Капитан без прошлого — 2 (СИ)

Наплевать, главное — остановил!
— Обсудим это позже, — прохрипел я, спешно оборачиваясь, чтобы отыскать взглядом последнюю из своего экипажа — Уняйю…
…и увидел, как за моей спиной та с разгона врезается в скрючившуюся в попытке приподняться Ксен — и обе валятся в бездну…
Нет, не обе — фелиду поймала за плечо и удержала от казавшегося уже неизбежным падения вездесущая Дик. Я же прыгнул за Ксен — уже, впрочем, прекрасно понимая, что не успеваю. И даже дотянулся до девушки рукой, ухватил за шиворот — но сам при этом неудержимо соскользнул вниз с обрыва вслед за суперкарго. Меня ловить было уже некому: Аран, Брин и Уняйя еще не освободились от пут, юнга отчаянно тянула от края кошкодевочку — да и не вытащила бы тщедушная Дик меня из пропасти, тем более — нас с Ксен двоих, наоборот, это мы увлекли бы ее за собой…
Что-то резко дернуло меня за ногу, все же прервав полет. Вывернув шею, я недоуменно посмотрел вверх: в мою голень вцепилось острыми зубами нечто черное, мохнатое и ушастое, удерживавшееся на кромке обрыва при помощи длинных серых когтей и балансирующее задранным трубой кошачьим хвостом… Дар — кажется, так называла эту часть себя Уняйя? Ну, привет, пушистик, давно не виделись! Вышел погулять? Вот только, помнится, зубки-то у тебя ядовитые!..
С этой мыслью мое дважды отравленное сознание и погрузилось во тьму. Хотя нет, напоследок мелькнула еще одна: как бы ни обернулось дело, вóрота Ксен я не выпущу!
 10. Вопросы и загадки с ответами и без 
Вызов по внутренней связи застал меня развалившимся на диванчике в своей каюте — из медотсека мои заботливые девочки своего капитана уже отпустили, но горизонтальное положение тела пока по-прежнему казалось мне куда предпочтительнее вертикального.
— Да, — буркнул я, позволив экрану включиться — и, как сумел, придал лицу благодушное выражение.
— Капитан, там пришел начальник порта! — разве что не ворвалась со стены в каюту возбужденная Дик. — И с ним космокоровец! Они принесли наш журнал!..
Лицо девочки было сплошь в разводах заживляющего геля, плохо скрывавшего многочисленные царапины и здоровенную ссадину на щеке. Ну да, катиться с горы под откос со связанными руками и ногами — это вам не шуточки! Как выяснилось — даже если на самом деле ты при этом спокойно сидишь в кают-компании, не приближаясь к кинским морским звездам и на тысячу дулов…
Получается, можно еще поспорить, какое из «дел» тут «самое», а какое «не самое» — пока окончательно мозги не закипят…
— Быстро они, однако… — собираясь с силами, пробормотал я — визита этих гостей мы не ждали раньше обеда.
— Да, с ним… — вдруг отвернувшись, бросила юнга куда-то в сторону. — Он сам просил!.. И что теперь?!
— М-ня, капитан, — вытеснив с экрана вяло упиравшуюся Дик, моим глазам предстала Уняйя — видимо, предыдущие ответы девочки предназначались как раз фелиде. — Мы не хотели вас беспокоить, м-ня. Лежите, отдыхайте — мы с Ксен все тут уладим!
— Ну уж нет, — решительно покачал я головой. — Хочу видеть это вживую! Сейчас спущусь, без меня не начинайте! Дик, если ты еще там: спасибо, что сообщила!
— Всегда пожалуйста, капитан! — теперь уже юнга бесцеремонно выпихнула за границы кадра кошкодевочку — кажется, активно применив при этом острый локоть.
Экран погас.
Все же помедлив еще пяток ударов сердца, я кое-как поднялся с диванчика и, припадая на правую ногу, а левой рукой держась за правое плечо, ноюще отзывавшееся на каждый шаг, захромал к двери — с некоторым, пожалуй, трепетом думая о том, как буду сейчас спускаться по трапу на нижнюю палубу. И уж точно боясь себе даже представить, как стану затем карабкаться наверх, в рубку. Впрочем, может, подниматься еще и не придется — если сейчас, внизу, вдруг выяснится, что Уняйя ночью все же облажалась и ушлые космокоровцы таки вычитали у нас в журнале лишнее… Ну уж нет, лучше десять раз подряд взбегу по трапу, только бы все обошлось!
Нога предательски подогнулась, и я наверняка упал бы, не ухватись судорожно за дверной косяк. Больное плечо прострелило — так, словно в него снова воткнули тот злополучный шип, да еще и провернули в ране пару раз, садистски вгрызаясь в плоть острыми зазубринами. На миг в глазах у меня пугающе потемнело.
 
Ладно, ладно, убедили: десять — это я лишку хватил! Довольно будет и половины того! Так что пять раз поднимусь по трапу. Пять — обещаю! Только еще, чур, с перерывами на отдых!.. С большими перерывами!
В действительности не так уж все оказалось и страшно: в коридоре, прямо за дверью капитанской каюты, меня поджидала Уняйя. Ни слова не говоря, фелида подсела под мою руку и, опершись на ее хрупкие с виду, но разве что не танталовые на поверку плечи, путь вниз я преодолел без особого труда. Вот только пушистое черное ушко всю дорогу нещадно щекотало мне нос, и, оказавшись наконец на нижней палубе, я не выдержал и оглушительно чихнул — содрогнувшись всем телом и снова ощутив, как изуверски проворачивается в плече несуществующий шип.
— М-ня, — сочувственно прокомментировала мои конвульсии кошкодевочка.
«Будем здоровы, капитан», — в свою очередь буркнула Аран, чувствовавшая сейчас все то же, что и я сам — плюс чудовищное похмелье.
Проснулась шестисолнечница еще под утро — мучимая жестокой мигренью и, не иначе, снедаемая стыдом за вчерашнее.
«Ох, и наговорила я там, в баре, глупостей, капитан…» — пробормотала она под мерное жужжание обрабатывавшего мои раны медицинского оборудования.
«Да? — с деланым простодушием откликнулся я. — А я и не помню…»
«Не лукавьте, капитан — не мне! — не приняла моего деликатного притворства Аран. — Но и впрямь: лучше забудьте! Особенно что я там про нашу Уняйю плела! Чушь все это! Пьяный бред!»
«А что про Уняйю?» — речь о фелиде у нас вчера, кажется, и впрямь шла, но подробности у меня как-то не отложились — если в тот момент я и думал о кошкодевочке, то лишь в том аспекте, как она справится со стоявшей перед ней нетривиальной задачей. И уж куда больше меня занимало, как слажу со своей собственной ролью я сам. Ну а что там в это время несла во хмелю шестисолнечница…
«Вот и ничего!»
«Ну-ну…»
«Как бы то ни было, капитан, приношу вам свои извинения, — резко сменила тон моя собеседница. — Я вела себя неподобающе. Обещаю, что такое не повторится!»
«Это мне что же теперь, совсем пива не пить?» — хмыкнул я.
«Пейте, сколько хотите. Я поняла, где совершила ошибку. В следующий раз сумею ментально отгородиться. Кстати, нет худа без добра: кажется, спьяну я случайно нащупала способ, как отключаться от сигналов тела без риска навсегда застрять посреди нигде… Как там у вас, на Ев, говорят? Истина в пиве?» — разумеется, Аран прекрасно знала настоящее название моей родной планеты, просто дежурно вставила очередную шпильку — видать, окончательно пришла в себя.
«Вообще-то, истина — вроде как, в вине, — привычно проигнорировал ее подколку я — не такую уж и жесткую, кстати: отсутствие Земли на доступных звездных картах меня не сильно огорчало, возвращаться туда я не собирался, по крайней мере пока. — А в пиве… В пиве — радость, наверное!»
«Вино тоже подойдет. Там всего-то глоток нужен, чтобы чакры раскрылись. Далее — все очевидно…»
…Ксен и Дик ждали нас на площадке у люка. Суперкарго выглядела под стать юнге — чуть ли не вся в целебном геле. Это еще что, наш пилот и вовсе до сих пор оставалась в медотсеке — ее раздробленное колено для регенерации тканей и полноценного восстановления требовало долгих, хотя и рутинных процедур.
И не спрашивайте, как с порога склада я ухитрился дотянуться арматуриной до ноги девушки в кают-компании «Евы»! Каким-то образом там, у обрыва, нас всех свело вместе — меня, Брин, Ксен, Дик, Аран, Уняйю… Вот фелида, к счастью, серьезных травм избежала, и разобраться с изъятым журналом то падение под откос ей не помешало. По крайней мере, сама кошкодевочка в собственном успехе не сомневалась.