Одна на двоих жизнь (СИ)

Он кидается к двери, я преграждаю путь, и комдив обрушивается на меня всем корпусом, с силой теснит. Я отталкиваю его и, понимая, что не в состоянии остановить, вполсилы бью по морде.
- Да ты… Урою! Убью суку! Сукииии! – мне снова приходится его держать, Андерш прет, как тяжелый танк, пыхтит, ревет, и мне приходится несладко. Но вскоре бешеный напор резко сменяется полной апатией, комдив бросает свое мощное тело к стене и приваливается так, будто его перестали держать ноги. Из груди рвется то ли хриплое рыдание, то ли хохот.
  
- Мне жаль, - повторяю я. – Мы отомстим за всех наших.
- Шел бы ты, Райт…
Слышу в коридоре голоса командиров, которые участвуют в атаке на базу террористов.
- Мы убьем их, сэр, мы их уничтожим!
Вертушки взмывают в ночное небо, в груди тоскливо ноет. Адреналин перегорает в теле, привычном к бою, плечи просят ощутить тяжесть брони, а руки – твои руки – скучают по штурмовой винтовке. Я одергиваю китель, задирая голову к небесам, где теряются черные точки. Ветер шумит, гудит, будто море, и я не сразу слышу голос за спиной.
- Какого хера ты творишь, Дан?
- А, Олег, - вот и он тоже остался за бортом этого праздника жизни, - генерал Андерш решил атаковать штаб лефтхэнда.
- Почему он поменял решение? – недоверчиво интересуется Бахмат.
- Его брат убит. Он не знал об этом.
- А ты-то откуда знаешь и почему не сообщил мне? – обиженно качает головой Бахмат.
- Меня никто и не спрашивал. Устроили тут масонский заговор. Стыдно, замполит!
Бахмат чешет в затылке, делая вид, что смутился.
- Кстати, Дакота Мур находилась под гипнозом, когда передала неверные координаты пилотам бомбардировщиков.
- Как определил? – быстро спрашивает замполит.
- Есть способ.
Мы уходим с вертолетной площадки, очень уж тут шумно. Кстати, надо зайти к Спенсеру, сообщить новости о Дакоте.
- А других диспетчеров протестировали?
- Я – нет, насчет контрразведки не знаю.
Похоже, нам приходит в голову одна и та же мысль. На взлетной полосе вспыхивают огни. Малый сверхзвуковой бомбардировщик «R-17», который пилоты ласково называют «бочонком», плавно выкатывается на свет.
- Твою дивизию!
Мы переглядываемся и со всех ног бросаемся к диспетчерской. Олег на бегу срывает с пояса рацию и, не стесняясь в выражениях материт ничего не понимающего дежурного:
- Куда смотрите, долбо*бы херовы! У вас там «бочонок» вышел на взлет! Как не знаете?! Х**во смотрите, дебилы! Кто отдал приказ? Где Спенсер? Придушу говнюков!
Влетаем в диспетчерскую, сотрудники оглядываются на нас круглыми от удивления глазами.
- Кто отдал приказ? – ору я, а Бахмат, крутанув кресло, вытряхивает из него парня-диспетчера.
- Шиф…ровка, - мямлит тот, отползая от разъяренного замполита.
- Нам пришел приказ – курс, цели, все, - вскочив, оправдывается девушка, - из Генштаба, по закрытому каналу. По инструкции…
- Сядь и останови борт, - отрезаю я, - по инструкции ты должна была доложить Андершу или в его отсутствие – мне. Ну, чего сидишь?
Бахмат хватает шифровку, пробегает глазами и со стоном приникает к стеклу диспетчерской, где бомбардировщик, несущий восемь авиабомб, заканчивает разгон.
- Борт 18, борт 18, говорит диспетчер… борт 18! Сэр, с ним нет связи!
- Пытайся установить, - уже понимая, что все бесполезно, приказываю я. Перевожу взгляд на Олега:
- Придется его сбить.
- Блядь!
- Дай мне рацию.
Бахмат смотрит на меня, как на врага народа, но рацию отдает. Он тоже понимает, что другого выхода нет, лефтхэнд взял нас за задницу и вот-вот натянет.
Вбегает взъерошенный Спенсер, переводит взгляд с меня на замполита и обратно.
- Кто?
- Дастер. И, похоже, он под гипнозом.
Понимая всю бессмысленность спора со мной Спенсер пытается докричаться до своего пилота:
- Дастер! Кэм, ответь! Катапультируйся, Кэм, живо! Слышишь меня, придурок? Прыгай! Прыгай!
Я отдаю приказ, компьютерная программа комплекса ПВО дублирует его. Как же хорошо, что хоть эта система полностью компьютеризирована. Мы ничего не видим, в диспетчерской воцарилась тишина, все боятся даже дышать. На панели мы видим таймер, отсчитывающие секунды до вхождения борта18 в портал. «Бочонок» вспыхивает за три секунды до нырка, слишком близко от портала, так что магнитное поле сжимает и втягивает в себя пылающий стальной ком. Если Дастер и попытался катапультироваться, вряд ли он сумеет выжить в этой жуткой круговерти.
========== Главы 11-12 ==========
Глава 11
- …согласно шифровке, Дастер получил курс на W: 113, где находятся…
- …оримские нефтяные вышки, - Рена Бойл светит мне фонариком поочередно в оба глаза, - вы хорошо меня видите, полковник?
- Нормально, - отвечаю я, - у меня не оставалось времени на маневр, сверхзвуковой самолет был бы на месте минут через двенадцать-тринадцать.
- Я понимаю, смотрите на кончик молотка, - она подносит к моему лицу блестящий молоточек, начинает водить перед глазами вправо-влево, приближать к переносице и удалять от нее.
- Со мной все в порядке, мне просто дали по морде.
Рена откладывает молоток и, подняв руки, слегка сжимает мои виски. Ладони у нее прохладные, легкие.
- У вас в голове пуля, полковник, а вы ведете себя так, будто не понимаете опасности.
- Поверьте, я понимаю. Просто не успел среагировать, ожидал ответа командования. Все были немного не в себе.
- Что теперь будет с Томом?
- Со Спенсером? Да ничего не будет, утром Олег выпустит его с гауптвахты. Разбирательство за нападение на вышестоящего офицера ему не грозит, если вы об этом.
Рена кивает, задумчиво глядя на меня. Сейчас глубокая ночь, полчаса назад вернулась группа захвата во главе с генералом Андершем. Вернулась с победой. Комдив, лично принявший участие в операции, подошел к нам, встречающим их на летном поле, окинул меня тяжелым, как и прежде, взглядом.
- Разрешите доложить, - отрапортовал я, стараясь не морщиться от горящей огнем скулы, - предотвращена несанкционированная попытка вылета бомбардировщика «R-17». Применили орудия ПВО. Ситуация была экстренная. Командование уже оповещено.
- Черт знает, что творится! – бросил Андерш, но без злости, просто в сердцах.
- Иди, - пихнул меня в бок Олег, - я сам все расскажу. Покажись Ведьме.
И вот я сижу перед Реной, и мои мысли вместо тысячи насущных проблем занимает один вопрос, а именно - за что мисс Бойл дали прозвище Ведьма.
- Я еще не открывала шампанское, - замечает Рена, - можем сейчас открыть.
- Не стоит, мне еще рапорты писать, - улыбаюсь я, - но от чая с конфетами не откажусь.
Она понимающе кивает и включает чайник. Накрывает на стол, достает кружки, коробку чая, конфеты, которые я же ей и принес сегодня днем.
- Вы помните Эдну Кромвер? – вдруг спрашивает Рена.
- Кого?
- Она командовала хирургической службой на летающем госпитале в 62-м.
Полковник Кромвер? Я не знал ее имени. Да и не встречал больше после той истории.
- Господи! Помню, конечно же, как можно забыть человека, который спас жизни мне и брату. Просто вы назвали ее имя, а я не знаком с ней настолько близко.
Рена улыбается лукаво и очень тепло.
- Это вы с братом спасли нам жизни. Я ведь тоже была там, на том проклятом шаттле.
- Вот как, - отчего-то становится неловко, так же, как на Севилье, когда официантка принесла мне кофе в благодарность за спасение чьей-то семьи. – Это всего лишь наш долг.
- Мой первый контракт. Я просто хотела заработать денег, а тут такое… поверить не могу, что все-таки решилась вернуться в армию. Но мне легче, когда есть возможность делать хоть что-то. Спасибо вам, Дан…
  
- Не стоит, - качаю я головой, - у нас тогда все совершенно случайно вышло. Повезло.
- Не за госпиталь, за то, что вы делаете сейчас. Все казалось таким безнадежным, но вы отбили Ориму, а теперь сумели справиться с террористами здесь. Теперь я верю, что у нас всех есть шанс. Правда же?