Конец рода Шосе. Начало (СИ)

Пример того что тело и мысли должны быть едины в том, что они делают, так было у Хаоса, но не у меня. Я ждал его стоя на месте, сжимая в правой руке арматуру, на которой держался двухметровый обломок бетонного столба, мне было жаль воина, жаль ту, что стала чужой женой, в этом бою не будет победителей. Резкий рывок и вот бетонный столб, не замечая блокировки топорами, бьет в бронированную грудь. Хаос отлетает метров на пятнадцать, я же, отставая метра на два, бегу за ним, и как только он замедлился, кувыркаясь по асфальту, я нанес удар обломком столба, вминая тело физика в асфальт, он уже не двигался. Я посмотрел на вытекающую кровь из бронекостюма Хаоса и на валяющиеся обломки его топоров, и пошел в подвал, чтобы разнести глушащее сигнал отряда устройство. На охране там стояли еще парочка пустых и владеющий распадом, что попробовал разложить часть брони, куда должен был попасть кумулятивный снаряд ручного гранатомета, но все тщетно, снаряд был развернут нитями обратно и он же оборвал жизнь охраны, а распадчика я убил собственноручно, оторвав от его тела ноги, он еще пару секунд истошно кричал, смотря на свои ноги в моих руках, а потом умер от потери крови. Граната уничтожила аппаратуру глушилки.
Выйдя из здания и уже связавшись с Амайей, я узнал что она уже связалась с командованием и к нам уже выслали помощь, а отряд уже вышел из города и бежит по полям, фактически бросив меня, одного. Я увидел, что тело Хаоса забрали, а на месте, где он лежал, стоит боевой Дрог без оружия и ждет меня.
— Спасибо. — Связки огромного существа не были предназначены для разговоров, но этот все же мог говорить, и то что со мной решила поговорить Харуки было несомненно− Уходи, я не одна руковожу, здесь есть и другие, дам тебе сбежать.
— Нет, Харуки, беги сама. Зря Сиоко вмешались в эту войну, вы потеряете больше чем приобретете. Беги, Харуки, спасай клан Сиоко и беги с этой войны. — Я смотрел как боевой Дрог тряхнул головой, освобождаясь от влияния Харуки, как его глаза наливаются кровью, это животное не волновало отсутствие оружия в руках и он бросился на меня, первый удар моей руки, закованной в броню, в грудь остановило огромную тушу Дрога, а второй удар руки пробил череп, сминая куцые мозги животного. Вокруг гремел рев, внутренним зрением я видел, как из подземных чертогов выходят целые полки, как в загонах людей, что были не обработаны, рвут на части и на ходу сжирают. Армада готова пойти в направление Имперских войск, и я сейчас в окружении врага.
Дроги, обработанные, марионетки, шли ко мне, окружая сплошным потоком, им дали установку уничтожить меня и отряд, за которым сейчас неслись скоростные ассасины.
Пора уходить, но вот куда и как мне было непонятно, и тут я услышал до боли знакомый шелест, что шел с небес. Там, высоко-высоко, на землю летел огромный шарообразный сгусток молний.
— И кто же там летит так стремительно мне на помощь? — Спросил я сам себя, вырывая у очередного дрога пулемет и пуская из него длинную очередь. Вспышка, внутренний взор психокинетика показал мне кто стремительно летит к земле внутри молний, десантировавшись из самолета в верхних слоях атмосферы, и к которой сейчас летят два реактивных истребителя. Но у них нет и шанса против нее. — Ну здравствуй, бабушка Этсуко, сейчас я приготовлю тебе место для посадки.
Конец второй части, главы четырнадцатой.
  
Глава 14
 
Часть третья
 
В наушник что-то кричала Амайя, я же прорывался к тому месту где должна была десантироваться Этсуко. Я понимал, что полковник Идако, Амайя, уже сообщила что в предполагаемом районе десантирования я веду ожесточенный бой, и поэтому моя задача показаться на глаза бабушке, и сделать это с самого высокого здания, так как она несомненно перед приземлением нанесёт удар и мне не стоит подставляться под гнев Этсуко.
— Лейтенант, будешь поддержкой пока не десантируется весь отряд, не попади под удар, первый десантировавшийся должен расчистить и обезопасить место высадки. — Между разрыванием очередного противника я слушал стальной как лезвие ножа голос Амайи, и тут ее голос дрогнул, и она добавила: — Лейтенант, будь осторожен, как произойдет высадка мы выдвинемся всем отрядом к тебе, не попади под удар.
  
Я не видел смысла ей отвечать, и потому бросил все свои силы чтобы прорваться к девятиэтажке, что должна быть напротив высадки Этсуко. Я начал замечать, что вместе с мясом, что хлынуло бесконечным потоком на улицы города, начали появляться владеющие, которые начали организовывать отряды поддержки чтобы добивать тех, кого мясо не может убить, а только отвлекает либо слегка ранит.
Шар молний неумолимо приближался к земле, и когда я с помощью тросов практически взлетел на крышу девятиэтажного здания он коснулся земли. И произошло раскрытие, словно волны молнии понеслись вперед, пронизывая все на своем пути, прожигая и ослепляя всех, кто посмел смотреть в сторону владеющей. Я же смотрел внутренним зрением и ослепнуть мне не грозило, хотя улыбка на моем лице могла напугать наверняка даже боевого дрога. Бабушка Этсуко себе не изменяла, черный плащ с подкладкой из кевлара, волосы, заплетенные в косу так, чтобы под влиянием статики ни один волосок не вышел из прически, обтягивающие военные штаны с боковыми карманами, и если бы на ней были бы берцы, то никаких претензий бы у меня не было, но нет, это же Этсуко, у нее на ногах сапоги с огромной металлической шпилькой, от которой в данный момент шли небольшие молнии по земле. Этсуко обвела взглядом горы трупов, что остались после волнового удара, и мгновенно произошел еще один волновой удар, так как оказалось, что не все умерли. Воздух и так был наполнен вонью горелого мяса, а после этого удара воздух полностью захватил смрад. Этсуко вновь хмурым взглядом обвела окрестности, и, что-то решив, сделала шаг вперед. Там, где шпилька касалась асфальта, разносился сноп искр, заземление, вот зачем ей такая шпилька. В воздухе за секунду сформировалось с десяток шаровых молний, что стремительно полетели собирать жизни тех, кто не сможет от них защититься.
— Лейтенант Шосе вызывает Этсуко Рэйдзин. — Завопил я в наушник, когда увидел, что ко мне несутся сразу четыре шаровые молнии. — Я нахожусь, на крыше девяти этажного здания, и прошу отменить атаку шаровыми молниями.
Шаровые молнии сменили свой курс, я мог конечно сбежать, но все же мне надо было срочно связаться с Этсуко, я уже снял трех снайперов и хоть она и сама неплохо останавливала пули молниевым щитом, но все же она не психокинетик, и мощный снаряд может прикончить её. Хотя, смотря на то как полыхает вокруг нее, становится как-то спокойно на душе. Главное не проговориться, что она Бабушка, а Эйко сделала ее и вовсе прабабушкой, ну вот не любит владеющая молний такого к ней отношения. Я в детстве, когда гулял с ней, называл ее исключительно тетей Этсуко, помню, как она чуть не поджарила молнией какого-то старика, что назвал ее молодой бабушкой, хотя может, если ее разозлить, она выжжет весь город дотла. Вспышка силы психокинетики, внутреннее зрение мне показало, что творится в городе: мясо, состоявшее из дрогов, тессеров и другой мерзости, устремилась сейчас к Этсуко, и только небольшая группка бежала из города. Я смог заметить только то что пара дрогов несли физика в доспехе, и у Хаоса билось сердце. Заметить Харуки я не смог, возможно она осталась здесь или ушла с другой группой. Но мне стало понятно, что противник решил спасти особенно ценных владеющих, и как было очевидно он готов выпустить орду, что еще не полностью выбралась из подземелья, на войска Империи.
— Лейтенант, может вы все-таки спуститесь и поприветствуете даму? — Раздался приятный голос в динамике. — Неужели я вам не говорила в детстве, что даме нужно сопровождение галантного мужчины?
— Есть, через двадцать секунд буду на месте, двигаюсь с северо-запада, двадцать пять градусов, физик, броня метал. — Начал было говорить я, так как приближаться не идентифицированным к владеющему такой силы как моя бабушка будет опасно.