Боги (не) любят (СИ)

Теперь, глядя на экран, в размышления ушел лесовик.
— А это занятно! — прищурился Дух.
— Еще не совсем. — лукавая улыбка скользнула по губам Ирины. — В нашем мире масса доказательств, что наш Господь жил среди людей. Не хочешь проверить, как будут обживаться твои создания, с какими проблемами столкнутся? Попробовать пройти путь смертного, что ты подаришь своим творениям. Рассмотреть его, так сказать, из первых рядов! Это будет интересно тебе и полезно твоему народу. Сможешь принять непосредственное участие в создании легенд о самом себе!
— Не тяни! О чем речь? — азартно потер ладони Дух. — И чем мои созданные будут отличаться от людей?
— Сейчас все расскажу… — задумчиво протянула девушка, с сомнением осматривая хрупкую фигуру хозяина чертогов. — Даже больше! Если и ты, и подопытные пойдете добровольно на экспериментальные изменения, то я приму вакансию твоего помощника, но не секретаря и не жрицы. Нужны ритуалы — придумывай их сам! Только не забудь змея призвать на место встречи…
Глава 3
Пард и Ирбисса смотрели на яркий столб света, в котором плясали разноцветные искорки, как пылинки, и не увидели, что за их спинами материализовались фигуры Лесного Хранителя и худенькой, светловолосой девушки. Парень заметил свое топорище, но решил, что будет невежливо встречаться с хозяином леса с деревяшкой в руках.
Зато мигом отскочили от светового пятна, когда в нем появился огромный змей. О таких монстрах молодежь только в сказках слышала. Пард еще в прыжке умудрился закинуть свою спутницу к себе за спину и подхватить рукоять от своего единственного топора. И понимает, что это не оружие против такого чудовища, но больше под рукой ничего нет!
— Прыткий, — раздался незнакомый женский голос, — толк будет, если договоримся…
Оглянуться парень не рискнул. Зато Ирбисса головой закрутила, а потом ахнула и упала на колени.
— Поднимись! — со смехом промолвила женщина. А потом ее голос стал жестким. — И ты обрети свою прежнюю форму!
Пард даже глаза потер, когда увидел, как гад ползучий покрылся дымкой и превратился в мужика. Тот лежал абсолютно голый, свернувшись калачиком, и трясся.
— Храбрец, — окликнула его незнакомка, — поделись рубахой с приятелем, нечего ему перед нами телесами светить. Нам-то что, хоть приятного мало, а твоя спутница сейчас от стыда сгорит.
Именно напоминание о приемной сестре заставила юношу на нее обернуться, а та действительно стояла, потупив взор, и алела, как маков цвет. Однако все мысли вылетели из головы парня, когда он посмотрел, кто с ними говорил.
Перед ним был сам Хранитель Леса во всей своей величественной красоте, а рядом с ним стояла тонкая, как тростиночка, девушка. Пард непроизвольно грохнулся на колени перед Богами.
А что еще мог подумать бедный детина, если хрупкая призрачная девушка сияла так же, как Высший, и от нее исходила аура власти даже сильнее, чем от Духа? Как он это почувствовал, Пард даже самому себе не смог бы объяснить. Да к тому же…
Тонкое, практически невесомое полотно ее наряда скорее подчеркивало ее женственность, чем что-то скрывало, и это заставило кровь парня бежать быстрее.
А ее смеющийся взгляд? И то, как незнакомка рассматривала его. Прямо. Оценивающе. Так на Парда никто не смотрел. Именно поэтому он не выдержал, покраснел и, опустив глаза, склонил голову.
— Еще и стеснительный. Поднимись! — хмыкнула светловолосая красавица и, кивнув в сторону обнаженного мужика, напомнила. — Рубашкой поделись! А то здесь дамы присутствуют. Нам неудобно будет разговаривать.
Пард как ошпаренный бросился к лежавшему телу, на ходу срывая с себя вышиванку, и повторно опешил. На земле лежал действительно знакомец. Односельчанин постанывал. Его бил озноб, а искаженное от боли лицо было белее снега, хотя лоб блестел от пота.
Боги молча ждали, пока Иссил, кряхтя, как немощный старик, поднимался с земли, а Пард натягивал на него свою рубашку. Конечно, это не решило всей проблемы, но хоть срам прикрыт.
Кажется, товарищ по несчастью еще не полностью пришел в себя. Стоит, без слез не взглянешь — жалкий, болезный, шатается. В чужой одежке, с голыми ногами. Вдобавок озирается и головой трясет, как после удара оглоблей.
 
Богиня в это время внимательно рассматривала Ирбиссу, вернее не саму девушку, а ее наряд, и почему-то хмурилась.
Ирина рассматривала грубую ткань, из которой была пошита вся одежда, и понимала, что, после возвращения в тело, точнее на физический уровень бытия, ей придется в обличии девушки носить такую же дерюгу.
Но нахмурилась она не из-за этого, а до нее дошло, почему покраснел парнишка дровосек. Если они под такой броней умудряются рассмотреть формы своих избранниц, то ее шелковое платьице для них — что прозрачная кисея для нас. То-то парень смутился.
«Ладно! — прищурившись, осмотрела землянка суету на поляне. — Улыбаемся и машем! Духи должны быть легкими и эфемерными, значит, и облачение должно быть соответствующее, пусть только кто-нибудь что-нибудь не то посмеет подумать. Хотя сама виновата. Видела, во что люди одеваются, могла и сменить наряд».
Ира тряхнула головой, отгоняя несвоевременные переживания, покосилась на невозмутимого лесовика и постаралась нацепить на лицо похожую маску. А в это время вернувшийся из мира пресмыкающихся полуголый парень немного пришел в себя. Он с испугом отшатнулся от помощника, осмотрел с изумлением поляну, вытаращился на Ирину и прохрипел:
— Где я? Как здесь очутился?
— Дух Леса тебя переместил, когда ты потерял человеческое обличие. Не подскажешь, за что тебя так наказали? — усмехнулась будущая (не)жрица, а пока просто Глас Божий.
— Я не знаю! — растерянно воскликнул проклятый. — Я ни в чем не виноват!
— Да, что ты? Хочешь сказать, что заклятие ошиблось? — съязвила землянка и, отвернувшись от него, пристально посмотрела на темноволосую красавицу. — А ты знаешь, за что его покарали?
Раскосые, янтарные глаза девушки от удивления распахнулись, и она ахнула:
— Это из-за меня? — ее шепот грянул громом среди ясного неба. Оба парня уставились на Ирбиссу, как будто впервые увидели.
— Давай быстрее! — проворчал, зевая, лесовик. Благо что ладошкой рот прикрыл.
— Что из-за тебя? — вызверился оборотившийся. — Я тебя пальцем не трогал! Что? Человеку уже и пошутить нельзя? Подумаешь, пару раз ущипнул…
— Молчать! — рявкнула Ирина, и заткнулись все. — Мы все здесь виновны. Все, так или иначе, простились с жизнью. И теперь только от вашего решения будет зависеть, появится у нас еще один шанс или нет.
— Как это? — пролепетала Ирбисса. — А моя вина в чем?
— Ты, красотка, отказалась от жизни без него, — указывая на Парда, холодно напомнил ей Дух. — А он просто умер, причем из-за своей доверчивости.
— А ты, как там тебя? — вперила взор в бесштанного крикуна Ирина.
— Иссил, — набычился амбал. Попаданка кивнула и вопросительно посмотрела на девушку, которая, заметив ее взгляд, опять спряталась за спиной спутника, но первым ответил парень:
— Я Пард, Высшая!
— Ирбисса. — выглянула из-за здоровяка темная головка.
Услышав имя новой знакомой, Ирина вскинулась и постаралась получше рассмотреть тезку, но потом опомнилась. Ирбис — это ее состояние по жизни. Никнейм, аватар, что она создала на Земле для защиты своего Альтер эго.
Она тряхнула головой и вновь пристально посмотрела на качка:
— Иссил! Зная, что Заколдованный Лес просто так не отдает свое, ты отправил соседа на верную смерть. Что ты там говорил про пару щипков? На тебе предумышленное убийство человека.
Ирина смотрела в глаза парню и видела все его мысли. К ней приходило понимание, что не желал он смерти сыну кузнеца. Просто хотел подшутить. Посмотреть, как будет хорохориться и упираться его единственный стоящий соперник по кругу рати.
Самое большее, посмеяться, когда тот будет в одиночку тащить то треклятое дерево к себе на двор. Ведь действительно было условие — идти пешком. Все знали, что в заколдованный лес с животными лучше не соваться — они там с ума сходят.