Спасение варвара (СИ)

— Я помогу, — говорю я ей, отодвигая корзину в дальний угол маленькой хижины. Этот дом обильно украшен резьбой племени, жившего здесь давным-давно. Стены исписаны картинами, выгравированными на камне, и я на мгновение задерживаю взгляд на странных четырехруких людях, изображенных на стене. Интересно, их забрали незнакомцы с оранжевой кожей? Так вот почему они все ушли? Беспокойство растет где-то внизу моего живота, и сейчас, больше, чем когда-либо, мне приходится бороться с желанием не оставлять Сам-мер одну.
  
Но я должен пойти со своим вождем. Ему понадобятся все охотники с ним, а у меня нет ни комплекта, ни пары, о которой нужно заботиться.
— Ты такой милый, — радостно говорит Сам-мер, как будто не подозревая, что я в нескольких шагах от того, чтобы сорвать с себя тунику и броситься на нее сверху. — Но, может быть, я просто потерплю их возню под мехами день или два. Не думаю, что смогу спать здесь сегодня ночью. Здесь немного холодно, и я не очень хорошо обращаюсь с огнем… хотя, полагаю, я всегда могла бы просто стащить пару углей из главного очага. Это может сработать. — Она вытирает руки о тунику. — Я сейчас вернусь. Схожу за углем и разведу огонь, и, может быть, мы сможем прибрать все здесь. Я действительно ценю твою помощь. Ты очень любезен, Варрек. Я знаю, ты, должно быть, устал, и я уверена, что у тебя есть чем заняться.
Она собирается пройти мимо меня, но я кладу руку ей на плечо, останавливая ее.
— Никакого огня, — решаю я. — Я буду тем, кто согреет тебя этой ночью.
— О? — в ее голосе появляются хриплые нотки.
— Сегодня вечером и каждую ночь, — твердо решаю я. — Ты моя женщина, и я буду твоим охотником. У нас с тобой будет общая хижина, и мы будем играть в шахматы, охотиться и спариваться в мехах каждую ночь.
На ее лице появляется взволнованное выражение.
— Хм, по-моему, это хороший план. Но не будут ли остальные против, что мы займем эту хижину?
— Мне все равно, даже если они будут против. — Я обнимаю ее, лаская щеку. — Мы будем парой по удовольствию во всех отношениях.
— Ну, раз уж все решено, — говорит она, затаив дыхание, а затем хихикает. — Для тихого парня ты, конечно, решительный.
— Я знаю, чего я хочу, — говорю я ей. — Это никогда не менялось. Я захотел тебя с тех пор, как ты заговорила о шахматах. — Я тяну за завязку на вороте ее туники. — И поскольку ты научила меня играть в шахматы, я решил, что использую такую стратегию, чтобы заполучить свою женщину в свои меха.
— Правда?
Я киваю.
— Прямо сейчас я застаю своего противника врасплох. Скоро я ворвусь на ее территорию.
— Звучит непристойно.
Так ли это? Мне нравится эта мысль. Я еще немного распахиваю ворот ее туники, обнажая изгибы ее грудей. Она прекрасна в лунном свете, и я хочу сказать ей об этом. Хочу сказать ей те слова, которые она всегда говорит мне, но у меня их нет.
— Если бы я играл в шахматы, — бормочу я, — каким был бы мой следующий ход?
— Против меня? — Она проводит рукой по моему животу, царапая его ногтями, и вздрагивает. — Я бы посоветовала тебе захватить мои пешки.
Ее пешки? Маленькие кусочки, обладающие маневренностью? Я просовываю руку под ее тунику, обхватываю один сосок и дразню его.
— И что потом?
Сам-мер вздыхает, на ее лице появляется выражение тоски.
— Я бы посоветовала тебе захватить мою королеву. Этого так долго ждали.
Я стону, наклоняясь, чтобы поцеловать ее. Наши губы соприкасаются, и ее вкус наполняет мои чувства. Ничто никогда не доставляло мне большего удовольствия, чем прикасаться губами к ней. Неважно, где — ее рот, ее влагалище, ее нежная кожа — от всего этого у меня слюнки текут от желания.
— Сегодня наша ночь, — обещаю я ей. — Никто не будет мешать. Никто не скажет нам спешить к нашим мехам. Никого не будет рядом. Это будем только ты и я, и больше никого вокруг. Мы будем спариваться так, как должны. — Я провожу большим пальцем по ее соску. — И мы не будем торопиться.
Она дрожит, наблюдая за мной сияющими глазами.
— Мне нравится эта мысль.
Ветер проносится по хижине, развевая мои волосы вокруг нас, и она снова дрожит. Я дурак, понимаю я, когда она подходит ближе, позволяя моему телу заслонить ночной ветер. Она дрожит от желания, да, но также и от холода. В этой хижине-хранилище нет ни мехов, ни огня. Если бы я взял ее сейчас, это было бы на утрамбованном каменном полу.
Я могу сделать больше для женщины, которой принадлежит мое сердце.
Неохотно я вытаскиваю руку из-под ее туники и беру ее за подбородок. Я целую ее в губы, сильно и настойчиво, мой язык касается ее языка тем собственническим, решительным способом, который всегда заставляет ее стонать.
— Подожди здесь, — говорю я ей, прерывая поцелуй. — Я разведу для нас костер.
Ее глаза светлеют, и она кивает мне, одергивая тунику.
— Я еще немного расчищу пол, пока ты будешь это делать.
Моя прекрасная пара. Мой член болит, и я хочу сбросить с себя одежду и просто прижать ее к себе, но я хочу, чтобы это было идеально для нее. Я должен научиться быть более терпеливым.
По крайней мере, более терпеливым в некоторых вещах. В других случаях я не думаю, что спешка — плохая идея. Я выхожу из хижины и затем мчусь через деревню к хижине на окраине, которую делят охотники. Мои вещи там: мои меха, мое оружие, моя запасная одежда. Я хватаю свои туники, сумку с припасами на случай, если она захочет есть или пить, а затем набиваю руки своими мехами.
Входит Сесса, его долговязые руки и длинные ноги лежат на мехах.
— Чем ты занимаешься, Варрек?
— Я собираюсь разделить хижину с Сам-мер, — говорю я ему. — Она моя.
Он выглядит удивленным.
— Ты тоже нашел отклик?
Я качаю головой.
— Нет. Впрочем, это не имеет значения. Я предъявил права на нее, а она предъявила права на меня.
— Ммм. — Он поджимает под себя ноги и наблюдает, как я собираю свои меха. — Это правда? Что на втором корабле много женщин?
— Шестнадцать, — соглашаюсь я.
— Хорошенькие? Моего возраста?
Я пожимаю плечами. Или попытаюсь это сделать. У меня в руках столько снаряжения, что я не вижу, куда иду. Но я знаю эту хижину и где находится дверь.
— Я не смотрю ни на кого, кроме Сам-мер.
— Ха, — говорит Сесса. — Может быть, я присоединюсь к остальным и найду себе пару. Посмотрим, кто из новичков будет резонировать со мной.
— Сделай это, — говорю я ему и вразвалочку выхожу за дверь со своими вещами. Я мгновение колеблюсь, а затем хватаю экран приватности с передней части хижины и тащу его за собой.
— Эй! — зовет Сесса. — Что ты делаешь?
— Тебе не нужно уединение этой ночью, — кричу я позади себя. — А мне нужно.
Он бормочет что-то, что теряется в потоке ветра.
  
Глава 17
 
ВАРРЕК
Мне удалось добраться до хижины Сам-мер, не уронив ничего из снаряжения, переполнявшего мои руки, что само по себе было небольшим подвигом. Оказавшись там, я сбрасываю свою ношу и оглядываю хижину. Сам-мер расчистила большую часть пола. Корзины сложены одна на другую в углу, а припасы свалены в кучу, вместо того чтобы быть разложенными. Там есть место для костра и для того, чтобы мы могли растянуться на мехах. Она усердно работала, и я доволен. Сам-мер не из тех, кто сидит сложа руки и ждет, пока другие что-то сделают за нее. Она полна энергии; это еще одна черта, которая мне в ней нравится.
Она обхватывает себя руками и исполняет небольшой танец, который говорит мне о том, что ей очень холодно. Я беру один из мехов и подхожу к ней, накидывая его ей на плечи.
  
— Я разведу для тебя огонь.
— Было бы замечательно. — Она лучезарно улыбается мне.
Тогда я разожгу самый лучший, самый теплый огонь, который я когда-либо создавал, решаю я. И самый быстрый, потому что я не хочу, чтобы моя пара страдала от холода дольше, чем это необходимо. Я должен заботиться о ней, и я хочу, чтобы у нее все было идеально. Я опускаюсь на колени и начинаю складывать собранные камни в кольцо, чтобы собрать пепел, затем достаю свой сверток для разжигания и начинаю разводить костер.