Системный киберпанк - 2 | Cyberpunk 2077 (СИ)
Конечно, едва ли точки на небе смогут соперничать по количеству с той россыпью, которую можно увидеть в действительно глухих местах, но всё же и то, что было, по-своему очаровывало.
План созрел быстро, вернее даже подготовлен заранее — Саша ещё утром попросила закинуть меня несколько пледов и термос, а также заготовленную снедь в инвентарь. И теперь мы расположились на одной из крыш на поддонах, укрытых мягким толстым пледом, а также укрывшись ими же — всё же ночи в этом месте могли резко контрастировать температурой со светлым временем суток.
— Красиво… — уставшая, но довольная девушка откинулась на плед и легла, глядя на ночное небо, — Правда, мама говорила, что звёзд на небе куда больше, чем мы видим.
— Намного. Нужно будет потом поискать более подходящее место. Хотя… — я слегка пригляделся и вздохнул, — Судя по бликам, орбита планеты сильно засорена спутниками и результатами космонавтики…
— В твоё время было лучше?
— В небе — да. На земле — едва ли. Думаю, у каждого мира и времени свои вызовы и проблемы. Но небо было ярче. Хотя… В моей реальности, как ты знаешь, таких прорывов, как здесь не было. Но один энтузиаст знатно попортил орбиту, выведя туда сразу несколько тысяч спутников…
— Ты про это не рассказывал… — Саша заинтересованно скосила на меня взгляд, — Наверняка с какой-то грандиозной задумкой?
— Ну, можно и так сказать, — отпиваю из кружки чай и продолжаю: — Интернет во всём мире, покрытие повсюду, без необходимости установки стационарных вышек и прокладки кабелей.
— Звучит круто… Но и опасно, — девушка нахмурилась, — Не аукнулось? Как представлю себе возможность повсеместного доступа в Сеть, да ещё и способности ИИ… Спасибо.
Девушка приняла чашку и, всё ещё хмурясь, откусила от протянутого вместе с чаем пирожного, усевшись рядом и прижавшись к боку.
— Честно говоря, без понятия. Результат я увидеть не успел. Но думаю первое время у него проблем с этим не было — технологии тогда пусть и развивались стремительно, но полноценный ИИ ещё не изобрели.
— Интересно, — Саша мечтательно взглянула сначала на Найт-Сити, а затем на небо, — Есть ли цивилизации и миры, где всё хорошо?
— Ну, — пожимаю плечами и ненадолго замолкаю, перебирая в голове образы и воспоминания, — Честно говоря, на ум приходят только парочка миров. Но там всё одновременно хорошо и плохо.
— Правда? Это как?
— Ни войн, ни искусственных катастроф и конфликтов. Вот только в одном случае я «проморгал» переломные события и пришёл уже к моменту, когда в мире остался только один роевый разум, собравшись в себя все умы человечества и действующий как единый организм. А вторым случаем была встреча с цивилизацией, которые попросту были лишены эмпатии и воспринимали других разумных с высшей когнитивной деятельностью как инкубаторы для размножения себе подобных.
Саша от описания, а может, и от холода, слегка поёжилась:
— Честно говоря, звучит притянуто за уши. И совсем не похоже на идеальный мир без насилия…
— А то! Разница в восприятии и психологии. Думаю, без конфликтов цивилизации обычных разумных точно не обходятся. Банальный вопрос ограниченности ресурсов. Да и с точки зрения психологии мы, на самом деле, не особо совершенны. Эволюция мозга не поспевает за эволюцией технической. Вот ты, к примеру, задумывалась над тем, почему мы так реагируем на дедлайны?
— Ну, а кто не боится провала?
— Нет, я имею в виду, почему мы реагируем так остро? Откуда такой стресс, такие переживания, нервные срывы и стремление попрощаться с жизнью у особо ретивых японцев? Всё же отдельный термин для смерти от переработки не от хорошей жизни придумывают.
Саша на некоторое время задумалась, мило прикусив губу, а после выдвинула предположение:
— Может, потому что для некоторых это действительно вопрос жизни и смерти?
— Не совсем. Вернее, «не для некоторых», а для нашего мозга в принципе. Дело в том, что для него нет разницы между стрессом от, допустим, сжатых сроков проекта и побега от медведя или тигра.
— Че-его? Да ладно, правда?
— Ага. Если я правильно помню, то у нас есть отдельная система распознавания опасности. Когда она срабатывает, то в организме вырабатывается адреналин, а тело приходит в готовность. Ну и наше волнение — это как раз состояние повышенной готовности. Нам же как-то нужно увернуться от хищника из кустов или успеть запрыгнуть на дерево?
Отпиваю из чашки и продолжаю:
— Вот только мы далеко ушли от древних людей. Теперь нас волнуют переживания о курсе валют, о выплатах по кредитам или косяки на работе. А мозгу-то плевать, он не различает это. Волнуешься? Значит держи пачку гармонов, чтобы быть в тонусе и победить медведя. А медведя-то и нет. И «побеждать» его можно месяцами и годами. Не знаю, как здешние корпы, но у меня выгорание и нервные срывы были частым явлением среди знакомых.
— Дела-а-а…
— Так что, — тяжело вздыхаю, — Так или иначе, но без конфликтов миров не бывают. Просто формы они порой принимают разные. Так устроена эволюция: борьба за ресурсы, выживает сильней и прочая катавасия. А вместе с тем так устроены и мы. Но зато! — преувеличенно бодро заканчиваю, — Если «жестокий» период удаётся правильно пережить, жизнь в таких мирах обычно расцветает на тысячелетия.
— А потому по новой? — Саша грустно улыбается, глядя мне в глаза.
— А потом по новой, — киваю в ответ, приобнимаю и целую девушку в лоб. Слышу, как та куда-то мне в грудь ворчит:
— Вот ты вроде говорил, что вояка-воякой, а на деле столько всякого знаешь…
— Читаю и просвещаюсь. Не всё же клинком махать и в гараже возиться. Да и до попадания в ряды Системы я был обычным парнем со своими интересами.
— Вот этим ты мне и нравишься, — Саша приблизилась к моему лицу и подарила глубокий, но вместе с тем мягкий поцелуй, — Спасибо за этот день, мне очень понравилось время, которые мы провели вместе.
А дальше мы продолжили обсуждения всего и вся. Иногда молчали, иногда прерывались на поцелуи и перекусы. Вечно заполненный неоном и событиями город был где-то там, а мы были здесь — довольны обществом друг друга и готовые наводить новые мосты.
Сегодня мы старались избегать слишком тяжёлых тем и разговоров о прошлом. Вместо этого мы сосредоточились на мелочах, которые делают людей — людьми: привычки, интересные факты из детства, детали характера.
Я с удивлением узнал, что, сам того не зная, подарил Саше и нескольким её приятелям новое увлечение — искать в Сети записи старых фильмов, сериалов и книг, а также связанную с «ретро-вселенными» информацию: арты персонажей, фанатские взгляды на события, истории и разборы, аналитические видео и фрагменты старых форумов, часть из которых функционировала ещё до падения Старой Сети.
Не то, чтобы наследие прошлого стало чем-то из ряда вон выходящим. Встречались в Найт-Сити любители антиквариата. Да и ценители классики тоже редкостью не были. Но всё же это больше относилось к «классике-классике»: мастодонтам литературного мира, деятелям, чьи работы оставили свой след в истории навсегда.
Внимание же более скромным по популярности вселенным уделялось куда меньше. Да и чем ближе к падению Старой Сети, тем выше были шансы, что данные не располагались на физических и автономных носителях информации, вроде дисков, кассет или бумаги. А значит, и вероятность того, что единственная копия была убита детищем Бартмосса тоже увеличивалась.
Я же, общаясь с Сашей, чуть погрустнел от осознания того, что мне ещё навёрстывать и навёрстывать «нормальность»: я, внезапно для себя, осознал, что у меня не так много бытовых привычек и увлечений помимо войны. Да и то, что было — зачастую наследие самого первого мира, первой жизни, которую я прожил обычным человеком.
Эти привычки, паттерны поведения, увлечения и даже черты характера уместные в «мирной» жизни будто бы законсервировались, застыли в янтаре системного инструмента работы с сознанием. И теперь, когда я получил шанс на возвращение к нормальной жизни после десятилетий ада, постепенно возвращались ко мне.