"Фантастика 2025-53". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Нет, претензии у меня только к одному дому. И их всё больше, с каждым новым днём.
- А кому же? - продолжая изучать мою мимику, спрашивает чиновник.
- Лучше скажите, пожалуйста, кто подал запрос от моего лица? - разворачиваюсь к нему всем телом, вставая спиной к Виджае, чтобы та даже по губам не могла прочесть сказанное мной.
- Подавший запрос имеет право быть неназванным, - спокойно отвечает господин Базу, - но, раз дело касается вас, как жертвы нападения и постоянных провокаций, происходивших в том числе на территории дворца… то я отвечу.
  
Напряженно смотрю на лицо чиновника, ожидая худшего.
- Это был господин Кишан.
Прикрываю глаза, с облегчением выдыхая. Если бы такую подставу мне организовал Аниш, - пусть даже из самых благих побуждений, - я бы не знала, как смотреть на него после этого!
Но Кишан… сколько ещё раз он будет ставить меня в неловкое положение своей должницы в условиях, когда его помощь скорее вредит мне, чем реально помогает?
- Вы словно знали об этом, - замечает чиновник.
- Почему… почему вы уточнили про Четвертый Дом, если знаете, кто «проявил обо мне заботу»? Вы ведь в курсе, что господин Кишан и госпожа Мала помолвлены, - медленно произношу, глядя в пол.
- Ваша догадка верна. Господин Кишан так же настаивал, что госпожа Мала несет не меньшую ответственность, чем господин Шехар и господин Рахул. Но мы решили не торопиться с выводами и дождаться вашей реакции, - отвечает чиновник.
Кишан… вот же поганец! Захотел моими руками избавить себя от нежелательной невесты? Но он сам согласился на этот союз: я его не заставляла помогать мне именно таким способом! Он что, хотел, чтобы я чувствовала ответственность за все его решения, принятые «во имя себя»?
Я же не дура, в конце концов! Это был только его выбор!
Манипулятор недоделанный…
- Госпожа Аша?
Поднимаю голову и решительно произношу:
- Ни к Четвертому Дому, ни к Восьмому, ни к какому-либо ещё я претензий не имею. И впредь попрошу не учитывать запросы, поданные от моего имени кем-то посторонним.
- Ваша позиция мне ясна, - кивает чиновник, затем переводит взгляд куда-то мне за спину, - у нас осталось не так много времени, потому, прошу, скажите, как там мой дядя?
Э?..
Чего?
- Ваш… - нахмурившись, протягиваю, а затем присматриваюсь к чертам господина Базу и прислушиваюсь к звучанию его имени… наш смотритель! В родовой усыпальнице! Да это ж… - С ним всё хорошо. Я видела его некоторое время назад. Он был бодр и свеж… насколько это возможно в его возрасте, - поправляюсь в итоге.
- Да, я слышал про вашу поездку в запретные земли, потому и осмелился спросить, - кивает господин Базу.
- Вы беспокоитесь о вашем родственнике, даже не зная его в лицо? - внимательно смотрю на мужчину.
Согласно информации, которая имелась у меня, Васу с девяти лет был увлечен бабушкой. И он пришёл служить в нашу родовую усыпальницу, бросив семью и отказавшись от своего будущего… он фактически стал затворником! И он уж совершенно точно никак не мог видеть своего племянника…
- Наша семья имеет глубокие корни - почти такие же, как ваша. Но она никогда не была частью Великих Домов. На самом деле подобных семей в Галаарде довольно много - но не все из них имеют власть и возможность влиять на развитие истории, - произносит господин Базу, - я слышал от матери, что дядя тогда приехал в родовую усыпальницу вместе с родителями и увидел вашу бабушку, посещавшую усыпальницу своей семьи… Вам, оставшейся почти наедине с собой и имеющей лишь отчима и сестру, попавшую в Святой Храм, не понять, каково это - терять родственника таким способом. Каждый обладатель древней крови ценен, как носитель памяти и продолжатель традиций. И когда один из них отдаёт свою жизнь во имя… - чиновник как-то болезненно улыбается, отводя взгляд, - я даже не знаю - во имя чего? Возможности пару раз в год видеть прекрасное лицо своей возлюбленной?.. Такая потеря вдвойне тяжела. У него могло быть прекрасное будущее! Но где он теперь? И где его возлюбленная?
- Лежит в родовой усыпальнице, где он служит смотрителем, - напоминаю, сжав челюсти.
Этот разговор мне не нравится, пусть в нём и было зерно логики.
- Лежит там, убитая своими сёстрами во служении! И в тот момент, когда дядя даже не мог её защитить! - качает головой господин Базу, - В чем смысл такой верности?
Свожу брови к переносице, не отрывая от него глаз. Убита? Кем-то из Святого Храма?..
Ну, естественно… кем же ещё! Ведь они так боялись раскрытия собственных секретов!
Почему об этом никто не говорит вслух? Почему никого не обвиняют открыто?!
- Почему? - переспрашивает господин Базу, а я понимаю, что последний вопрос задала вслух, - Уж вам ли не знать, госпожа Аша, как спокойно можно уйти из жизни без всяких причин - и никто даже вопросом не задастся, почему это произошло?
Он говорит о моей матери…
Все решили, что она просто умерла.
«Просто».
Как и в случае с бабушкой, о которой мы с отчимом даже не говорили ни разу - выходит, она умерла до того, как мама вышла за него замуж! И вполне возможно - умерла вместе с моим дедом, о котором я вообще ничего не знаю.
Об этом никто не говорит.
И никто ничего не расследует.
Потому что… потому что Четвёртый Дом не инициировал никаких расследований.
Потому что дворцу это было невыгодно.
Потому что эти смерти удовлетворяли все стороны.
- Я… - с силой закрываю рот и поджимаю губы.
Если я сейчас захочу отомстить Четвёртому Дому за их халатность, воспользовавшись предложенной господином Базу лазейкой и требуя призвать Малу к ответственности за нападение на меня... то я проявлю слабость и солью в унитаз саму возможность возмездия. Ведь они отмажутся. Придумают способ. Они сами себе и за адвокатов, и за прокуроров, и за судей. Таков их Дом!
Нет, я должна следовать своему плану, взяв все эмоции под строгий контроль.
- Я отправлю господину Васу письмо с предложением вернуться в семью, - произношу в итоге, коротко выдохнув, - он добровольно прослужил нашему роду всю свою жизнь. Пришло время отдохнуть.
- Удивительно, - отзывается господин Базу, - я думал, вы воспользуетесь возможностью отомстить Четвертому Дому.
- Я не вижу смысла в этой мести, - говорю правду.
Потому что действительно - не вижу.
Зато вижу чётко, как меня сейчас проверяют на реакции.
- Вы умнее, чем я полагал. Это радует. Теперь я не буду думать о том, что мой дядя отдал жизнь служению глупцам.
А он слов не подбирает…
- Спите спокойно, - с лёгким холодом бросаю и отворачиваюсь, желая закончить разговор.
- Вы недовольны услышанным? - звучит вопрос мне в спину.
- За нашу встречу господин Васу ни разу не показал мне, насколько он несчастен, - оборачиваюсь на его племянника и произношу слова чётко, без тени сомнений, - а теперь, зная, что творится в центральном округе, я могу сказать одно - он был мудр, когда решил посвятить жизнь служению нашей семье в запретных землях.
Лицо господина Базу меняется. А взгляд темнеет.
- Скажете, я не права? - наклоняю голову на бок, после чего едва заметно киваю «на прощанье» и возвращаюсь к наследнице.
Да, наш род слабеет, потому что бабушка оставила после себя только мать, а та… ушла слишком рано, не успев обеспечить нам с сестрой крепкий фундамент для роста.
И теперь официально в роду Гаварр осталась только я одна: Сандар не считается… как и Лила, ушедшая в храм.
Наша родовая линия истончилась.
Но это не значит, что на мне всё закончится. Напротив. С меня всё начнётся.
- Вы закончили ваш разговор? - недовольным голосом уточняет Виджая.
  
- Господин Базу был очень любезен, подробно расспросив меня обо всём случившемся, - склонив голову, вру безбожно.
И некому оспорить мои слова: господин родственник нашего смотрителя ушёл, не попрощавшись.
Впрочем, кое о чём мне следует хорошо задуматься: в запретных землях не хоронят абы кого. И смысл называть их «запретными» … я должна его понять. Господин Базу сказал, что семей, подобных нашим, много.