Одна на двоих жизнь (СИ)

Люди спешат, толкаются, от гомона, смеха, криков голова гудит, как улей. Наконец, заметив в толпе серую ветровку Жана и темно-синюю форму начальника станции и растолкав локтями медлительных, как черепахи, горожан, протискиваюсь к ним.
- С ума сошел?! - седенький коренастый начальник станции, подтянутый, похожий на отставного боцмана пышными усами и бородой, кипит от гнева. - Остановить движение! Такого не было за все тридцать лет, что я здесь служу! У меня образцовая станция, идеальная чистота и порядок…
  
- Срать мне на твою чистоту! - орет несдержанный Веньяр, нависая над старичком, - разлетится вдребезги твоя станция, понимаешь, дед?! Из-за тебя разлетится, козла старого!
Начальник станции багровеет, усы топорщатся, как у обозленного кота:
- А ну как ты сам мне бомбу подбросишь, а? Чем докажешь? Ты вот сейчас уйдешь, а меня на пенсию вышвырнут.
- Еби твою мать через колено! Перекрывай станцию, дед, пока не поздно! - Веньяр пыхтит и булькает, как кипящий чайник.
- Надо связаться с управлением, - бурчит противный старикашка, - кто знает, кто ты такой, капитан как там тебя…
- Я ж тебе показал удостоверение.
- Не знаю таких. “Ви» знаю, «Зет» знаю, а про «эМ» не слыхал.
Жан скрипит зубами так громко, словно перегрызает железную перекладину турникета.
- Жано, пошли, - вмешиваюсь я в спор, - а вы перекройте доступ на станцию и остановите движение. Под ответственность майора Рэндела, поняли?
Не оглядываясь, ныряю в толпу, она течет медленно, как загустевший кисель. Веньяр нагоняет меня, все еще пыхтящий и злой.
- Вот гад, - ворчит он, пихаясь локтями в стороны, - привязался к удостоверению… Быстрее, шевелитесь!
- Хам!
- Курица!
Я перепрыгиваю через турникет, Жан за мной. Эскалатор ползет вниз, как умирающий питон.
- Как думаешь, перекроет?
- Куда денется? Перекроет. Но их тут все равно очень много…
В динамике прорезается голос Рэндела:
- Где вы там, орлы?
- На станции, через минуту будем на платформе.
- Видите ее?
- Пока нет.
- Ее засекла вторая камера. Посылаю подстраховку.
Мы с Жаном врываемся на платформу. Ну и толчея, как тут можно обнаружить существо, обладающее врожденными способностями к конспирации?
- Видишь суморфа? - спрашивает Веньяр. Я отрицательно качаю головой, осторожно оглядываясь.
С грохотом к платформе подходит поезд, толпа движется клейкой массой, увлекая по пути даже тех, кто не хочет ехать.
- Я вижу ее, - шепчет Веньяр мне на ухо.
- Где?
Он указывает мне на высокую стройную девушку у самого края платформы. В ярко-красной кожаной куртке и узких джинсах, она грациозно откидывает за плечо прямые распущенные волосы.
- Не ошибаешься? Я ничего не чувствую…
- Зато я чувствую.
- Это точно не феромоны? - сомневаюсь я, уж слишком ярко разряжена девица, и знакомого головокружения от присутствия нелюди не ощущается. Правда, и стоит она довольно далеко.
- Если бы у тебя были мозги… - заводит знакомую песню возмущенный Веньяр, но я уже ныряю в толпу.
Посадка в поезд напоминает стихийное бедствие, словно кто-то вбил в головы этого стада, что состав последний и привезет своих пассажиров прямо в рай. Ну, или в Дисней-Лэнд. Толпа ломится в открытую дверь вагона, будто струя воды из брандспойта, в салоне расползается в разные стороны, спеша занять сидячие места. Я, как щепка в бурном потоке, влетаю в вагон, дико озираюсь, пытаясь разглядеть в битком набитом поезде красную куртку кровососущей гадины. Позади, как бешеный тур, ломится Жан Веньяр, его могучий голос перекрывает общий гомон.
- Чтоб вас… кто придумал такие узкие… так тебе и надо, корова! Прошу прощения, мадмуазель, миль пардон!
В глубине вагона замечаю что-то красное. Надеюсь, это она. Пробираюсь по салону, наступая на ноги, расталкивая пассажиров плечами, вслед мне несутся ругань и предложения последовать известным маршрутом, но я не обижаюсь. Вагон гудит, Веньяр за моей спиной тоже не очень-то церемонится.
- Пропустите, дорогу, расступитесь, господа и дамы! Простите, извините, дайте пройти!
Красное пятно впереди никуда не исчезает. Я рвусь из последних сил, куртка трещит по швам, спина холодеет от мысли, что могу не успеть. Мы все на волоске висим: и здоровенный краснокожий бугай, пихнувший меня коленом, и толстая баба с тележкой, и подросток с торчащим на голове синим хайером.
Я, наконец, вижу ее: стоит у окна с отрешенным лицом, взгляд рассеяно скользит по перрону, лицо бледное, хотя скулы умело подкрашены румянами. Подкатываю к ней, вызывая изумленный взгляд, без лишних церемоний кладу руку на талию:
- Рита? О, простите, обознался… Думал, мы знакомы.
- Мы не знакомы, - сухо отвечает она, отворачиваясь. Я судорожно думаю, что делать дальше. Каким идиотом я буду выглядеть, если ошибся. А если не ошибся, тогда все еще хуже.
- Это легко исправить, давайте познакомимся. Вас как зовут? Мирабелла, Лорелея, наверняка, имя такое же красивое, как и вы сами!
- Вы сумасшедший? - большие глаза расширились. Сердце захолонуло, перед глазами будто скомкали и тут же расправили прозрачную пленку.
- Эй, парень, чего привязался? - тот самый бугай, который пнул меня по колену, теперь напирает грудью, пытается оттереть от девицы, изо рта воняет жареным луком и пивом:
- Отойди от девушки, а то в зубы получишь!
- Ты ее муж? - вмешивается подоспевший Жан. - Нет? Вот и катись отсюда!
В вагоне стоит такой гвалт, что голос дежурного в динамиках едва слышен:
- По техническим причинам поезд не пойдет дальше. Просьба сохранять спокойствие.
Я чуть не пропустил ее рывок. Невероятной силы бросок едва не сломал мне ребра, если бы было куда падать, точно бы свалился.
- Куда же ты, красавица моя? - сквозь зубы цежу я, хватаю ее в объятья, фиксируя руки. - Мы еще даже не познакомились! Жан!
Пока Веньяр соображает, в каком кармане у него ампула, мы с морфоидом сдержанно боремся, зажатые до треска костей железными тисками толпы. Тварь хрипит, судорожно разжимая мой захват, на бледном лице горят глаза, в которых уже нет ничего человеческого. И вдруг обмякает в моих руках, глаза жутко закатываются.
- Пропустите, человеку плохо! - орет Веньяр, мы снова толкаемся. Толпа вываливается из поезда встрепанная, как стая помойных ворон, так же каркает, ворчит. Я тащу бесчувственную тварь к выходу, Жан спереди расталкивает локтями мешающих пассажиров.
На платформе нас уже ждет бригада. Грузим тело на носилки, наши ребята - вспомогательная группа «эМ» - деловито расстегивают одежду, ощупывают, потом проверяют пульс и зрачки.
- Не суморф.
- Морфоид, пустышка.
- Везем к нам?
- А куда же еще? Вот сволочи! В час пик.
Я устало прижимаюсь к колонне, хочется курить так, что сил нет.
- Спасибо, ребята. Зря вас потревожили.
- Да чего там, хорошо, что обошлось, - отзывается старший по группе, хмурый парень с побитым оспинами лицом, имени не помню, то ли Сэм, то ли Сид. Да какая разница.
- И верно, хорошо, что обошлось.
========== Главы 3-4 ==========
Глава 3
В фойе метро, у прозрачных раздвижных дверей, я не выдерживаю, вытаскиваю из пачки сигарету и с наслаждением вставляю в зубы. Стеклянные створки расходятся, в лицо бьет прохладный влажный ветер, стирая пот и липкие взгляды.
- Стой, - Веньяр хватает меня за локоть и оттаскивает от дверей, прохожие косятся на нас, - не нравится мне это! Нехорошее ощущение… И попробуй только заикнуться о феромонах, убью!
- Что еще за предчувствие? - устало спрашиваю я, с сожалением всовывая сигарету обратно в пачку.
  
- Как будто нас обвели вокруг пальца, - он морщит лоб в мыслительном усилии.
Я тоскливо оборачиваюсь: поезда возобновили движение, толчея рассосалась, эскалаторы мерно везут людей вверх и вниз. Жан врывается в будку охраны метро, за дверью слышатся голоса, я спешу за ним.