Раскаленное эхо. Опасный поворот. Аналитик. Три недели в Париже (сборник) (СИ)

Дорога была узкая и извилистая, но, как я уже сказал, я знал ее как свои пять пальцев. На повороте я машинально нажал на тормоз. Тут я увидел ее и, кажется, еще сбавил скорость. Точно сказать не могу – слишком быстро все произошло.
Она медленно бежала по обочине. Помню, она была в белой рубашке и синих шортах. Она поняла, что сзади машина: я видел, как она обернулась, наверное заметив меня краем глаза, и сделала еще шаг в сторону от дороги.
Но собаки ни она, ни я не увидели.
Пес словно ее выслеживал – выскочил из кювета, когда она была шагах в пяти от моей машины. Огромный черный пес, я даже из машины слышал его грозное рычание. Она, видимо, испугалась, отпрянула в сторону и метнулась на дорогу. В ту же секунду на нее наехала машина в полторы тонны весом.
Сорокалетний Симс Аддисон удивительно походил на крысу: острый нос, низкий покатый лоб, крохотный, почти детский подбородок. А еще он был алкоголиком – из тех, у которых с утра, до первого глотка спиртного, руки трясутся мелкой дрожью.
У Симса был один источник дохода – он поставлял полиции информацию. Не всю, конечно, а только ту, за которую можно было получить деньжат, сохранив при этом анонимность. Он отлично понимал, что преступники – люди злопамятные.
В тюрьме Симс побывал трижды. В третий раз он всю первую неделю мучился страшными ломками. Послушав несколько дней вопли и стоны Симса, его сокамерник, измученный бессонницей, избил его до потери сознания. Симс провел три недели в лазарете и был освобожден условно досрочно – из сострадания. Однако его предупредили: если он будет напиваться или принимать наркотики, то отсидит уже по полной.
Но Симс вскоре снова начал пить. Ему это сошло бы с рук, не возьми он как-то вечером машину матери. Прав у него не было, но он таки отправился на встречу с дружками в некий сомнительный бар. Часа в два ночи он, изрядно выпив, уселся за руль и поехал домой. Через несколько километров он заметил позади себя патрульную машину.
Человеком, который его остановил, оказался Майлс Райан.
– Это ты, Симс? – крикнул он, подходя к машине.
– Привет, шериф… – с трудом произнес Симс.
– Ты что, пьян? – спросил Майлс. – Твою машину мотало от обочины к обочине.
– Да нет, устал просто. – В подтверждение своих слов Симс прикрыл рот ладонью и громко зевнул.
Но Майлс учуял запах алкоголя.
– Предъяви права.
– Я… у меня их при себе нету.
– Выйди, пожалуйста, из машины.
– Но вы ж меня не арестуете, а?
– Давай выходи, не усугубляй ситуацию. – Майлс открыл дверцу и протянул руку.
Симс только помотал головой – мол, помощь не потребуется. Впрочем, задача оказалась сложнее, чем предполагал Симс. Вместо того чтобы спокойно выйти и предстать перед Майлсом Райаном, он выпал на дорогу и тут же отключился.
На следующее утро он проснулся от похмельной дрожи. Поняв, что оказался за решеткой, Симс обезумел от страха. Нет, в тюрьму – ни за что и никогда. Лучше здесь подохнуть.
У тебя имеются кое-какие сведения, вдруг подсказал Симсу внутренний голос.
Не успел Майлс выйти из душа, как зазвонил телефон. Работать он должен был с полудня до восьми, а потом его ждал приятный вечер. Джона собирался с Марком в кино, а к Майлсу обещала заглянуть Сара.
Но телефонный звонок нарушил все его планы.
– Приезжай немедленно, – сказал Чарли.
– А что такое?
– Симс говорит, что хочет с тобой побеседовать. Как он выразился, вопрос жизни и смерти.
Майлс через решетку смотрел на Симса.
– Ты хотел со мной поговорить?
Симс утер верхнюю губу и кивнул.
– Вы зачем меня вчера забрали? – спросил он. – Я никому ничего плохого не сделал.
– Симс, ты был пьян в стельку. И за рулем. Это уже преступление.
– Нельзя мне в тюрьму, шериф. А если вы предъявите обвинение, меня туда обязательно засадят. Я ж освобожден условно.
– Таков порядок. Нарушаешь закон – отправляешься в тюрьму. Мне жаль, что так вышло, – сказал Майлс и пошел по коридору.
  
Симс вцепился в решетку.
– Погодите! У меня есть кое-какая информация.
Что-то в его голосе заставило Майлса остановиться.
– Если моя информация окажется ценной, вы снимете обвинение?
– Это не от одного меня зависит. И тебе это прекрасно известно. Я должен буду объясняться с прокурором округа.
– Нет! Вы же знаете, я работаю только анонимно. Доказательств у меня никаких, но это чистая правда, и вам бы неплохо ее узнать. – Симс понизил голос. – Мне точно известно, кто это сделал. Я имею в виду тот вечер.
Майлс сразу догадался, на что Симс намекает, и у него мурашки побежали по телу. Он шагнул к камере.
– Что сделал?
– Вы ж понимаете, о чем я, – сказал Симс.
У Майлса бешено забилось сердце. Мысли путались. Это же просто абсурд. Быть такого не может… А вдруг Симс говорит правду? Вдруг он знает, кто убил Мисси?
– Тебе придется дать официальные показания.
– Ни за что. Я ничего не видел, я только слышал разговор. А если они узнают, что это я протрепался, мне не жить.
Майлс схватился за прутья решетки.
– Рассказывай!
– Обещайте, что выпустите, тогда расскажу.
– Сидел Я как-то в «Ребеле», – начал Симс, когда Майлс наконец согласился на его условия. – Было это года два назад или около того. Точно уж не вспомню. Смотрю – за соседним столиком Эрл Гетлин. Знаете такого?
Майлс кивнул. Полтора года назад Эрла арестовали за угон машины, и теперь он сидел в Хейли, в тюрьме штата.
– А потом гляжу – идут Тимсоны. И усаживаются за столик к Эрлу. А мне с моего места слышно все, о чем они говорят.
Майлс напряженно ловил каждое слово Симса. Во рту у него пересохло – словно он несколько часов проторчал на жаре.
– Они стали Эрлу угрожать, а тот отвечал, что денег у него пока нету. И тут-то вмешался Отис. Он Эрлу говорит: если к концу недели денег не будет, пусть пеняет на себя. И ждет Эрла то же, что Мисси Райан. Только на сей раз они и задний ход дадут, еще разок его переедут – для верности.
  
Глава восьмая
 
Помню, я закричал еще до того, как машина остановилась. И помню тошнотворный звук глухого удара. У меня заложило уши от собственного вопля. Я выключил зажигание, заставил себя открыть дверцу. «Нет-нет-нет-нет», – твердил я.
Задыхаясь, я кинулся к капоту. Но тела не было. Я заставил себя заглянуть под машину, но ничего не увидел. Я обежал машину со всех сторон, но ее не обнаружил. И мне вдруг показалось, что я ошибся, что это всего лишь игра воображения.
Тогда я начал искать по обеим сторонам дороги, наивно надеясь, что она просто лежит без сознания. Фары я не выключал. В конце концов я увидел ее метрах в двадцати впереди, в кювете. Я все не мог решить, то ли бежать в ближайший дом вызывать «скорую», то ли подойти к ней. И выбрал последнее.
Сначала даже не понял, что она мертва. Лишь через пару секунд осознал, что у нее странный взгляд. Она не моргала.
И только увидев ручеек крови, струившийся из-под ее головы, я наконец догадался, что она мертва.
Позже вскрытие показало – и об этом писали в газетах, – что смерть наступила мгновенно. Я об этом упоминаю, чтобы вы не сомневались в правдивости моих слов. Как бы я тогда ни поступил, у Мисси Райан шансов все равно не было.
Я поплелся, шатаясь, назад к машине, открыл багажник. Достал оттуда одеяло и укрыл тело. Чарли предполагал, что сделал я это для того, чтобы показать, что сожалею о случившемся, и он был частично прав. Но у меня был и другой мотив: я не хотел, чтобы кто-нибудь увидел ее такой, какой ее увидел я.
Что было дальше, я помню смутно. Очнулся я в машине – я ехал домой. Объяснить это я могу только одним: я был не в себе. Случись такое теперь, знай я тогда то, что знаю сейчас, я бы так не поступил. Я бы добежал до ближайшего дома и вызвал полицию. Но в тот вечер я почему- то этого не сделал.