даниил. — Либо враги нас убьют, либо Воронов случайно чихнёт и сотрёт вместе с этим лесом.
Он поднял глаза и оглядел свою… команду? Отряд? Труппу бродячего цирка?
Посреди дымящихся обломков стоял Калев Воронов в безупречном чёрном костюме и пальто. Ни складочки, ни пылинки, ни капли крови — хотя вокруг всё было забрызгано красным. Он брезгливо стряхивал что-то с лацкана — то, что ещё минуту назад было бетонной стеной или человеком. Даниил предпочитал не уточнять.
На ящике из-под патронов — откуда здесь ящик из-под патронов? — сидела Лина. Вместо обычного делового костюма на ней был обтягивающий тактический камуфляж, который сидел на ней… неприлично. Нет, это выглядело по-своему хищно, но… неуместно и неприлично. Она надувала пузырь из жвачки и протирала оптику гранатомёта носовым платком. С вышитыми розочками.
Гранатомёт. У неё гранатомёт. Конечно, у неё гранатомёт. почему бы и нет?
Над всем этим безобразием висела Фея — маленькая светящаяся заноза, — и визжала.
— Ты! Блохастый! Навигатор хренов! Куда ты нас привёл⁈
«Туда, куда вёл след, светлячок», — голос Мурзика в голове Даниила был ленивым и абсолютно невозмутимым. — «Не моя вина, что крыса оказалась хитрее, чем выглядела».
— Не твоя вина⁈ Мы полчаса крошили завод! Хозяин потратил часть резерва на фальшивку! А ты говоришь — не твоя вина⁈
«Я кот. Я не обязан быть безупречным. Это привилегия».
— Ты не кот! Ты блохастый мешок с амбициями!
«А ты — летающая лампочка с комплексом контроля. Мы оба не идеальны. Смирись».
— Я тебя убью!
«Попробуй, светлячок. Попробуй».
Даниил сидел очень тихо и старался не дышать. Потому что Мурзик — источник этого содержательного диалога — сидел у него на голове. Буквально — а на голове утроился, как на троне и вылизывал заднюю лапу, полностью игнорируя реальность.
Когти время от времени царапали кожу, но Даниил терпел.
— Может, — он рискнул подать голос, — может, нам стоит…
«Молчи, двуногий», — оборвал Мурзик. — «Взрослые разговаривают».
— Взрослые⁈ — Фея аж подпрыгнула в воздухе. — Ты себя взрослым что ли считаешь⁈ Ты на голове у человека сидишь и лапу лижешь!
«Многозадачность. Слышала о такой концепции?»
— Хватит.
Голос Воронова был негромким, но Фея мгновенно замолкла, а Мурзик перестал вылизываться.
Воронов повернулся к ним. Его лицо было абсолютно спокойным. Вот только глаза… Даниил почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Глаза были пустыми и нечеловеческими. Там, в глубине, что-то шевелилось — что-то древнее и очень, очень злое.
— Это была приманка, — произнёс Воронов ровно. — Они нас переиграли. Вопрос — где настоящая цель.
Лина перестала протирать гранатомёт.
— Мои люди продолжают копать. Если есть третья точка…
Тишину прорезал звук — приближающийся стрёкот вертолётных лопастей.
Все подняли головы. Из-за деревьев вынырнул силуэт — небольшой гражданский вертолёт, и он заложил круг над руинами и пошёл на посадку, поднимая тучи пыли и пепла.
Даниил прикрыл глаза рукой.
Вертолёт приземлился метрах в тридцати от них. Дверь распахнулась, и из кабины выпрыгнул Глеб — в своем неизменном костюме.
Он замер.
Несколько секунд начальник службы безопасности «Ворон Групп» просто стоял и смотрел на картину перед собой. На дымящиеся руины, на Воронова в идеальном костюме, на Лину с гранатомётом и жвачкой, на Фею, которая всё ещё светилась возмущённым красным и на Мурзика, восседающего на голове Даниила, как корона.
Выражение его лица было… Даниил не мог подобрать слова. Что-то среднее между «я слишком трезв для этого дерьма» и «почему я единственный нормальный человек в радиусе километра».
Глеб медленно опустил автомат.
— Точка А пуста, — произнёс он хриплым голосом. — Эмиттер и три трупа. Здесь тоже?
— Фальшивка, — кивнул Воронов. — Видимо, мы потеряли время.
Глеб обвёл взглядом руины — воронки, тела, оплавленный бетон — и вздохнул.
— Вижу, вы тоже без дела не сидели.
  
«Это было скучно», — сообщил Мурзик. — «Они даже не сопротивлялись нормально. Люди нынче пошли хлипкие».
Глеб посмотрел на кота. Кот посмотрел на Глеба.
— Он разговаривает? — спросил Глеб у Даниила.