Сиротский дом в трущобах (СИ)

— Неужели этот город так опасен?
— Временами.
Берк согласился, но поставил встречное условие: раз мы отказываемся от скорости, то можем пропустить по пинте. Я попытался спрыгнуть, сказал, что у Кастета рабочий день уже закончился, а потом подумал: какого черта? День и вправду выдался тяжелым, алкоголь я уже вечность не пил, так что можно и оттянуться, главное не переборщить. С чувством меры и у меня все было в порядке, да и Берка на злоупотреблении не ловили. Я предложил ему на выбор пару тихих пабов в которых бывал сам, но племянник отмел их в пользу клуба с девочками.
— У меня девушка есть, если ты не забыл, — напомнил я.
— Я зато свободен, — парировал он. — И мне надо будет чем-то заняться после того, как ты отправишься в кроватку.
Клуб так клуб. Я выбрал приличное заведение из первой лиги. В нулевых это место было главным заведением города, а сейчас его слава несколько померкла, зато появились репутация и стиль, навеянный мюзик-холами. Собственно так оно и называлось: «Мери Ллойд Мюзик-Холл», и в программе обязательно были шутливые песенки на грани приличия. Далеко не «Слеза», но и публика не такая проблемная.
Берк отказался от столика, устроившись за барной стойкой, заказал себе джин, мне пива и орешков. Под неспешный ритм лирической песенки мы завели свой разговор. Племянника интересовали мои успехи на поприще чародейства: освоение энергетических узлов и заклинаний, боевые тренировки, практика зачарований — а также связи с вампирами и политические расклады в городе и клане. Я же, в свою очередь, интересовался трофеями, наградами от Ферриша и новыми видами стрелкового вооружения. За разговором опустела вторая бутылка пива, и я почувствовал себя слишком хорошо — состояние, которое у меня всегда вызывало настороженность. Я даже осмотрелся и заметил за столиком за спиной пару девушек, в темно-красном и желтом платьях. Они попивали кроваво-красные коктейли и сверлили нас с Берком плотоядными взглядами. На вид старше меня, но моложе племянника, хотя кто их знает… Вампирами вроде не были.
— Двое за спиной, с коктейлями, — насторожился я.
— Вижу, — улыбнулся Берк, — А ты их как заметил? Впрочем, не важно, ты решился подкатить? А как же твоя любовь?
— Ты о чем? — не понял я. — Девушки — возможная угроза.
Берк поперхнулся джином и закашлялся, а потом еще и рассмеялся. Было обидно и непонятно.
— Да ты, брат, набрался! Бармен, лимонада моему другу. Дункан, они нам если и угрожают, то только финансово и, возможно, венерическими заболеваниями, если желаешь. — Берк качнулся в сторону, чтобы я не мешал, и помахал девушкам рукой. — Сейчас убедишься. Бармен, мне еще стакан и пару того, что пьют вон те дамы. Как мы подойдем, пускай официант дождется моего сигнала и принесет два стула. Это тебе за беспокойство.
Номинал бумажки, что скрылась под рукой бармена, я не разобрал, но он быстро сделал знак официанту подойти, а пока плеснул Берку еще джина, и в мгновение ока смешал пару коктейлей с ромом, вином и вишней. Племянник подхватил свой стакан и один из широких бокалов, после чего сделал жест следовать за ним. Второй коктейль предлагалось нести мне.
— Леди, позвольте вас угостить, — Берк поставил бокал перед девушкой в красном, обозначая ее своим главным интересом. На минутку мне стало неловко, поэтому я промолчал, выставляя свой бокал перед второй. А Берк разлился соловьем: — Позвольте представиться, Берк Кинкейд, барон Олдстоун, а это мой дядя, Дункан, барон Локслин.
— Дядя? — удивились девицы. — Вы ничего не перепутали?
Берк щелкнул пальцами и рядом возник официант со стульями для нас.
— Семейное древо Кинкейдов очень запутанное, но, если вы желаете, я могу объяснить.
Пока Берк занимался словоблудием, очаровывая девушек, я глотнул лимонада и немного протрезвел. Клаудия, что в красном платье, и Анжела — в желтом, напомнили мне вампирш именно своими нарядами. В тот вечер, когда мне окончательно закрыли вход в «Слезу», матери вампиров были одеты похоже. Девушки действительно хотели нашей крови, но в переносном и более прозаичном смысле: два молодых парня с родовыми перстнями на безымянных пальцах левой руки, то есть носители титула. И если мы не сироты, у родителей наших титулы еще выше. Да, знатный вышел прокол. Это все напряжение. Пора домой, пока я еще чего не учудил.
 
— Дункан Кинкейд! — возмутился знакомый голос за спиной, а потом Финелла вцепилась в мое левое ухо. — Совсем охренел, кобелина!?
Саймон, отставший от нее на шаг, ударил девушку по запястью, освободил меня от хватки и грозно зашипел:
— Веди себя прилично!
— Эйли дома плачет, а он тут с…
Прежде, чем оскорбление сорвалось с уст Финеллы, Саймон решительно зажал ее рот рукой.
— Прошу прощения, леди, — извинился он перед девушками. — А ты думай, что говоришь, и о ком!
В смысле? Неужели эти девушки…
— Это же Дункан, повернутый на чести сноб, он в принципе не способен на измену!
Финелла укусила Саймона за руку, закрывшую ей рот, и баронет вынужден был одернуть ее.
— Тогда какого хрена Эйли рыдает?
— Не твое дело, Вспышка! — разозлился я. — Еще одна такая выходка и я тебя отделаю!
Во взгляде рыжей фурии зажглись огни. В переносном смысле, а вот фаербол в руке был настоящим. Я тоже в демонстрации силы не отступил и выпустил кристаллы из рукава. В электрическом свете алмазные грани сияли особенно хищно.
— Дункан? — спросил разрешения Берк.
— Сиди! — неожиданно грубо даже для себя рявкнул я.
Кеттл закатил глаза, поднес указательный палец к руке с фаерболом. Коротко треснул разряд, Финелла взвизгнула, а огненный шар развеялся.
— Саймон! — она недовольно стукнула каблуком.
— Успокойся! Даже в суде людям сначала объясниться дают.
— Ладно, — согласилась Вспышка и повернулась ко мне. — Давай, оправдывайся.
Кеттл с силой треснул себя ладонью по лбу, протянул ее ниже, закрыл глаза и сдавлено простонал. Я от наглости рыжей опешил на мгновение. Будет тут еще мной командовать?!
— Пошла вон! — заявил я.
Баронет убрал руку с лица.
— Финни, я тебя люблю, но иногда прибить хочется.
Развитию конфликта помешала охрана заведения: сразу двое здоровых перевертышей и худой высокий элементалист воды. Он же был в команде главным.
— Леди и джентльмены, прошу, покиньте заведение, — попросил элементалист и сразу же с козырей пошел: — Вам запрещено появляться у нас в ближайший месяц, но если будете возражать, запрет из временного станет постоянным.
Саймон опять грубо заткнул Финелле рот и елейно извинился:
— Прошу прощения, лорд Локслин со спутниками ни при чем. В конфликте виноват я, но мы с леди уже уходим.
Финелла явно имела на этот счет свои мысли, негодующе замычала и снова попыталась укусить Кеттла за руку. Раздался электрический треск, девушка дернулась, ее рыжая шевелюра вздыбилась и стала похожа на одуванчик, а глаза поплыли.
— Еще раз прошу прощения! — извинился баронет и утащил плохо держащуюся на ногах Финеллу к выходу, но это не спасло нас от гнева охраны.
Водный покосился на мои кристаллические клинки, но в своем предыдущем требовании остался непреклонен.
— Джентльмены, леди…
Я убрал клинки в рукав и не стал протестовать, разве что за девушек заступился:
— Леди действительно ни при чем.
Охранник был категоричен:
— Мне очень жаль, лорд, но таковы правила!
— Тогда не будем их нарушать! — остановил меня Берк. — Что дорогие леди скажут, если мы переместимся в другое место? Какой клуб считается лучшим в этом городе? — Племянник не поскупился и оставил на столе двадцатку.
— «Золотая слеза», — сказала Клаудия.
 
— Дункан? — поинтересовался моим мнением Берк.
— С меня на сегодня хватит приключений. Кроме того, в «Слезу» меня не пускают.
— Ой! — Анжела, молчавшая до этого, прикрыла рот рукой. — Вы лорд Кувалда!
Заявление произвело впечатление. Даже охранники беспокойно переглянулись. Чтобы не нервировать ребят, я жестом предложил двигаться к выходу и на ходу объяснил девушке ее заблуждения: