Системный киберпанк - 2 | Cyberpunk 2077 (СИ)

Хотелось плюнуть на всё и выжать педаль газа на полную, но тогда бы на нас можно было бы поставить крест — ищейки корпов точно заметят подозрительную машину. Сейчас же…
Долгие пятнадцать минут, но я успела приехать к точке встречи с Дорио и Мэйном. Последний, стоило ему открыть заднюю дверь, поражённо застыл, оглядывая Седрика.
Я же впервые за время оглянулась и едва не закричала:
  
Живой труп. Буквально одна большая гематома. Распухший, с кровоподтёками из ушей, глаз и носа, с месивом вместо зубов из-за судорог челюстных мышц. Парень представлял собой типичного мертвеца из старых фильмов, но ещё и залитого кровью — вернее, противной коркой с сукровицей — полностью.
Секунда — и Мэйн глухо бросает:
— К Вику, быстро, — захлопывая дверь и запрыгивая на переднее сидение.
На агент мне приходят координаты. Рипер. Думаю, это рипер…
— Он вколол себе что-то, чтобы вытащить нас, — это всё, на что меня хватило.
Видя моё состояние, Мэйн молчит всю дорогу. Не спрашивает, ничего не говорит. Только сидит с каменным лицом, периодически оборачиваясь назад и вздрагивая.
Мы подъезжаем к неприметному входу, где уже открыты ворота. Загоняем машину внутрь, а Мэйн аккуратно, насколько это возможно, вытаскивает Седрика на носилки, которые неизвестный мне мужчина успел подготовить.
— Твою мать… — только и произносит рипер, увидев то, во что превратился соло.
— Привет, док, — зажимают рот руками в немом крике, осознав, что всё это время Седрик был в сознании, — Не так я представлял нашу первую встречу…
Ко мне подходит Дорио, что ехала на машине Мэйна позади и просто обнимает, крепко прижимая к груди. Не веря, что всё закончилось, я лишь сжимаю её в ответ и начинаю просто и незатейливо реветь.
«Я выжила и даже отомстила. Но стоила ли месть этой цены?» — мысль, будто бы забитым в сознание штырём, пульсировала и выдавливала из меня всё новые и новые слёзы.
  
Глава 34
 
Красные огни аварийного освещения давали множество бликов на металлическую поверхность коридора и разлитые лужи машинного масла. Едва ли можно было пройти несколько метров, не наткнувшись на искорёженные останки охранных роботов.
Посечённые осколками взрывов, разрубленные надвое, простреленные очередями или одиночными, но крайне мощными выстрелами — кем бы ни был неизвестный, вторгнувшийся на территорию Биотехники, проблем с огневой мощью у него явно не наблюдалось.
По коридору, внимательно осматривая поле боя, шли двое. Высокий черноволосый мужчина с проседью в короткой причёске, чей облик был знатно преображён имплантами, двигался спокойно, даже статно. Он скользил взглядом по ботам, подмечая видимые лишь ему детали и постоянно хмурясь.
В противовес ему, сопровождающий семенил, судорожно сжимая планшет с добытой информацией, и постоянно сбивался, со страхом подбирая слова.
— То есть, вы хотите сказать, что ничего толком не нашли? — угрозу в голосе спокойного на первый взгляд мужчины не услышал бы только глухой.
Его собеседник, борясь с желанием сорваться на бег или упасть на пол (тут его инстинкты расходились во мнениях), сглотнул, а после, слегка дрожа голосом, закивал:
— Д-да, мистер Фергюсон, сэр. Мы продолжаем искать возможные зацепки, но диверсия была проведена на редкость… качественно. Комната, откуда выгружались данные в Сеть, полностью уничтожена со всем содержимым. Мы лишь может сказать, что с боевиком в связке работал сильный нетраннер — систему защиты и охранные протоколы сдерживали достаточно долго, чтобы помешать сбору аналитики. А данные с камер и датчиков удалены.
Чем больше говорил парень, тем сильнее он успокаивался, настраиваясь на деловой лад. Набрав воздуха, следователь СБ Биотехники продолжил:
— Мы восстановили приблизительный путь отхода, но и там многие камеры чистились, причём в разных направлениях. А из-за наличия, ко всему прочему, слепых зон… В общем, мы затрудняемся, проследить конкретный путь, как ушли исполнители. Стычка банд спутала департаменту полиции карты и помешала оперативно оцепить район. Впрочем, некоторые из отдела в принципе сомневаются, что они ушли.
«Понабирают новичков… Ну ничего, может, и выйдет с этого мусора толк, если держать в узде» — несмотря на показную строгость, мужчина чувствовал, что начинающий специалист делал всё от него зависимое и ругать его было бессмысленно.
Реструктуризации компании в попытках выйти на новые рынки иногда дорого обходятся отделам, в том числе отделам безопасности. Вот и подразделение Найт-Сити не обошла эта беда — часть опытных сотрудников перекинули на новые направления, оставив ему под командование этих… ребят.
Фергюсон не был идеалистом или корпоративным псом. Он, как глава службы безопасности этого сектора, прекрасно понимал реалии Найт-Сити и ясно видел, что в этот раз они останутся без добычи. Но он и не преследовал эту цель. Нужно было выяснить как можно больше о разработке конкурентов.
Но, оставив эти мысли при себе, он ответил иначе:
— Поясни.
— Сэр, буквально пятнадцать минут назад пришли результаты первичных анализов из лаборатории. Мы почти уверены, что это разработка одного из новых подразделений Арасака или других корпораций. Слишком… Высокие технологии. Хотя, правильнее сказать, «абсурдно высокие».
Генрих подавил в себе раздражение и взглядом попросил собеседника пояснить мысли. Тот посыл понял, вновь покрывшись испариной и зачастив:
— ДНК разрушена, причём у всех образцов… жидкости.
— Крови?
— Нет, сэр, боюсь, это уже не кровь… Позволите зачитать неформальное заключение лаборатории? «Образцы показали бредовую, дикую смесь из химикатов и препаратов, которые удерживались от распада благодаря неизвестному элементу. Причём этот же элемент обеспечивал их точечное и эффективное воздействие на организм. Вместе с тем, все остальные компоненты находятся в свободном доступе и представляют собой образцы технических жидкостей и лекарственных препаратов, доступных широкой общественности.». Дальше идёт перечисление возможных составляющих, чьи остаточные следы были найдены в свернувшихся образцах крови.
— Погоди, — вскинул бровь Фергюсон, — Хочешь сказать, что эту штуку можно делать на коленке?
— Если верить заключению лаборатории — да, сэр, мы тоже удивились это формулировке — как-то даже сжался Эрик, всё ещё до усрачки опасающийся начальства, — Но только в том случае, если, цитирую «в одном подвале вы делаете это варево, а в подвале напротив синтезируете катализатор в фармакологической лаборатории будущего». Связующий состав или, как он отмечен в отчёте, «катализатор»… Аналитики не до конца понимают, что это, но смесь на порядки увеличивает параметры организма.
— Это я уже заметил, — взгляд Генриха зацепился за вмятины на роботе, напоминающие слепок кулака.
— …но при этом, по расчётам отдела, этот же препарат «сжигает» использующего, форсируя… э-э-э… «жизнь в нём, если говорить грубо».
— И как яйцеголовые это поняли?
— Некоторые записи с ави и уцелевшие фрагменты данных с ботов. Плюс обилие потерянной крови… Вы и сами, думаю, заметили. Её здесь столько, что хватит на целый сквад наёмников. К тому же… Специалисты говорят, что ДНК повреждена не из-за химической, а из-за термической реакции: неизвестным образом состав практически выжигал кровь, используя её как топливо для преодолевшего пределы организма. Судя по косвенным признакам, температура вышла далеко за рамки, когда жизнь в организме возможна. По этой причине они и склоняются к варианту со смертью… тестируемого объекта.
  
— А ты не так плох, — Генрих удивлённо вскинул бровь, — Ты, отдел или учёные?
— Я, сэр… — опустив взгляд, парень позволил себе скромную улыбку, — На основе всей информации… В общем, мне кажется, это какое-то тестирование. Репутационная диверсия — лишь прикрытие для теста неизвестного препарата в полевых условиях. Да, пиар-отделу компании придётся попотеть, пытаясь замять эту информацию, но… Кажется, нам бросили перчатку в лицо, сэр. Причём на нашем поле… деятельности, или боя, если угодно.