Конец рода Шосе. Начало (СИ)

В расположении части не удалось поговорить с Амайей, ей видать пришлось не легче чем мне, и по тому как от нее пахло спиртом я понимал, что она старается забыться. Она передала Чихеро своему сержанту, только расписавшись в ее документах о прибытии и сказала, чтобы не смели ее беспокоить до завтрашнего утра. Палатку, что поставили для Чихеро, нам сержант показал, она была более большой чем у меня и обставлена была намного лучше, все-таки Майор Чихеро Шосе в отряде имела больше прав чем лейтенант Дэйчиро Шосе.
— Так, понятно, а где твоя палатка? — Спросила Чихеро отпустив сержанта и, по всей видимости, не желала жить в палатке и даже распаковывать свои вещи. — А ну веди к ней!
Спорить с Чихеро о том, что члены отряда не могут иметь отношений, было бы бесполезным занятием, да и не хотел я жить без Чихеро, в пустой палатке. И потому повел ее к своей палатке, неся на себе все ее вещи. Войдя в палатку, я замер, на моей кровати, укутавшись в одеяло сидела, прихлебывая из бутылки вино, Седовласка, психокинетик отряда.
— Ну наконец-то, я уже заждалась тебя, похотливый физик− Произнесла она, а я стоял в растерянности, толи от прошедших боёв толи от неожиданности я не заметил владеющею силой психокинетика, а теперь чувствовал силой манипулятора смертельную опасность, исходящую от девушки, что стояла сейчас за моей спиной, и я чувствовал, как ее глаза начинают наливаться тьмой.
— Ш-о-сс-сс-э, кто эта девица и что она делает у т-е-б-я, в твоей постели? — Голос Чихеро был спокоен, а вот исходящие от нее эмоции и желание убивать мне не нравились.
— Я сейчас всё объясню, она ненормальная. — Сказал я и в меня тут-же полетела подушка.
— Сам ты ненормальный. — Вскрикнула Седовласка гордо встала, придерживая одеяло, что скрывало нагое тело, прошествовала на выход с гордо поднятой головой, оставив меня и Чихеро в изумление. Так же она забыла забрать свою форму и нижнее бельё.
— Верю. — Ошарашено произнесла Чихеро. — Но тебе все равно придется извиняться, долго извиняться.
Чихеро прыгнула мне на грудь и впилась мне в губы, после долгого поцелуя она заглянула мне в глаза и произнесла.
— Пора доставать цепи, я так долго этого ждала что больше не могу терпеть. — Чихеро расстегнула одну из сумок и достала оттуда сделанные из трубы кандалы. — Прости, милый, у меня с контролем теперь все в порядке, а вот тебя придется лишать подвижности.
Ночь любви невозможно забыть и невозможно выспаться, но все же как прекрасно просыпаться, когда на твоей груди лежит твоя женщина, и теперь на ней нет и лоскутка ткани. Прошло всего пара часов как мы уснули, а шум снаружи нас разбудил, и вот через два часа мы, опять уставшие, просто нежимся в объятиях друг друга. Ну, как в объятиях, я прикован к кандалам, чтобы ненароком не повредить моей нежной девушке, которая меня не жалела и царапины, и укусы усеивали моё тело.
— Дэйчи? — Нежно потянувшись и слегка по теревшись щечкой о мою грудь произнесла девушка.
— Ммм? — Только и смог произнести я.
— Дэйчи, я хочу…− Я не дал ей закончить говорить, воскликнув.
— Опять⁈ Да что ж ты такая ненасытная-то? — Чихеро засмеялась, укрываясь одеялом, но так и не желая слезать с меня.
— Успокойся, мне пока нужен отдых, и вообще, мне кажется, что выносливость физиков сильно преувеличена. — Смешно поморщившись опять распласталась по мне она.
— Не преувеличена, просто кое-кто очень ненасытная особа, ты меня расковывать собираешься? А то искусала всего, вот зачем надо было кусаться? — На груди презрительно фыркнули.
— А чтобы все знали, что этот мужчина занят, и вообще, будешь возмущаться я тебя опять покусаю! Кусь. — Чихеро аккуратно и нежно укусила меня за щеку, оставив еле видимый отпечаток своих зубок, а потом лизнула место укуса. — И хватит меня отвлекать, раскую тебя, не беспокойся. Так вот, Дэйчи, завтра день влюблённых, и хоть какой-то очень плохой мужчина мне и не признался, может попытаемся провести этот день наедине?
— Я с удовольствием проведу хоть этот хоть любой другой день с тобой, любимая. — О боги, как же мало девушке надо для счастья, я наслаждался теми эмоциями что исходили от Чихеро. Не понял. — А ну не кусаться!
  
— Моё! Закусаю! КУСЬ! — Чихеро была счастлива.
И только к обеду я смог выбраться из палатки и направиться к Токо, который сейчас с помощью сержанта от Амайи наращивал и переделывал мой доспех, и мне надо было как проследить, так и самому заняться модернизацией своей защиты. Чихеро заявила, после того как расковала меня, что я не давал ей поспать, и потому она еще пару часов поспит, и вообще я животное замучал бедную девушку. И как только я приступил к прикреплению к спине четырех тросов для перемещения по полю боя и для более удобных рывков ко мне подбежал посыльный из штаба, перепуганный насмерть, и запинаясь сообщил что меня срочно вызывает командующий.
В штабе мне сообщили, как они думали, радостную весть, завтра нашу часть посетит принцесса Тэймэй, и мне вручили металлический контейнер, который открылся только когда я приложил к прикрепленному к нему сканеру палец. В контейнере лежало письмо. Было забавно смотреть как командиры отвернулись от него, но я чувствовал, как они жаждут узнать, что же скрывается в нем. Но на конверте была надпись: Исключительно для Дэйчиро Шосе, после прочтения уничтожить.
Письмо было коротким. Выгляди достойно моего мужа, на встрече не заставляй меня стыдиться твоего внешнего вида.
После штаба я направился к отряду чтобы рассказать Чихеро что не суждено нам завтра провести день вместе. И придется весь день и ночь и мне и механикам вместе с Токо провести над доспехом, я не собираюсь одевать яркий, по-клоунски раскрашенный доспех, что мне предлагали в штабе. Я на встречу одену боевой бронекостюм, мы не на бале, пусть видит в каком виде я хожу в бой.
— Вот тварь, ей то зачем встречаться с тобой? — Чихеро только через пол часа смогла прекратить тот поток брани что лился из нее. — Нет, я понимаю, что она выйдет и произнесет пламенную речь, но зачем делать именно там, где ты, опять эта тварь хочет тебе усложнить жизнь как-нибудь?
— Я не знаю, Чихеро, но думаю, что мне стоит с ней попытаться поговорить, и будь готова к тому что тебе придется бежать. — Хмуро сказал я девушке.
— Ты думаешь, что тебя арестуют? — Ужас, что заплескался в глазах Чихеро, заставил меня ее аккуратно обнять чтобы успокоить.
— Чихеро, я уже был преступником, так что есть возможность что меня вновь объявят врагом Империи или предателем. Сейчас у Императорской семьи вся возможная власть, и я готовлюсь к любому исходу этой встречи, в том числе и к такому что принцесса Тэймэй завтра умрет от моей руки. — Произнес я.
Ночь прошла как, я и предполагал, под светом фонарей. Мы отливали с помощью моей силы психокинетика нужные детали и приваривали их к доспеху, мне пришлось заменить кевларовые пластины с антиосколочной защитой, и теперь весь бронекостюм состоял из метала, его вороненая сталь добавляла мрачности и вселяла уважение своими толстыми защитными пластинами. Тросы я успел прикрепить к спине, а также еще четыре, что шли теперь от моих рук и были, можно сказать, моим личным оружием, моим почерком. Пулемет и кумулятивные снаряды мне было запрещено иметь при себе, служба безопасности принцессы не позволит мне приблизиться к ней имея при себе полный боекомплект. А хотелось бы встретится с ней лицом к лицу во всеоружии.
Перед обедом было построение, и под удары в грудь и крики о том, что мы готовы умирать во благо Империи и родины, построилась наша часть, которая первая на этом участке фронта удостоилась того что ее посетил кто-то из членов Императорской семьи. И вот наконец на сцену перед выстроившимся перед ней многотысячным войском вышла в белоснежном кимоно, словно игнорируя что сейчас идет война, вышла она.
Стоя в первых рядах я прекрасно видел и слышал ее, а динамики раций дублировали ее слова тем, кто сейчас был в окопах. Она была словно ангел, сошедший с неба чтобы озарить наш путь и дать нам сил дальше сражаться. Она говорила пламенно и ярко, но все-таки я запомнил только последние слова.