Дневник пикапера (СИ)

Я что-то говорил по инерции, уже не помню, что именно — в шоке, наверное, был. Помню только, как мы шли к столу, оба, будто в коконе от неловкости, неуклюжие и с комками в горле. И обсуждать дальше фильмы не могли.
Совушка ушла в дамскую, а я машинально схватил ближайший фужер и выпил залпом содержимое, и только на третьем глотке осознал, что это была водка, которую Нина себе для храбрости наливала. Опомниться мне не дали — Колькина коллега Аська — хохотушка и приколистка — выдернула на танец.
На танцполе Аське с пьяных глаз вздумалось изображать страстное танго. Выглядели мы эффектно: я в белой рубашке и черных брюках, и она — с медными локонами и в синем кружевном платье с голой спиной.
«Останусь пеплом на губах. Останусь… (чем-то там еще)», — голосила колонка, рядом с которой мы зажигали. Точнее, Аська отжигала, а я пытался удержаться на ногах, и не дать пьяной женщине завалиться на других танцующих. Пару раз моя партнерша стукнула кого-то локтем, а я наступил на ногу расчетчице — теперь век премии не видать — и до окружающих дошло, что лучше уступить место нашей странной парочке, лягающейся сапогами на шпильке.
Народ прижался к стене, кто-то начал аплодировать и свистеть. Аська тем временем, в очередной раз откинулась на моей руке чуть ли не до пола, а потом резко поднялась и прижалась в страстном поцелуе. В губы не попала, но какое это имело значение? Когда я наконец-то смог оторвать от Аськиных губ свое перемазанное красной помадой лицо, первым, что увидел, была Совушка с глазами в пол лица.
Вот тут у нее случилась настоящая истерика с рукой на лбу, потекшей тушью и стайкой девушек, пытающихся утешить. Пока они ей внушали, что «все мужики — козлы», до меня доходил глубокий смысл любимой Колькиной фразы «всё зло от баб». Слава богу, песня рвущая душу, резко сменилась на что-то жизнеутверждающее, и Аська отлепившись от меня, упала на Кольку. А тот знаком посоветовал мне валить отсюда подобру-поздорову, что я и сделал.
Домой идти было недалеко, но пеший путь располагал к размышлениям, которые навалились неподъемным грузом. И я не придумал ничего лучше, как зайти в магазин и купить еще водки. Дома меня хватило еще на три стопки под телевизор и палку колбасы, которую я почему-то не стал резать, а откусывал, как пес. Потом я зачем-то взялся за дневник, сейчас уже не помню этого, но запись-то есть. А потом меня вырубило.
Утром меня спас Колька. Оказалось, что лучшее средство при похмелье — порошок от простуды».
«Сова превратилась в коршуна. Мы теперь — не друзья, и она буквально выклевывает мне мозг всевозможными придирками к отчетам. Ситуацию с Ниной надо выруливать, но дельных мыслей нет. А у Кольки даже спрашивать не хочу. Он упорно зовет меня Онегиным. Похоже, его веселит вся эта ситуация.
Завтра возвращаюсь на курс пикапа. Колька, как и обещал, со мной. Хотя ему вроде как незачем — у него на корпоративе завязались плотные отношения с Аськой. Не хочется быть циником, но, по-моему, если бы я повесил пьяную Аську на кого-то другого, то плотные отношения у нее завязались бы с этим кем-то другим.
Всё, я спать, устал на работе до мушек в глазах».
«На курсе сегодня было НЛП. Рассказали основы и дали огромный список литературы. Вот и прочитаю книжку, которую мне Колька на новый год подарил. На самом деле, душа к приемам НЛП не лежит. Манипуляции — опасное оружие в неумелых руках. А я даже свои руки умелыми не считаю, хотя задумываюсь иногда о моральной стороне вопроса».
Блондинка ухмыльнулась. Она тоже знала про НЛП. Да кто в 2017 не знает об этом? «Ничто человеческое пикаперам не чуждо», — подумала женщина и продолжила читать запись.
«На курс мы с Колькой вернулись с новым потоком. В этот раз я заметил одну закономерность — сюда идут пацаны одного и того же пошиба. Первыми замечаешь нерешительных ботаников, которые немного заикаются и боятся девушек, как будто это не девушки, а гопники в темном переулке.
 
Еще выделяются спортсмены-бруталы. Эти двух слов связать не могут и поэтому тоже имеют проблемы в общении с девушками.
Еще, как правило, в группе есть пара скользких типов, этаких красавчиков-актеров. Они много о себе воображают и хотят поскорее научиться соблазнению, чтобы стать альфонсами.
И по какому-то социальному закону больших чисел обязательно есть один фрик, который странновато выглядит и озвучивает парадоксальные выводы. У нас в этой роли снова выступает Колька.
Но большая часть учащихся это парни, как я — «ни рыба, ни мясо», которых раздирают противоречия и они сами не знают, кто они такие и какую роль играть. Мы одновременно хотим быть и джентльменами, и крепкими орешками. Идеальный вариант — жизнь человека-паука: днем — клерк, ночью — супер-герой. Но в жизни так не бывает, а путь к себе скрыт туманом неопределенности. Такие обычно и не ищут себя, просто проживают свою жизнь с чувством неудовлетворенности на краю сознания. Мы просыпаемся по будильнику и идем на работу, чтобы вечером сходить за продуктами и прийти домой ужинать и тупить в телевизор. Иногда мы выходим на охоту за очередной юбкой, а когда надоедает бегать за ними, просто женимся на той, которая наиболее симпатична.
И теперь можно расслабиться и приходить домой просто поесть и поваляться на диване с пультом от телека в руках. На ночь можно повалять по дивану супругу, но это не обязательно. Можно еще устроить себе квест и начать копить на отдых у моря или ремонт. А потом жена приносит тест с двумя полосками, и ты понимаешь, что спокойной жизни приходит конец: впереди ее токсикоз, вечная стирка и ночные крики ребенка. Да, и еще ее мама пропишется у вас дома, и теперь они будут гонять тебя сразу в два голоса.
Ты заведешь любовницу, потом бросишь, может быть, разведешься, и будут сложности в общении с детьми. И вот так через пень колоду еще проживешь какое-то время до пенсии, но то, что жизнь не удалась, поймешь гораздо раньше.
Ну и зачем это всё?
Ладно, заканчиваю, а то заносит что-то в депрессивные настроения.
Да, кстати, я попросил отдельную консультацию у Ивана по поводу Нины. И получил достаточно развернутую инструкцию. Надеюсь, у меня получится, и это поможет. Завтра пятница — будет удобно начать этот свой 4-дневный блиц-криг».
  
Глава 10
 
«День первый. Подошел к Совушке в перерыве и попросил найти время для разговора. Она милостиво разрешила проводить ее сегодня вечером через парк.
Мы снова шли по заснеженным аллеям. Сначала разговор не клеился. Я начинал говорить то про одно, то про другое. Нина отвечала односложно. Потом в лоб спросила, о чем я хотел с ней поговорить. Пришлось ответить, что соскучился. На самом деле, говорить мне с ней было не о чем. Просто нужно было налаживать общение. Она ответила, что тоже скучала по нашим вечерним прогулкам. И хотя постаралась, чтобы тон ее голоса был прохладный, всё равно, я почувствовал, что она рада.
Нужно было пользоваться наметившимся потеплением с ее стороны, и я пригласил ее сходить на выходных в центральную галерею, там уже с неделю как открылась выставка современных итальянских художников. Вообще, все эти картины и художники — не особо привлекают нас с Ниной. Но я сослался на то, что как взрослые люди, мы должны развиваться и интересоваться искусством. И вообще полезно пробовать то, о чем раньше и не задумывался.
Ну, и как бы вскользь упомянул, что это помогло бы нашим отношениям выйти на новый уровень».
 
«День второй. Ходили на выставку. Это надо было видеть! Оба остались в неподдельном восторге.
Вот все мы знаем, что картины рисуют специально обученные люди на холстах масляными красками. Смотрим на это по телевизору, как на что-то само собой разумеющееся. Ну, картинки. Разноцветные. С сюжетами.
В детстве меня бабушка несколько раз водила в галерею. Единственное, что тогда запомнилось — очередь, толпа народа и бабушка всё время разговаривает с какими-то своими знакомыми, которые то и дело подходят к ней. А она показывает им меня и хвастается, что вот, привела внука приобщить к культуре. А я бы сейчас лучше к Ваське приобщился в коробке у дома, ему новый мяч подарили, и он звал в футбол играть. А меня на выставку забрали.