Одна на двоих жизнь (СИ)

- Ждать. Искать выживших, собирать информацию и ждать.
- Корд.
- Что?
- Ведь не может быть так, чтобы ее не стало? – почти умоляюще спрашиваю я, зная, что ты ответишь, зная, ЧТО ты ответишь.
- Не может, - уверенно говоришь ты, - огневая мощь Оримы им не по зубам. Система доступа настроена на индивидуальные фенотипические параметры, морфоидам ее не пройти. Скорее, заблокировали или деструктурировали порталы, а в Сеть пустили дезу, что Империи больше нет. Так легче вызвать панику и разброд среди населения.
  
Выдыхаю с облегчением, безмерно благодарный тебе, старшему и мудрому, за такое правдоподобное объяснение.
Окрыленный надеждой отправляюсь варить кофе. Кофеварка пыхтит, аромат кофейных зерен с ирландским ликером прогоняет сон.
- Дан, тебе не пора ставить укол? – напоминаешь ты.
- Верно.
Какая все же крошечная квартира у Сандры. Узкие коридоры, дверные проемы… Я все время собираю их плечами. И сейчас умудряюсь рассадить не зажившую руку о чертов косяк. Боль пронизывает до кончиков пальцев, сильная, аж искры из глаз.
В полумраке нащупываю на подоконнике шприц. В неясном свете монитора белеет простыня, Зэйро лежит под ней неподвижный и будто бы мертвый. Лишь едва-едва поднимается и опускается тощая грудная клетка. Целомудренно отгибаю простыню в районе бедра, быстро всаживаю иглу в твердую упругую мышцу, отмечая про себя, что морфоид не кажется мягким, ватным, как бессознательные больные.
- Все, принцесса, спи дальше.
Наливаю себе кофе и долго стою у окна, глядя на огни борделя и не думая ни о чем, кроме саднящей раны на плече. Потом мне вдруг приходит в голову одна мысль, я возвращаюсь к компьютеру и набираю в поисковике: «Кеннет Смит». Система выдает мне десятки Смитов, открываю подшивки последних новостей мирового сообщества и вижу знакомую до дрожи физиономию.
- Что ты знаешь про эту сволочь, а, Корд?
Ты не отвечаешь. В полутьме комнаты я чувствую упирающийся в затылок взгляд. Дьявол! В этот миг запястье будто ошпаривает кипятком, с шипением я отдергиваю руку, но меня держит мощный захват.
Длинный, мучительный стон заставляет меня замереть. От внезапно пережитого страха и боли колотится сердце, поджимаются пальцы на ногах.
Узкая ладонь на моем запястье медленно, по одному пальцу разжимается, отдираясь от кожи. Мне остается только бессильно шипеть, потому что боль хоть и не сильная, но неотвязная и противная, будто проехались шкуркой. И еще обидно – так подло, исподтишка…
- Ты сам виноват, - тихо и смущенно шепчет морфоид, - от тебя пахнет кровью.
========== Главы 29-30 ==========
Глава 29
- Акула, - раздраженно отвечаю я, зажимая содранное запястье. Кожу саднит, я хватаю полотенце, висящее на спинке стула, и перетягиваю руку. – Чертов хищник!
Зэйро выдыхает сквозь зубы. Закрывает глаза и молчит, но в этом молчании чувствуется что-то напряженное, болезненное.
- Ты знаешь, что случилось с Оримой?
На обтянутых кожей скулах вздуваются желваки. Морфоид не отвечает, и я начинаю беситься.
- Ты знаешь, я уверен! Вы, проклятые твари, спланировали захват моего дома. Не думай, что уйдешь отсюда живым.
- И что ты мне сделаешь? – равнодушно интересуется кровосос. – Убьешь беспомощного?
Черт, мне не понравилось, как он это сказал. Будто сомневается в моей способности убить поверженного врага. Будто сам бы этого не сделал…
- Без колебаний, - отвечаю я в тон ему, - мы враги, я больше тебе ничего не должен, и не думай, что испугаюсь мести твоих дружков.
- Вот как, - ровно произносит Зэйро, - и это нас называют нелюдью. Вы сами хуже зверей.
- У меня в Ориме остались дети! – окончательно свирепею я. – Я ничего не знаю об их судьбе.
Зэйро вздыхает, алые глаза распахиваются. Зараза, ведь он не кошка, почему в темноте так ярко полыхают зрачки. Я поднимаю руку и зачем-то начинаю развязывать кровоточащее запястье.
- Черт!
Тихий смешок, тонкие губы издевательски растягиваются. В свете монитора его лицо кажется белой маской мима.
- Думаешь, что сможешь переиграть меня, принцесса? – последнее слово выплевывает с отвращением. Блин, а я-то думал, он полностью тогда отрубился.
Мне не страшно, просто… странно делать совсем не то, что диктует истошно орущий рассудок, а то, что велит лежащая на постели ухмыляющаяся тварь.
Окровавленное полотенце падает на пол, я пытаюсь сомкнуть негнущиеся пальцы на спинке стула, чтобы замедлить движение руки в сторону оскаленного рта. С запястья срывается капля крови и падает на синевато-бледную щеку морфоида.
В голове ясно, но мысли не мои, чужие, мои сиротливо ютятся в уголке. Я четко осознаю, что делаю не то, но не могу остановиться. Это все равно, что тормозить разогнавшийся оримский экспресс. Внезапно еще что-то чужое, но удивительно близкое и родное возникает в моей атакуемой монстром голове. Навязчивая песенка из далекого детства:
Жил один ковбой в Техасе,
Звали его Билл,
Пил он виски на террасе
И коров доил,
И всю жизнь в любовь не верил,
Лишь любил курить,
Но однажды встретил Мэри
И не смог забыть.
Послушай, Мэри, открой мне двери
Поверь мне, Мэри, прижмись ко мне,
С тобою, Мэри, средь диких прерий
Помчимся вместе на одном коне!
Пальцы смыкаются на спинке, я отдергиваю руку и прижимаю к груди. От облегчения меня всего колотит, песенка крутится в голове, сбивая гипнотическую атаку морфоида.
- Смотри-ка, сумел справиться, - ухмыляется Зэйро, похоже, нимало не разочарованный неудачей.
Спасибо, Корд!
- Не провоцируй его, он непрост.
Я подхватываю упавшее полотенце.
- Затяни потуже, - в хриплом голосе морфоида просительные интонации, - не играй со мной. Мне очень плохо, я могу сорваться.
Похоже, теперь он вполне искренен, да и весь его вид подтверждает слова. Зэйро трудно, с присвистом дышит, тело болезненно вытягивается под простыней. Чтобы убить его сейчас не надо даже прикладывать усилий, достаточно позволить двинуться. Сразу может произойти что-то катастрофичное: то ли ствол мозга куда-то вклинится, то ли отек усилится, не очень в этом понимаю.
- Я попробую разузнать про твоих детей, - с заметным усилием говорит он.
- Как ты это сделаешь?
- Дай мне телефон.
Я выполняю его просьбу и замираю в ожидании. Тонкие пальцы быстро прыгают по пищащим клавишам. Неужели? Мне бы только убедиться, что Шику и Таня живы, что их успели эвакуировать прежде, чем в Ориме началась война.
- Айзек? Да, это я. Нет, приезжать пока не надо, я отлежусь пару дней. Сделай кое-что для меня. Нужно узнать, где сейчас дети лейтенанта Райта. Да знаю я, что сам он того… меня интересуют дети, максимально полная информация. Хорошо, жду.
Зэйро обессилено вытягивается под простыней и закрывает глаза, рука падает вдоль тела, но не отпускает трубку.
- Помочь тебе чем-нибудь? – неожиданно вырывается у меня. Ну не могу я преодолеть чувство благодарности и жалости даже к смертельному врагу. Вот такой дурак.
- Одеяло… очень холодно.
Надеюсь, Сандра не рассердится, что я без спроса взял ее одеяло, но, похоже, морфоиду оно сейчас нужнее. Только бы он не вырубился до звонка от неведомого Айзека. Надо поговорить с ним, не дать уплыть…
- Слушай, Зэйро, мисс Дэй рассказывала, что вы можете обходиться без крови. Ну, так, чтобы совсем. Правда это?
Морфоид долго молчит, потом произносит неохотно:
- Отчасти. Кровь очень хорошее топливо. Вот ты будешь ездить на дизельной бурде или на высокооктановом топливе, разницу почувствуешь?
  
- В Ориме был принят закон, что морфоиды могут легализоваться, если пройдут процедуру выжигания рогового слоя…
- Ну-ну, - усмехается Зэйро, - давайте, еще попутно заставим проходить процедуру кастрации, чтобы не дать размножаться. А что, для безопасности Империи любые меры адекватны и обоснованы.