Землянка по ту сторону неба Хайд (СИ)

— Никаких подстав, — он спрятал диск обратно в карман. — Просто, возможно, мы оба ищем ответы на одни и те же вопросы.
С этими словами он развернулся и исчез в толпе студентов так же внезапно, как появился. А я осталась стоять, размышляя, во что ввязываюсь. И главное — почему у меня такое чувство, что этот загадочный Ларс знает гораздо больше, чем говорит? И действительно ли он тот, за кого себя выдаёт?
  
Что ж, похоже, сегодня вечером мне предстоит это выяснить. Если, конечно, я наберусь смелости прийти на эту встречу.
***
Началась учёба, и мне стало не до размышлений. Я старалась досконально записывать лекции, потому что никак не могла понять, в чём подвох? Тысячу раз сверяла свои ответы с учебником, всё было верно, почему мне не засчитывали ответы?
И я бы ещё могла понять, если бы проверяли люди, но ответы проверялись ИИ — программой, которой было всё равно кто я, и в каких с кем отношениях.
Поскольку сегодня с утра были только общие лекции, которые большинство тенорцев игнорировали, то на симуляторы я неслась одна. И конечно же на своём «любимом» повороте снова встретилась с «непреодолимым» препятствием в лице Адриана.
И почему мне кажется, что каждый раз он пытается меня понюхать? Но пока, судя по брезгливому выражению, каждый раз появляющемуся на его лице, ничего «вкусного», того, чем пугал меня Дмитрий, унюхать тенорцу не удалось.
Я надеялась, что как и в прошлый раз, Адриан меня оттолкнёт, и я благополучно побегу в аудиторию, но он вцепился мне в плечи и пристально глядя в лицо, так, что я даже почувствовала, будто глазам стало жарко, спросил:
— Это правда?
— Что? — опешила я.
— То, что ты используешь разработки своего брата? — резко, даже с какой-то злобой прозвучал вопрос.
А я поняла, что да, я использую. В памяти сразу всплыли флакончики, это, конечно, не нано-импланты, но если я скажу нет, то тенорец сразу поймёт, что я вру. Они это чувствуют.
Но мне даже не пришлось ничего говорить. Видимо, тенорец почувствовал колебания и решил, что всё, что обо мне сегодня говорили в Вышке, чистая правда.
— Л-люди, — злость всё-таки «вылилась» из него в этом коротком слове, и он, оттолкнув меня первым, прошёл в симуляционный зал.
А когда я попыталась туда войти, то было объявлено, что мне вынесен штраф помощником куратора за дисциплинарные нарушения, который я должна отработать.
Так я снова попала в зоопарк.
  
11 глава
 
Птица
Масла в огонь подлила и преподаватель по квантовой механике. Она была с Артемис. Высокая, сильная, с короткой стрижкой, на кончиках густых чёрных волос — красные всполохи, такая окраска смотрелась очень креативно и шла ей. Преподаватель была в звании капитана объединённого космического флота, что неудивительно. Здесь, в академии, многие преподаватели имели военное звание, скорее редкостью были те, у кого его не было.
Преподаватель отличалась бескомпромиссным характером, и даже имя у неё было, на мой слух, мужское. Звали её капитан Райнер. Биассар Райнер.
Учёба в последнее время и так давалась тяжело. Всё валилось из рук, и порой казалось, что я занимаю чужое место. В такие моменты я подбадривала сама себя, вспоминала свои прежние достижения и успехи. Не самая лучшая стратегия, конечно, но мне пока больше некуда было опереться.
Нет, поначалу казалось, что я накручиваю сама себя, и кажется, что отношение ко мне преподавателей стало иным. Но когда я получила третий неуд подряд, моё самообладание дало трещину.
— Адептка Горич, — капитан Райнер строго посмотрела на меня, стуча карандашом по столу. — Метод изучения квантовой запутанности, который вы описали в проверочной работе, ещё до конца не изучен. К тому же, согласно исследованиям Роттенберга, факт нахождения одной из систем в «нулевом состоянии» полностью исключает взаимодействие с другими системами, что в свою очередь ставит под сомнение сам принцип их связанности.
— Да, — согласилась я, взглянув на мигающую красным оценку. — Но тот же Роттенберг, на которого вы ссылаетесь, всего месяц назад опубликовал статью в «Космическом вестнике» о том, что «нулевое состояние» не равно состоянию покоя, а значит заряженные частицы точно так же перемещаются, стремясь друг к другу.
— Это непроверенная информация из ненадёжного источника, — мои доводы не убедили преподавателя. — Стыдно использовать в ответах такие данные. А ваша теория «тройной точки воды» как прототипа модели исследования вообще не выдерживает никакой критики!
— Но…
— Всё, кадет Ална, — капитан Райнер подняла ладонь, приказывая мне молчать, и громко хлопнула другой по столу. — Довольно. Это ваш третий неуд, о чём мне придётся сообщить ректору.
В аудитории раздались смешки. Капитан Райнер обвела взглядом помещение, и все замолчали.
— И что меня ждёт? — я собрала последние крохи самообладания, чтобы не накричать на преподавателя.
В груди чёрной змеёй заворочалась обида, и захотелось разнести всё вокруг. В последний раз такую обиду я чувствовала только после встречи с «королём».
Стиснула зубы и постаралась дышать глубже. Успокаивала себя тем, что обязательно наведаюсь в тренировочный зал и буду заниматься до тех пор, пока мне не станет всё равно.
Очень захотелось убежать из академии или улететь на другую планету, туда, где есть только маленькие белочки и нет вокруг этих злых душных людей, где мне не придётся доказывать свою правоту, проваливаясь всё глубже в лживые наветы.
— Решение за ректором, но я бы на вашем месте, — арета[1] выделила голосом «вашем», — всё же подумала о целесообразности дальнейшей учёбы. Возможно, вы просто переоценили свои силы. Такое часто бывает с людьми.
— Благодарю за совет, — я села обратно за парту.
Как мне удалось досидеть до конца урока, не знаю, и я даже что-то записала. Но как только прозвенел звонок, и капитан Райнер нас отпустила, я выскочила из аудитории, чтобы ни с кем не сталкиваться, и практически бегом направилась в коридор.
В столовую не пошла, поднялась на гравилифте. На станции ещё никого не было, видимо, все тенорцы на занятиях. Я надеялась, что Кайры тоже нет в комнате.
Я уже было хотела провести пропуском по замку, как на браслет пришло сообщение. Он замигал ярко-оранжевым цветом — письмо требовало незамедлительной реакции.
«Ална Горич, вам начислено сто штрафных кредитов. Назначена дисциплинарная отработка. Количество часов: десять. Место: зоопарк на первой палубе. Время: начиная с сегодняшнего дня. Площадь работы — сектор пять».
Прекрасно! Вместо того чтобы готовиться к занятиям и исправлять оценки, мне несколько недель по вечерам придётся копаться в зоопарке! Неделя за неуд и неделя из-за несносного куратора — от бессилия хотелось выть. А ещё позвонить Дмитрию и рассказать, как обходятся с новаторскими идеями в Вышке.
В зоопарк я буквально ворвалась, громко хлопнув дверью. Благо, мою вспышку гнева никто не увидел. В этом секторе находились особи, по каким-то причинам помещённые на карантин. После болезни или с повышенной агрессией. Иногда здесь появлялся сам главный по сектору, на постоянной основе мог находиться смотритель из биологов и кто-то из его помощников. Но в такой час ожидаемо никого не было.
Роботы с высоким уровнем искусственного интеллекта в зоосадах и зоопарках использовались редко, только самые простейшие, но им требовалось управление и частая перенастройка. В этом и заключалась моя отработка. Необходимо было оценить, какие работы, помимо стандартных, требуются, и настроить роботов. Роботы находились в техническом помещении и тихо «жужжали», стоя на подзарядке.
  
Помимо роботизированной уборки, для некоторых особей требовалась самая обычная. Предназначенный для такой уборки инвентарь стоял в углу, и веники смотрели на меня призывно: «Возьми меня, я очень хорошо справляюсь с грязью».