Конец времен. Огненная царица
Несмотря на раннее утро, на улицах было уже полно наньжэней – китайцев-мужчин, которые охлаждали внутренности, завернув вверх рубашки и оголив животы. По святому убеждению пекинцев, ходить в жару с голыми животами очень полезно для здоровья, это спасает от тьмы страшных болезней, таких, например, как диарея. И хотя на памяти Сяо Гу не было ни единого китайца, который бы спасся таким образом от поноса, все равно традиция есть традиция, и чуть только летом поднималось солнце, как все пекинцы высыпали на улицу и охлаждали животы.
Сяо Гу как человек просвещенный и без пяти минут поступивший в университет, само собой, не верил в такие глупые способы, однако, глядя на соплеменников, которые удовлетворенно ходили туда-сюда и похлопывали себя по голым животам с самым довольным видом, заколебался. И даже подумал, не поднять ли и ему рубашку, но покосился на идущего впереди кавалерийским шагом хозяина и решил воздержаться. Неизвестно ведь, как отнесется к этому доброму старому обычаю иностранец.
Так они и шли вдвоем среди гуляющих толп, пока, наконец, не добрались до храма Неба. Располагался он прямо в центре города, в одном из крупнейших парков Пекина.
– А зачем нам храм Неба? – полюбопытствовал Сяо Гу.
– Мы ищем одного человека, – отвечал господин.
– Какого еще человека? – недовольно спросил Сяо Гу. Он как раз увидел жаровню с шашлычками, за три юаня две палочки, и почувствовал, что самое время подкрепиться. – Какого такого человека, верблюд его заплюй?
– Это один даосский мастер, звать его Ху Лиминь.
Услышав это имя, Сяо Гу замер как громом пораженный, и лицо его сделалось белее белого. Господин посмотрел на него с удивлением.
– Что с тобой?
– Дорогой хозяин, – взмолился Сяо Гу, – не надо этого делать.
– Чего не надо делать?
– Не надо к нему ходить. Учитель Ху – самый могучий даосский маг во всей столице.
– А, я вижу, ты тоже о нем слышал, – кивнул хозяин.
– Еще бы не слышать, милосердная Гуаньинь! Это такой могущественный человек, что к нему просто так, без подношений и подойти нельзя: непременно превратит в жабу или поразит молнией.
– Ничего, – сказал хозяин, – не поразит.
С этим словами они вошли в парк храма Неба.
Там, поплутав самую малость, в укромном уголке прямо у юго-западной стены они в конце концов и обнаружили великого наставника и даосского мага учителя Ху. Это был крепкого телосложения немолодой уже человек с припухшими глазами и крупными кистями рук. Одет он был в синий спортивный костюм и кроссовки. Голову его, как тонзура, венчала небольшая лысина – видно, образовалась от постоянного исхода энергии ци через макушку. Ху Лиминь молча сидел под кипарисом и занимался своим обыденным делом – выплавлял пилюлю бессмертия.
Увидев прославленного и ужасного учителя Ху, Сяо Гу сначала покраснел, потом побелел, а под конец и вовсе пошел какими-то зелеными пятнами. Он скрючился в три погибели в низком поклоне и старался не поднимать взгляда выше своих ботинок.
К счастью, учитель Ху медитировал с закрытыми глазами, так что еще не поздно было быстренько ретироваться. Сам Сяо Гу еще даже и штаны не успел намочить от испуга. И если бы, конечно, учитель Ху не метнул бы им в спину молнию или какое-нибудь особенно страшное проклятие, от которых, он знал, мужское естество втягивается внутрь живота, они бы еще могли незаметно ускользнуть…
Но глупый и самонадеянный хозяин – да покарает его всемилостивый Будда! – уже подошел к учителю и как ни в чем ни бывало уселся напротив него. Сяо Гу, дрожа, просто бухнулся головой в газон, препоручив свою душу милосердной Гуаньинь, поэтому он не видел, как глаза учителя Ху чуть приоткрылись и из них на хозяина сверкнула погибельной пропастью Великая пустота.
* * *Что ни говори, а почтенный наставник Ху был очень непрост: умен, хитер и предусмотрителен. Хитрость его и подвела.
Он не сразу понял, кто перед ним. Решил, что очередной глупый иностранец пришел набиваться в ученики. Принял важный и неприступный вид, единым взором проник в мои намерения и оценил толщину кошелька. На лице его возникла приветливая и в то же время снисходительная улыбка.
Но мне было не до улыбок и замысловатых интриг наставника Ху. Мне нужен был его учитель, преждерожденный Чжан – двухсотлетний старец, владеющий тайнами бессмертия и вечной молодости.
Услышав это, почтенный даос даже рот открыл от неожиданности. Наглость моя была неслыханна и непростительна, извинить меня могло только мое иностранное происхождение, да и то вряд ли.
Несколько секунд Ху Лиминь с упреком глядел на меня: может, одумаюсь?
Но я не одумался.
– Так, значит, вы хотите посмотреть на учителя Чжана? – переспросил меня господин Ху таким тоном, как будто я имел наглость потребовать к себе самого Будду.
– Нет, – отвечал я довольно мрачно, – я не хочу посмотреть на учителя Чжана. Я хочу поговорить с ним.
Воцарилась пауза. Она была долгой, с трепетанием листьев на ветру и медленным движением облаков по небу.
Ху, видно, соображал, кто этот иностранный наглец и в какую сторону повернуть разговор. Было ясно, что терпение не относилось к числу его отличительных черт. Я отлично понимал, что все эти даосские старцы, несмотря на мирный вид, скоры на суд и расправу.
Проще всего, конечно, было отправить меня в нокаут, а потом сказать, что я сам споткнулся. Но его смущал мой напор, хорошее знание языка и сам факт того, что я знал о его учителе – лице глубоко законспирированном, о котором ничего не знали посторонние.
– Не знаю, есть ли у учителя мобильный телефон… – наконец покачал головой почтенный наставник Ху.
В переводе с китайского это значило, что ни о каком разговоре не может быть и речи. Мне довольно прозрачно намекали, что пора возвращаться восвояси. Но мне отступать было некуда.
– Это ничего, – отвечал я решительно. – Мне нужно поговорить с ним лично.
Если бы Ху Лиминь обладал меньшим самообладанием, он бы просто задохнулся от моей наглости. Несколько секунд он глядел на меня исподлобья, даже позабыв, что следует улыбаться.
– Зачем? – наконец спросил он. Это прозвучало слишком прямо для немолодого, воспитанного в старых традициях китайца. Он почти грубил мне. – Зачем вам нужен великий наставник?
– У меня есть к нему дело большой важности, – отвечал я.
Лицо наставника Ху сделалось черным от гнева. В переводе с китайского мои слова значили примерно следующее: «А вот это, уважаемый, не вашего ума забота!»
Сидевший в некотором отдалении Сяо Гу затрясся от ужаса – было слышно, как стучат его зубы. Видимо, он прикидывал, заденет ли его молния, которую метнет в меня сейчас мастер Ху.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.