Худший из миров. Книга 8 (СИ)
— Видят пресветлые боги, я собирался взять вас всех, — признался «ужасный», — но вы настолько увлеклись дележкой честно добытого, что совершенно не обращали на меня внимания. В частности, к тебе я несколько раз подходил, — с искренним видом соврал Олег, — но ты сказал, что если я не перестану к тебе лезть, то ты оторвешь мне голову.
Татарин, аж подвис, стараясь припомнить эти созданные воспаленной фантазией Олега моменты. В принципе он вполне мог ляпнуть нечто подобное в горячке спора.
— Поклянись перед богами, что такое было, — потребовал джин.
— Не стану, — довольно ответил Олег и словно ни в чем не бывало продолжил, — вы все были на столько заняты, что в качестве счетоводов мне пришлось взять с собой гнумпленов.
— Гнумпленов! — Виктор озадаченно почесал голову, — в качестве счетоводов?
— Именно, — довольно подтвердил Олег, — и они показали себя с самой лучшей стороны, просто счетоводы от бога. Нас встретили на центральной площади и с почетным эскортом препроводили к воротам казначейства. Видели бы вы какое на площади приключилось столпотворение. По началу игроки и местные всерьез думали, что в Асмаалу какая-то звезда прибыла.
— Переходи ближе к делу, — недовольно пробурчал Рома.
— Когда мы прошли во внутренний дворик, я приметил несколько десятков телег, груженных огромными булыжниками, — строя из себя невинность продолжил свою историю «великий и ужасный», — видимо Аун решил стены казначейства усилить.
— Ага, — недовольно буркнул Виктор, — а эликсир превращающий камень в золото здесь совершенно не причем?
— Я не спрашивал, — ответил Олег недовольному Виктору демонстративно размяв шею, — А дальше, я и мои доверенные счетоводы прошли в огромный зал, плотно заставленный стеллажами с золотыми монетами и слитками.
— Хотел бы я это увидеть, — мечтательно произнес Костя.
— Мои счетоводы сначала самую малость растерялись, — довольно ухмыльнулся Олег, припоминая события того злосчастного для империи дня, — но, чуть погодя, гнумплены подобрали свои челюсти с пола, утерли слюни и кинулись набивать карманы золотыми кругляшами. К великому несчастью моих маленьких счетоводов брать сувениры из хранилища им строго настрого запретили, тогда мои счетоводы самую малость расстроились и с грустью принялись пересчитывать ровные стопки монет. Я, разумеется, присоединился к моим подчиненным. А далее, моим квалифицированным счетоводам стало скучно, и они принялись беситься, выводя многочисленных наблюдателей императора из себя. Эти дурни от скуки принялись кидаться друг в друга золотыми монетками. В общем через пару минут мою персону по какой-то немыслимой прихоти оставили без внимания, — Олег тяжко вздохнул и укоризненно покачал головой, — и тут со мной случилась неприятность, я совершенно случайно потерял то яйцо, что оставила мне на хранение Аврора.
— Случайно? — с прежним скепсисом переспросил Виктор.
— Совершенно случайно, — с абсолютно искренними глазами соврал Олег, — просто оно стало совсем маленьким, и совершенно случайно провалилось в щель между слитками. А тем временем мои счетоводы разошлись не на шутку и нас вежливо попросили на выход. Ребята в казначействе работают серьезные и каждого из нас обыскали с ног до головы. Я хотел им сказать про яйцо, но помощники казначея велели заткнуться. В конечном итоге я рассудил, что яйцо все равно вернется к нам, когда нам отдадут нашу долю.
— Да уж, в логике тебе не откажешь, — довольно подметил Митрич.
— Я побеседовал с императором Ауном, передал в его императорские руки небольшой пузырек с варевом Лохматого и после со своими счетоводами отправился прочь по средствам портальных свитков, — подбил итог своей истории «великий и ужасный», — а что там дальше было, то мне не ведомо.
— А дальше был полный и безоговорочный…
Далее совершенно не стесняясь присутствующих, Татарин в красках и символах доходчиво пояснил на ломанном русском что же всё-таки натворил Олег. И подбил итог распалившийся джин фразой:
— И это все без меня!
— Да, — задумчиво протянул Виктор, — а ситуация и в самом деле превратилась в черт знает что. Теперь, император и его ближники остались без средств Гольфа. Сам Гольф потерял большую часть своего состояния. Многочисленные кланы среднего и нижнего пошиба напрочь отказываются воевать за спасибо от императора. И я слышал, что вашему знакомому Хан Шею топы уже завышали парламентария на предмет остановить боевые действия и договориться полюбовно.
— И как, договорились? — довольно поинтересовался Олег у умника.
— А кто его знает, — пожал плечами Виктор, — слухи — это всего лишь слухи. Мне ваш приятель не докладывается.
— М да, — не без удовольствия протянул Юм, — заварили вы кашу.
— Не вы, а мы. Дорогой мой Юм. Мы заварили, — поправил партнёра Олег, — все это я делаю не только для себя. Нам нужно организовать в Эленсии плацдарм для будущего короля-объединителя леприконьего народа. Как кстати дела у нашего объединителя?
Юм довольно ухмыльнулся:
— Все просто прекрасно, наш замечательный король мечется между деревушками и плотно общается со всеми будущими зонами, словно бычок-производитель. Пашет, акт пчёлка. Глаз не смыкает.
Дорогой читатель, в этот день празднование удачной миссии продлилось до самой поздней ночи. Приятный завтрак, плавно и мерно перетек в попойку. «Великий и ужасный» настолько увлекся, что совершенно не помнил, как попал в свою кровать. Но самое занимательное было в другом, проснулся наш герой самостоятельно, и довольно рано. «Великий и ужасный» совершенно не старшая от абстинентного синдрома присел на край кровати в его руке был сжат конверт. Олег внимательно глянул на сжатый кулак.
— Значит, не померещилось.
Из клетки, что весела под потолком донесся страдальческий стон:
— Моя голова, — страдальчески произнесла Малая, выглянув из дверцы, — ну нафига так напиваться? Тебе-то хорошо, ты вон бодренький, а мне весь твой негатив достался.
— А, так вот почему голова не болит, — осенило Олега.
— Тсс, — королева фей приложила указательный палец к губам, — тише, а то у меня голова взорвется.
Олег протянул ладонь к клетке:
— Пойдем, пьянчужка, подлечим твое здоровье.
Фэйфэй забыв про то, что она может летать на карачках перебралась на ладонь. Организм, не привыкший к подобного рода истязаниям всё-таки не выдержал и Малую стошнило прям на ладонь «ужасного».
— Вот ты засранка, — беззлобно возмутился Олег.
— Сам такой, — откашлявшись огрызнулась королева фей.
В вопросе борьбы с похмельным синдромом, Олегу всегда помогала Архэя и наш герой даже не сомневался, что сейчас под навесом кухонного стола верная кухарка уже приготовила кружку какого-нибудь снадобья для избавления от головной боли и поднятия общего тонуса. Собственно, туда и направил свои стопы наш «великий и ужасный».
Час был не особо ранний, но видимо, после вчерашнего застолья все ближники отсыпались и приходили в себя. И даже Татарина, который в последнее время прописался во дворе цитадели «Морских псов» видно не было. Под навесом хозяйничала Архэя, за столом мирно беседовали Лохматый и Агастос, компанию двум хмурым мужикам составляла Настя. Пиксия бодро вышагивала по столу с чайной ложкой на плече. Сделав несколько шагов от сахарницы к бокалу, зловредная богиня била ложкой по посуде вызывая неприятные ощущения у пока еще не опохмелившихся мужиков. «Великий и ужасный» потянул носом принюхиваясь к приятному сдобному запаху кухни и довольно улыбнувшись во все свои тридцать два зуба произнес:
— Какое сегодня потрясающе приятное утро!
— Для кого как, — осипшим голосом ответил на приветствие Звездочет, — вечер вчерашний был приятен, а сегодняшнее утро так себе. Хотя бывало и хуже.
Кухарка молча поставила на стол три кружки парящего отвара:
— Вот, примите и вам сразу полегчает.
Агастос и Лохматый без лишних слов взялись за кружки, а вот Олег ссадил бедняжку Фэй с ладони на стол и принялся судорожно прикидывать во сто бы налить отвар Малой.