Одна на двоих жизнь (СИ)

Я выполняю его приказ.
- Вытяни руки, - командует врач, - коснись кончика носа. Теперь другой рукой. Годен. Давай свои бумаги.
Вместо ответа я шагаю к нему и поднимаю футболку. Врач поднимает глаза и таращится на меня так, будто видит на моем теле не шрамы, а свежие кровоточащие раны.
- Где это тебя так… потрепало?
- Много где, в плену у террористов, при захвате Оримы. Полковник Дан Райт, начальник штаба 21 воздушно-десантной дивизии, - представляюсь я.
  
Медик вскакивает, вытягиваясь так, будто его спину разом выгнула судорога.
- Простите, господин полковник, - мямлит он, - сэр.
- Вы всех так проверяете, доктор?
- Капитан медицинской службы Свеннерсон, - докладывает тот.
- Вольно, капитан.
- У меня приказ, сэр. Не чинить препятствий. Руки-ноги в наличии, значит, к военной службе годен. А уж на сортировочном пункте решат, что с ними делать.
- А если морфоид?
- Морфоид? – удивился Свеннерсон.
По его смущенному виду можно догадаться, что он, наверное, и головы-то порой не поднимал. Что среди рекрутов могут затесаться шпионы, пытающиеся пробраться на базу, ему и в голову не приходило.
- Простите, сэр.
Он не виноват. Этот доктор просто винтик устаревшей системы. Я в очередной раз убеждаюсь, что нужно принципиально менять подход к безопасности в оримской армии. И этим нужно заняться незамедлительно, пока военная база не взлетела на воздух вместе с не менее чем десятком стратегически-важных объектов.
- Пункт закрыть, шаттл отменить, рекрутов разогнать по домам, ясно?
- Так точно, сэр, - без колебаний вытягивается Свеннерсон.
Я выхожу из палатки и встречаю возмущенный ропот – мои слова слышали все.
- Расходитесь!
- Как же так?!
- Да кто ты такой?
- А что, Ориме больше не нужны добровольцы?
- Дан! Это Дан Райт! – слышу я из толпы смутно знакомый голос.
Ко мне, расталкивая остальных, пробирается крепкий светловолосый парень, открытое смешливое лицо которого мне знакомо.
- Ленокс Броквуд, - вспоминаю я имя главаря оримских кадетов, - рад тебя видеть!
- А уж я как рад, - оглядываясь на настороженно притихших добровольцев, хмуро срезает парнишка, - что нам делать-то?
Несколько десятков глаз смотрят на меня с надеждой. Эти люди пришли сюда, готовые пойти в бой, на смерть против страшного врага ради безопасности всего мира, это заслуживает уважения.
- Друзья, как начальник штаба 21 воздушно-десантной дивизии, я обещаю вам, что набор рекрутов в ближайшее время возобновится. Мы решим организационные вопросы и снова установим вербовочные пункты. Благодарю за вашу храбрость и самоотречение. Вы уже герои.
- А что нам делать сейчас?
- Расходитесь по домам. И не бойтесь, в этой войне никто не останется в стороне. Вы еще успеете навоеваться. А ты, Нокс, иди за мной.
До шаттла у меня остается минут двадцать, поэтому мы с Броквудом быстрым шагом спешим в здание аэровокзала.
- Как ты тут оказался? – спрашиваю я Ленокса. Мы оставили его с товарищами прикрывать нашу атаку на «колосс», и я так и не узнал, что стало с кадетами, совершившими подвиг и давшими отряду время, чтобы поднять «Феникс» в воздух.
- Что с остальными?
- Пит погиб, Лаки и Тони тоже. Остальные выжили, кто где… я вот тут.
- Погоди, - остановившись, я сжимаю его плечо, - ты же окончил кадетский корпус. Как ты оказался на вербовочном пункте? У тебя уже должен быть идентификационный военный номер.
Парнишка смотрит волком.
- У меня его отобрали, - резко бросает он, - когда выписали из госпиталя.
Он поднимает правую руку, и я вижу изувеченную выстрелом кисть – из всех пальцев остались большой и указательный, запястье покрыто грубыми шрамами. Мальчишке уже никогда не исполнить свою мечту – летать с такой рукой он не сможет.
- Парни говорили, доктор Свеннерсон даже не смотрит, всех отправляет на фронт. Вот я и подался сюда после госпиталя, - вздохнул парнишка, - и зачем ты появился? Я же мог попасть на войну!
Я быстро соображаю, чем могу помочь парнишке. Светлые головы в окружении не помешают, к тому же Ленокс до безобразия похож на тебя в его годы. Такой же храбрый, дерзкий и острый на язык. Такой все равно не будет сидеть в тылу.
- Покажи-ка, - я беру его за руку и оглядываю кисть, - приноровился уже? Сожми мою руку. Крепче! Стрелять сможешь?
- Еще бы, - с бешеной надеждой кивает он, - начал разрабатывать, когда еще бинты не сняли. Собрать-разобрать винтовку могу меньше, чем за минуту, а стрелять вообще с двух руку умею. Я тебе покажу!
- Пойдешь ко мне, - решаюсь я, - у тебя пять минут, чтобы позвонить близким. Больше дать не могу, извини.
От восторга открыв рот, парнишка качает головой.
- Мне и не надо. Дома были готовы, что я не вернусь, у меня и вещи тут, сейчас принесу.
Решительный парень!
- Тогда бегом за вещами, через десять минут встречаемся на летном поле. Документы у тебя с собой?
- А как же! Я сейчас, одну минуту, сэр! – заорал Броквуд и ринулся в сторону вербовочного пункта.
Рума встречает нас неприветливо. В отличие от Севильи здесь прохладно и туманно, база 21 воздушно-десантной дивизии располагается в живописной долине между двух лесистых холмов. Воздух тут кристально чистый, сладковато-хвойный, сразу начинаешь дышать глубже, такой он вкусный свежий. Территория ярко освещена ксеноновыми прожекторами, нововведение, опробованное на базе Штормзвейга, перенесли и сюда. Командор как никто понимает, что мир с Семьей у нас только на бумагах.
Шаттл встречает незнакомый мне офицер в форме подполковника.
- Полковник Райт, сэр, - протягивает он мне руку, крепко жмет, - я - Бахмат, заместитель командира дивизии по управлению.
Ага, ясно. Это сейчас так замполит именуется. У нас же лояльность и терпимость в цвету.
Короткий ежик волос совершенно седой, лицо неожиданно молодое, но жесткое. Видимо, на непыльную должность продвинулся из боевых офицеров.
- Очень приятно, подполковник, - отвечаю я, отметив, что Бахмат не назвал своего имени. В дивизии не приветствуется панибратство? Или это только меня так встречают?
- Рады вас видеть, - сухо кивает замполит, - я покажу вам базу и познакомлю с офицерским составом. А это кто? – кивнул он на Ленокса.
- Мой порученец. Пусть его устроят и накормят.
Бахмат, надо отдать ему должное, ничем не выдает удивления и недовольства. Взволнованный Ленокс нервно прячет правую руку за спину.
- Идите за нами, - велит подполковник и ведет нас к зданию штаба.
Там, на вечернее совещание, уже собрался весь офицерский состав 21 воздушно-десантной дивизии.
Не меньше двадцати офицеров подразделений и штаба встречают недоуменным молчанием. Командир дивизии генерал Андерш поднимается с непроницаемым лицом, но его взгляд буквально давит меня. Ростом комдив едва ли не выше меня, плечи широченные, а руки, даже для такого внушительного роста, кажутся слишком длинными, отчего Андерш напоминает очеловеченного орангутана. Голова брита почти наголо, но пробивающийся волос ярко-рыжий, темные глаза близко посажены – колоритная личность, в общем.
- Господа, позвольте представить нового начальника штаба, - объявляет Бахмат, - полковник Райт из разведуправления.
Отдаю честь неохотно встающим офицерам. РУ всегда было недостижимой мечтой для обычных войск, элитой. Спецназ разведки получал самые сладкие пряники, оставляя грязную работу другим подразделениям. Так что я представляю, как выгляжу в глазах своих новых сослуживцев.
- Для меня честь служить с вами, - просто вежливость. Я не рад, и они не рады, но нам придется как-то уживаться.
- Мы все еще успеем познакомиться ближе, - металлическим тоном срезает Андерш, - занимайте свободное место, полковник, продолжим наше совещание.
  
Бесконечно длинный день закончился, но я не собирался идти в выделенную мне каморку в офицерской казарме. Бахмат показал мне кабинет прежнего начальника штаба, пояснив, что мой предшественник погиб в Штормзвейге по время атаки суморфов в сентябре этого года. Он был там по семейным делам, пошел поглазеть на глав правительств – и оказался в эпицентре одного из взрывов.