Измена. Счастье прилагается (СИ)

Вопреки предупреждению Вити я пишу Саше, умоляю дать поговорить с дочерью, но он молчит. У меня душа не на месте. Где моя малышка? Что с ней?
Только один раз Саша смилостивился и прислала фото. Вероничка сдела на качелях. Где фото было сделано, я так и не поняла. Но, по крайней мере, удостоверилась, что с дочерью всё в порядке.
Хлопает входная дверь. Смотрю на часы. Ещё только четвёртый час. Рановато. Витя приходит ближе к одиннадцати. Если раньше, то запирается в кабинете и копается в документах, готовит материалы для заседаний. У него может быть два-три заседания в день. А ещё у Вити есть помощники, я слышу, как он созванивается с ними и даёт указания. Он не одиночка, у него коллегия адвокатов — Силантьев и партнёры. Выходит, он там главный? Раз по его фамилии названо?
  
— Насть, поехали, — бросает Виктор, заглядывая на кухню, где я помешиваю овощи на плите.
Хоть как-то пытаюсь его отблагодарить, вот ужины готовлю. Кажется, Вите даже нравится. Говорит, редко домашнюю еду ест. Всё в основном ресторанную, да из доставок.
— Куда?
— За дочкой.
Ложка падает в кастрюлю. И я ойкаю от неожиданности.
— Ну что стоишь? — усмехается. — Узнал я, где твой муж скрывается . Так что поехали. Это за городом. Раньше выйдем, раньше будем. 
— Да-да, сейчас-сейчас, — киваю активно.
Нервничаю, всё из рук сыплется. Пока я бегаю туда-сюда. Витя выключает плиту и снимает пробу.
— Очень вкусно, — хвалит с улыбкой, но мне не до смеха.
Я серьёзная и очень волнуюсь. Ведь не терпится обнять дочь!
Когда мы выезжаем за пределы города, спрашиваю у Вити:
— А как ты узнал, где они?
— Пробили по машине твоего мужа, где ездила, где светилась. Так и нашли. Потом уже у нужных людей адрес уточнил. Он дом снял в коттеджном посёлке. Далеко забрался, гад.
— А если он нам не отдаст Веронику? — меня потряхивает.
— Отдаст, — уверяет Витя. — У меня с собой кое-что есть на твоего мужа, боюсь, ему эти документы не понравятся. Так что если не захочет лишних проблем, то отдаст. И мирно разойдётесь.
На улице уже стремительно вечереет, когда мы останавливаемся перед небольшим жёлтым домом в два этажа.
— В машине подождёшь?
— Нет, — вскакиваю, — я с тобой.
Семеню за Витей. Он шагает уверенно. Плечи широко расправлены, подмышкой папка с той самой информацией, которая не понравится Саше. Витя поехал как есть: в деловом костюме. Выглядит он очень представительно. Я бы такому мужчине всё отдала, чтобы он не попросил. Видно, что он облечён властью. И шутить с ним не стоит.
Витя тарабанит в дверь, с той стороны чертыхаются, но отпирают замки.
— Что вы себе позволяете⁉ — начинает Саша, но, заметив меня, усмехается. — А… Настенька пожаловала. Да не одна. С подкреплением.
Хочет закрыть дверь, но Витя ставит ботинок в проём, отталкивает Сашу и входит внутрь.
— Где Вероника? — спрашивает спокойно.
— Вероника? А тебе-то что? Кто ты ей? А этой козе, жене моей кто?
— Где Вероника? — игнорируя поток оскорблений, повторяет.
— Так я вам её и отдал, — усмехается Саша.
— Она не вещь, чтоб ты меня ею шантажировал! — мне хочется накинуться на мужа с кулаками, но я держусь.
— Это проникновение на частную территорию, я сейчас полицию вызову, — поднимает руку с зажатым в ней телефоном.
— Вызывай, — кивает Витя. — Им будет очень интересно узнать, чем промышляет арендатор этого дома. В папке документы, доказывающие твои финансовые махинации и подкуп должностных лиц в органах опеки. Угрозы и шантаж. Здесь пропавшее освидетельствование, когда тебя два раза ловили пьяным за рулём, но отпускали за взятку. А это подкуп должностного лица. Светит года два-три, как минимум. Ну и вишенка на торте — киднепинг.
— Вероника — моя дочь! Какой киднепинг к чёрту?
— Но по закону ты должен поставить в известность мать ребёнка о том, куда его увозишь. Достаточно заявления Насти на тебя, и тобой самим заинтересуются органы. А все правонарушения — лишний аргумент не в твою пользу. Ну… что скажешь?
Саша стоит, аж ноздри раздувает возмущённо.
Потом кивает, признавая своё поражение.
— Кстати, — продолжает Витя. — Если не хочешь придавать вот это всё огласке, придётся мирно развестись с Настей и согласиться на условия встреч с дочерью, как определит суд.
Сашу аж всего трясёт.
Но я не смотрю на него, бегу к Веронике, которая услышала голоса и вышла к нам.
— Доченька, — подлетаю и падаю на колени. — Никуля! Солнышко моё. Зайка! Как я рада тебя видеть.
— Мамочка, — хнычет та. — Я так соскучилась! Ты где была? Папа сказал, что ты не скоро приедешь. Я… я домой хочу.
— Сейчас поедем, сладкая моя, сейчас поедем, доченька.
Целую её нежные щёчки, обнимаю крепко-крепко и ни за что и никогда не хочу отпускать из своих рук.
Сзади раздаётся вскрик. Обернувшись через плечо, вижу, как Витя заряжает по роже моему мужу. Видимо, тот начал возражать не к месту.
— Поехали домой, — зовёт Витя.
Домой… а есть ли у меня этот дом?
  
Глава 7
 
— Мам, а папа приедет? — спрашивает Ника через пару дней. — А мы домой вернёмся?
— Вернёмся, — киваю.
Но на другой вопрос у меня нет пока для неё готового ответа. Не знаю, как объяснить дочери, что родители больше не вместе и не любят друг друга.
Мои чувства к мужу смыло за одну секунду, в душе пустота. Но даже и та пустота уже не совсем бескрайняя, потому что, когда смотрю на Витю, чувствую теплоту и благодарность. И неловкости между нами становится всё больше.
— Нам с Вероникой надо съезжать, — говорю ему вечером. — Больше нет причины оставаться у тебя.
— Вам тут неудобно? Кажется, все хорошо устроились. Да и мне не одиноко. Ты же ремонт в той квартире устроить хотела.
— Поживу пока так. Всё-таки этой наш дом, да и суд пока не прошёл. Вдруг жильё нам с Никой не достанется.
— Достанется, — уверенно говорит Витя. — И алименты на содержание дочери тоже ему платить придётся. Александр не станет рисковать бизнесом. Тем более, часть его он держит в тени. Ты даже не подозреваешь о реальных доходах своего мужа.
— И знать не хочу, только бы разойтись мирно.
Витя берёт меня за руку, гладит пальцами ладонь и костяшки.
— Ты мне нравишься, Настя. И Ника хорошая девочка.
— Да… ты полностью завладел её сердцем, подарив шикарную куклу. Она со своей Анфисой теперь не расстаётся.
Когда мы вернулись от Саши, Витя вынул из багажника подарок для Ники. Я даже не подозревала, что он что-то приготовил для моей дочери. Большая кукла с красивыми длинными волосами в потрясающем платье очаровала дочку. Она даже спать с ней легла. И назвала Анфисой. Не знаю, где она это имя услышала. Но кукле оно подходит.
— Я рад, что подарок пришёлся по душе, но… Настя, когда говорю: ты мне нравишься, это не просто слова. Ты действительно запала мне в душу.
Мне немного страшно после предательства близкого человека поверить кому-то ещё.
— И когда только успела?
— Да вот сразу. Я раньше тебя видел, не забыла? Думал, какая красивая девушка, вот кому-то повезло.
Я невольно краснею от его слов.
— Да уж… повезло.
— Дурак твой бывший, что тебя упустил.
— Он так не считает.
— Вдвойне дурак.
Да, вдвойне, потому что лишится и меня, и дочери. После его выходки я навряд ли хоть ещё раз в жизни решусь оставить его наедине с Вероникой.
— Я не знаю, готова ли я сейчас к новым отношениям, — говорю искренне.
А сама таю, когда Витя обнимает меня за талию и притягивает к себе. Я всё ещё смущена и его близостью, и собственной реакцией.
Это ведь ненормально сразу бросаться в новые отношения, когда в старых-то ещё финальная точка не поставлена.
  
— А мы можем начать с небольших шагов. Например, с приглашения на кофе. Тут внизу классная кондитерская и капучино отменный. Пойдём? Ты какие пирожные любишь?
— Вкусные, — подыгрываю с улыбкой.