Наследник 2

 
Глава 2
 
– Пожар, – так же напряженно пробасил дед.
Отношение к пожарам здесь было особое. Вмиг можно было без всего остаться, да и я вспомнил, как Прокоп в послужильцы к моему отцу попал.
– Ну уж вряд ли кто посмел на святую обитель напасть, да так близко от Москвы, на раз укоротим, – выдал дед.
– Верно, вперед посмотрим, чего там случилось. Может, помощь наша на что сгодится. Да и тетушка там, – я ударил в бока Черныша, и он перешел с шага на рысь.
  
Чем ближе мы подъезжали, тем отчетливее был виден черный столб дыма, поднимающийся в воздух, да еще в нос ударил запах гари.
У монастыря же были распахнуты ворота, за которыми вовсю полыхало.
Туда-сюда бегали людишки, кто-то кричал, а кто и плакал.
Приблизившись к воротам, я тут же спрыгнул с коня, не следует в женскую обитель, да еще и на коне.
В десяти метрах от меня стояла чья-то калитка, и, быстро дойдя до нее, привязал Черныша.
Не дожидаясь своих, я прошел в ворота и заметил, что недалеко от церкви полыхало двухэтажное здание.
Люди же носились к колодцу с ведрами и обливали церковь водой, дабы и она не занялась, среди толпы были и монахини.
Чуть в отдалении я заприметил с десяток монашек, которые, сложив перед лицом ладони лодочкой, молились.
Приглядевшись к ним, я понял, что это уже совсем старые женщины, которые ничем бы не смогли помочь при тушении.
Я рванул к колодцу и отобрал два ведра с водой у мужика, который уже пошатывался вовсю и еле стоял на ногах.
– Отдохни пока, – рыкнул я на него.
Возле единственного колодца была бестолковая сутолока.
Еще бы, колодец один, а желающих много, и монашки, и местные жители, что жили близ монастыря.
– Андрей, – сзади раздался крик деда.
– Тут я, – обернувшись, махнул я рукой, и ко мне поспешил дед вместе с Прокопом.
– Помочь желаешь? – кивнул на ведра Прокоп.
– Надо, но сам видишь. – И, скривившись, я кивнул на колодец. – Суетятся, чуть ли не дерутся, а воды с гулькин нос. По-другому надо! – твердо произнес я.
– А ты знаешь? – усмехнулся дед.
– Знаю, – твердо ответил я, глянув ему в глаза. – Воду набирает один или два, остальные просто не мешают и поливают. А лучше всего цепочкой выстроиться, когда один другому ведро передает, так еще лучше выйдет, и церковь с монастырем сохраним, – на эмоциях выдал я. – Бог ведь тут с нами, он всегда с нами! – добавил я.
Дед задумался над моими словами, а Прохор лишь предвкушающе улыбнулся.
– Пойдем, – бросил он и двинулся – как медведь? бык? Нет, скорее, как мамонт – в сторону колодца, а с его пути отшатывались и старались убраться поскорее.
– Ну, Прохор, ну, могет, – только и протянул восторженно Прокоп.
Возле колодца же он парочку уже откинул, а некоторым и зуботычины прописал.
– За ним, – выдал я, когда опомнился и с ведрами побежал за дедом. На два моих шага приходился один его.
Перед дедом замерла какая-то молодая монашка и смотрела на него, выпучив глаза. Дед же тяжко вздохнул и, обхватив монашку за плечи, поднял и передвинул.
Раз – и она стоит в стороне, продолжая по-прежнему пучить глаза.
Это было до того забавно и курьезно, да еще и в таком неподходящем месте, что улыбка вылезла сама по себе, а из меня вырвался смешок.
Крики, шум, ругань, треск огня и запах горелого вокруг, атмосферно, ничего не скажешь.
– Ну? – обернулся на меня дед.
– Тута мы, – крикнул я и через пару шагов оказался возле деда.
Дед шел как ледоход, раздвигая людей, и никто не смел на него даже бранного слова сказать, сразу понимая, чем это кончится. С его пудовыми кулаками он мог себе это позволить.
Оказавшись возле колодца, я отвесил пинка замешкавшемуся мужичку, отгоняя его, и тут же повесил ведро на крюк, колодец был с журавлем, который я тут же опустил вниз и через три секунды вытянул полное ведро.
– Прокоп, – только и успел я произнести, как мой послужилец не мешкая снял полное ведро и тут же повесил пустое на крючок.
Дед отвесил кому-то затрещину и указал пальцем на ведро, а после на церковь. Ведро тут же подхватили и понеслись заливать водой – это я наблюдал краем глаза, доставая уже полное ведро. Которое Прокоп тут же заменил, так и началась наша работа.
Я наполнял ведра, а Прокоп менял.
Вверх-вниз, вверх-вниз, работал я как заведенный, сутолоки возле колодца стало меньше, подхватывали ведро и тут же несли к церкви, а если кто-то что-то не так делал, грозный рык и взгляд деда тут же исправляли ситуацию, даже без рукоприкладства обходилось.
Можно было, конечно, журавль уже и другому передать и попытаться выстроить цепочку. Вот только кто бы меня сразу послушал, кто я для этих людей? Незнакомый отрок, почти мальчишка. Да, кулаки деда вполне помогут, но это дополнительное время. К тому же и так все работает неплохо и более чем достаточно. Как говорится, работает – не лезь. Вот я и не лез, продолжая набирать воду, главное, больше не было никаких склок и сутолоки. Все работали, пытаясь спасти церковь, благо ветра не было и искры уходили вверх. Заливать же столь большой пожар смысла не было, здесь бы парочку брандспойтов, вот они бы помогли.
– Андрей, охолони, – расслышал я слова деда, пот к этому времени уже застилал глаза, а руки начали болеть.
– Чего? – остановился я.
– Отдохни, вон пусть набирает, – и дед подтолкнул какого-то мужика к журавлю.
– Уф, – я выдохнул и осмотрелся по сторонам, народ бегал как заведенный от колодца до церкви и продолжал поливать ее стены, а некоторые и на крышу плеснуть пытались, земля же превратилась в болото.
Здание уже догорало, и были видны уже остатки, крыша просела, даже, можно сказать, рухнула, в пылу работы я этого не заметил.
– Здравствуй, Андреюшка, – расслышал я голос, полный нежности.
В нескольких метрах от меня стояла тетушка, с улыбкой посматривая и в то же время косясь на деда.
«Главное, чтобы косоглазие не заработала», – мелькнула у меня в голове дурацкая мысль.
– Это мой дед по матери Прокоп, – представил я дедушку. – А это…
– Марфа я ныне, – оборвала меня тетушка.
– Кхм, – вырвалось из деда, и он отвесил ей поклон.
Я же укоризненно посмотрел на Марию, да, я понимаю, что мой дед ей никто, и по сравнению с ее родом так и вовсе. Хотя по сравнению со Стрицкими один царь с его семьей котируется.
– Тетушка, – протянул я. – Вы самые близкие для меня, и, окромя вас да еще двух дядьев, у меня никого более нету.
Мария не ответила, лишь горько вздохнула. К этому моменту освободился уж и Прокоп, передав свою работу другому, и подошел к нам.
– Это Прокоп, из ближников моих, ему можно верить, – показал я на него.
Мария на него глянула, но даже не кивнула.
– Ладно, позже поговорим, – махнул я рукой и вернулся к созерцанию.
Говорят, можно долго смотреть, как работает кто-то другой, горит огонь и течет вода, здесь же прям все вместе собралось. И люди работали, и огонь горел, да еще и вода со стен церкви текла.
– Андрей, а у тебя неплохо вышло, – похвалил меня неожиданно дед.
– Наша кровь, – тут же подключилась Старицкая.
Прохор явно что-то хотел ответить, но промолчал, лишь покосился на Марию.
Умеет дед момент чувствовать и действовать подходяще.
– Чего у вас случилось-то? – поинтересовался я.
– Пожар, – хмыкнула Мария. – Трапезная это, там готовят, но только зимой. С утра дождь был, Дунька, поди, решила там очаг затопить и не уследила дуреха. Уж и достанется ей, – хмыкнула Мария, а после глянула на продолжающих молиться монашек. – Инокиня же клуша, – зло произнесла Мария, а после махнула рукой.
  
Когда огонь начал спадать, его принялись заливать и тушить, от пожарища тут же начали подниматься клубы пара.
– Пойдем поговорим, нечего тут смотреть да время тратить, – махнула рукой тетушка и по кругу начала обходить пожарище, а мы вслед за ней.
Шла она к той самой беседке, где мы с ней разговаривали.