Дон Кавелли и папский престол

Сильвестри ответила ему неотразимо наглой усмешкой.
— Ну что ж, это мы еще посмотрим.
Она поднялась, словно обозначая окончание разговора. Манунцио уставился на нее, как кролик на удава. Если она сейчас выйдет из офиса, будет уже слишком поздно. Он нервно сглотнул, мысли лихорадочно заметались в голове. Сильвестри уже стояла у двери.
— Стойте!
Он сам удивился тому командному тону, которым это произнес.
  
— Остановись, пожалуйста, — добавил он значительно мягче. Снова этот насмешливый взгляд!
— Да?
Горло Манунцио совершенно пересохло.
— Присядьте, — прохрипел он.
Она послушалась, непостижимым образом продемонстрировав, что воздает ему незаслуженную милость.
Манунцио крепко сжал губы и выдохнул воздух через нос.
— Послушайте внимательно, синьорина Сильвестри, все, что касается событий во время конклава, затрагивает интересы очень влиятельных людей. Я не хочу, чтобы вы подвергали себя опасности.
Сильвестри улыбнулась почти снисходительно.
— Рада это слышать. Хотя… — Она замолчала, задумавшись. — Когда я готовила серию статей о каморре, вы меньше беспокоились.
— Здесь кое-что другое, поверьте мне.
— Думаю, что смогу позаботиться о себе.
— Я не сомневаюсь в этом, синьорина Сильвестри, но все же… — Он попытался подыскать слова. — Я требую, чтобы вы прекратили этим заниматься. Баста!
— Почему так категорично? — Сильвестри закурила тонкую сигарету. — Значит, у вас есть основания считать, что это слишком рискованно?
— Конечно!
— И что заставляет вас так думать?
— Я… я не хочу обременять вас подробностями, но, пожалуйста, поверьте мне.
Она выпустила в воздух облако дыма.
— Это не будет для меня обременительно. Я люблю подробности. — Она ободряюще посмотрела на него.
— Пожалуйста! — Манунцио, казалось, был близок к тому, чтобы расплакаться. — Да поймите же вы!
Улыбка Сильвестри стала еще шире. Атмосфера в помещении наэлектризовалась; полминуты было тихо. Затем Манунцио съежился, сдулся, как марионетка, из которой кукловод вытащил руку.
— Нам угрожают, понимаете? Серьезно угрожают.
Она лишь пожала плечами.
— Не первый раз.
— Я не говорю об анонимных письмах с угрозами или чем-то подобном.
Манунцио с тоской посмотрел на свою собеседницу, молясь про себя, чтобы она не заставляла его продолжать этот разговор. Но его мольбы никто не услышал. Он нервно сглотнул и опустил глаза, прежде чем произнес тихим голосом:
— Вчера вечером на парковке рядом с моей машиной стоял мужчина. По всей видимости, он поджидал меня. Этот человек, он… он показал мне на мобильном телефоне видео из моего дома. Мою жену по дороге в Художественную галерею [38], где она работает, моих дочерей в школе и в детском саду.
Сильвестри пренебрежительно скривила рот:
— Блеф! Впечатляющий, но блеф!
Манунцио ожесточенно покачал головой.
— Вы бы так не говорили, если бы видели этого человека. Наемник, убийца. На одной руке у него не хватало нескольких пальцев, а его глаза… Совершенно мертвые глаза. Теперь вы понимаете? Руки прочь от этой истории. Вы должны обещать мне это, синьорина Сильвестри!
Он посмотрел на нее так, словно хотел загипнотизировать своим взглядом. В ответ она сделала последнюю затяжку и затушила сигарету в пластиковой пепельнице в виде Колизея, стоящей на столе.
— Как пожелаете.
Она поднялась, кратко кивнула начальнику, а затем покинула кабинет так же спокойно, как и пришла.
С непроницаемым лицом Фиона Сильвестри зашла в лифт и нажала кнопку второго этажа, где находился ее офис. Лифт с гудением тронулся с места. Она на мгновение прикрыла глаза, чтобы прочитать молитву Франциску Сальскому [39], святому покровителю журналистов: «Спасибо за лучшую историю в моей жизни! Спасибо!» Лифт остановился, и она направилась к своему кабинету. Дел было очень много.
  
XXXIII
 
— Если бы я… нет, говоря иными словами, предположим, что кто-то… по какой-то причине… — Кавелли запнулся.
Энцо непонимающе смотрел на него сквозь стекла очков в белой пластиковой оправе, но ничего не говорил. Кавелли ослабил галстук, открыл окно, чтобы впустить в кабинет, заваленный книгами и бумагами, немного прохладного воздуха. Помещение было расположено в конце коридора на верхнем этаже исторического факультета Сапиенцы. Здесь, под крышей, летняя жара казалась просто невыносимой, поэтому Кавелли саркастически называл это место «Свинцовой тюрьмой», имея в виду знаменитую Старую тюрьму во Дворце дожей в Венеции, где изнывал в летнюю жару и страдал в зимнюю стужу знаменитый Казанова.
Кавелли предпринял вторую попытку объяснить, что ему нужно.
— Предположим чисто теоретически, что один человек хочет проследить за другим, но не может сделать это лично. В принципе это возможно?
Кавелли пот вытер со лба и посмотрел на Энцо. Его синеволосый помощник был не только сообразительным парнем, который занимался исследовательской работой и экономил ему кучу времени, но и своего рода компьютерным гением.
Все, что было связано с компьютером, Кавелли, откровенно говоря, понимал не очень хорошо. Только благодаря помощи Энцо у него появился личный адрес электронной почты —  [email protected]. А за компьютером в его кабинете всегда присматривали настолько хорошо, что Кавелли всегда имел возможность писать письма и просматривать сайты. На большее он не претендовал. Но стоило случиться хоть малейшей неполадке, и Дон становился абсолютно беспомощным. Однако едва лишь его верный Энцо, как виртуозный пианист, нажимал всего несколько клавиш, и все снова шло как по маслу. Кавелли однажды даже стал свидетелем того, как Энцо восстановил на первый взгляд «умерший» компьютер, который перестал реагировать на движение мыши. Ему достаточно оказалось просто применить какую-то сверхсекретную комбинацию клавиш.
Энцо пожал плечами.
— Конечно, возможно. Вы просто устанавливаете на его телефон приложение-трекер.
Кавелли протестующе поднял руку.
— Во-первых, это будет делать некий гипотетический человек. — Кавелли вовсе не собирался втягивать Энцо в нехорошую историю. — А во-вторых, что такое трекер?
Прежде чем ответить, Энцо отхлебнул из банки «Рэд Бул».
— Следящая программа на смартфоне.
Кавелли ничего не понял.
— Но как эта программа станет сообщать сыщику о перемещениях объекта слежки? Ведь это совсем не в интересах владельца смартфона.
Энцо усмехнулся.
— Потому что помощник гипотетического человека пошлет сообщение с дьявольской начинкой этому самому объекту. Как только он его откроет, его смартфон сразу же начнет в режиме реального времени сообщать о местоположении своего владельца. А еще вы сможете получить доступ к его камере и микрофону.
Кавелли закусил губу.
— Послушайте, Энцо, я не хочу, чтобы у вас были неприятности и…
Верный помощник лишь усмехнулся.
— Не волнуйтесь, профессор, ни у кого не будет никаких проблем, за исключением, конечно, владельца смартфона.
Кавелли продолжил общение в том же стиле, что и раньше.
— Итак, представим, если бы кому-то понадобилось сделать нечто подобное, что конкретно для этого необходимо?
Энцо неопределенно пожал плечами.
— Я загружаю несколько инструментов и программ, модифицирую их для наших специальных целей, создаю файл, который выглядит как обычное вложение. Пусть это будет, например, фотография. Но она будет содержать программу-трекер. Далее мы отправляем это человеку через «Ватцап»…
— Ват… что?
— Неважно, профессор, в любом случае, как только человек откроет сообщение, у нас будет полный доступ ко всем его тайнам.
— Так просто?
— Да, мне нужен только номер мобильного телефона.
— Обязательно номер? Разве почта не подойдет?
— Нет, потому что тогда получатель может открыть вложение на своем компьютере, а тот будет находиться в одном и том же месте. Вам это чем-нибудь поможет?