Капитан Дик (СИ)

Люда от смеха уже билась в конвульсиях под креслом, слушая спич Друга. Потом, не выдержав такого напора юмора, она убежала в медотсек.
Наконец, перестав хохмить, искин провёл инструктаж:
— Коробку просто открой. Видишь, около одного из её углов ест углубление. Просто опусти туда палец. Для привязки этого искина к тебе, вначале одеваешь браслет с ним на запястье. Потом кладёшь ладонь на кристалл. Он должен засветиться. Это означает, что искин рабочий. Потом Нина с ним синхронизируется.
Я выполнил всё, что мне сказал Друг, и Нина провела нужные операции. Выскочило меню:
«Искин инженерный, конструкторский УИИК, предназначен для проектирования любых конструкций».
Проверка показала, что на нём можно работать с трёхмерным графическим редактором, который позволяет рисовать всё прямо в воздухе. Для овладения этим инструментом надо синхронизировать записанные в памяти специальные логи из базы инженера — универсала. Займусь этим позже, а пока посмотрю, что за скафандры были у Джоре. активизировать их оказалось проще простого. Для этого достаточно дать приказ Нине на синхронизацию, и опустить ладонь на диск. Но надо всё снять, кроме только что установленного инженерного искина. Зашёл в каюту. Разделся. А затем провёл активацию девайса. Диск внезапно стал передвигаться по руке, а за ним оставалась чёрная. блестящая поверхность, которая обволокла вначале верхнюю часть тела, а затем спустилась по торсу на ноги. Через пять минут я стоял в новом скафандре, причём не чувствовалось никакой тяжести или того, что на мне что-либо одето. Решил заявиться в рубку в новом скафандре. По пути мне Нина нашептала, что надо войти в меню девайса, которое она откроет прямо сейчас. Перед глазами возникла надпись:
«Для активации нужного нажмите виртуальную кнопку рядом с соответствующей надписью:
Невидимость в оптическом диапазоне.
Левитация на расстояние не более пятисот метров.
Обеспечение связи с подобным скафандром на расстоянии в десять тысяч километров.
Обнаружение и подсветка живых объектов на дистанции в три километра.
Обнаружение неживых объектов технического происхождения — до двухсот километров.
Защита от пулевого крупнокалиберного оружия.
Защита от ручного лучевого и плазменного оружия.
Защита от станнера и шокера.
Защита от холодного оружия кроме монокристаллических лезвий.
Одноразовое усиление импульса мыслесвязи на дистанции в два световых года (используется во время спасательных операций).
Изменение цвета, подстраивание под внешний вид любого другого скафандра.
Если владельцем будут выбраны все указанные функции, то непрерывная работоспособность изделия гарантируется на протяжении трёх галактических месяцев (78 суток). Затем скафандр на протяжении недели надо подзаряжать от электросети через разъём ХР-09».
Так! Настраиваем. Ну, левитация мне пока не нужна, да и связываться пока не с кем…
Через четыре дня мы собрались в рубке. Наш корабль висел в звездной системе недалеко от границ Фронтира. Решали вопрос, что делать.
— А на Землю мы полететь можем? — Спросила Люда.
— Можем, но что тебе там надо?
— Родственников навещу, может с нами, согласятся полететь?
— А к земным вивисекторам в лабораторию ты попасть не хочешь?
— Не сгущай краски! Нас с такими девайсами скорее всего никто не обнаружит!
— Ошибаешься, Людмила! Сейчас земляне уже научились определять планеты у звёзд за пределами солнечной системы. А пока мы долетим, а это по времени год или около того, они может и искусственные объекты в космосе научатся опознавать. Да и на орбиту сейчас уже не очень там станешь, она замусорена спутниками и их обломками. А ещё земные зенитные ракеты научились сбивать любые объекты на околоземной орбите.
— Значит не полетим на Землю? — Расстроилась Люда.
— Ничего. мама! Поживём здесь! — Подошла и обняла её за плечи Марина.
Прошло две недели. Мы залетели на нивейскую станцию, где Люда купила целых три контейнера с картриджами для пищевого синтезатора и медкапсулы. Однажды мне пришло сообщение от Друга:
 
«Твои знакомые что-то замышляют. Они перетаскивали какие-то микро контейнеры во все отсеки, где находятся искины, и сюда в рубку тоже занесли. Я пытался просветить ящик, а потом вскрыть дроидом — диверсантом. Но ничего не получилось».
Когда Люда и Марина подошли в рубку пообедать — у нас синтезатор пищи стоял только там, я спросил:
— А что вы таскали по всем отсекам?
Люда и Марина, переглянулись, посмотрели на подошедшую Чаён, которая отрицательно мотнула головой, а потом старшая Анохина сказала6
— Это сюрприз. О нём узнаешь через два дня.
На всякий случай я нацепил на себя скафандр Джоре, и замаскировал его под скаф девятого ранга, а врубке оставил одного из минидроидов диверсантов, который мог подслушивать и транслировать на большое расстояние все разговоры. Их записывал на кристалл мой скафандр — в один из кармашков я вставил приёмник с блоком памяти.
Прошли эти два дня, до обещанного сюрприза. Я сидел в рубке, когда Люда неожиданно внесла торт. Где и когда они его сделали, я так и не узнал.
— Сегодня день рождения Марины! А это обещанный сюрприз! — Женщина указала на торт.
Я поздравил Марину, и все стали есть торт, запивая его соком из синтезатора. Потом разошлись по каютам. — Я в свою. А женщины к себе…
Проснулся я в темноте. Обратился к Нине. Нейросеть ответила не сразу:
«Капитан! После того, как вы заснули, а я в крови у вас нашла усыпляющие вещества и стала их выводить из организма, по мне ударили шокером. Я отключилась. Но скафандр сработал, и теперь на вас шлем. Я просканировала пространство, мы находимся в контейнере. Я вызывала Друга. Но он не отвечает. Также нет ответа и от ваших искинов и андроидов. Мы никуда не движемся, а стоим на месте».
— Что за чертовщина?
Я попробовал встать. Получилось со второго раза. Подумал, и включил фонарь на шлеме. Да, я в контейнере. Рядом сл мой лежали все искины корабля, чемоданчик с диверсантами и сумка, где я обнаружил диски со скафандрами Джоре. Инженерный искин на моей руке работал. Я открыл чемоданчик, активировал нужного мне дроида. И послал его искить щель, в которую он бы смог пролезть, чтобы посмотреть, где мы находимся. У инженерного искина был встроенный тестер — диагност, поэтому я смог понять, что произошло с моими искинами.
"Они все отключены временными нейрошунтами. Срок окончания работы парализации — двадцать четыре часа".
В это время мини дроид нашёл какое-то отверстие, вылез на крышу контейнера, и передал изображение.
Мы оказались в ангаре какой-то станции. Я передал управление дроидом Нине, которая довела его до электронного замка, и с помощью какого-то программного пакета выключила запоры. Теперь можно подойти, и открыть дверь. Я вышел, и увидел второй контейнер. Нина с помощью дроида открыла замок и там. Внутри лежали все мои андроиды, но без оружия. Проверка диагностом инженерного искина прояснила ситуацию — андроиды тоже были отключены нейрошунтами, действие которых оканчивалось через сутки. Я проверил блок памяти в кармане скафандра. И вот что выяснилось.
Люда и её дочь подговорили кореянку лететь на Землю. А для этого им нужен был мой корабль. Те миниатюрные контейнеры, которые они тайком разложили по всем отсекам, были специальными ящиками для хранения искинов. Люда вместе со своими вещами при отъезде с аратанской станции притащила и имеющиеся у неё двадцать искинов девятого ранга, и сорок нейрошунтов одноразового действия с эффектом отключения на сорок восемь часов. Усыпив меня снотворным растительного происхождения, которое Люда (а она ведь медик по профессии) подсунула в мой кусок торта, а потом для верности, временно отключив мою нейросеть шокером, Люда и Марина вместе с кореянкой начали вызывать по одному моих анндроидов. А потом вырубать их нейрошокерами. До этого они такую операцию проделали с искинами, вырубив первым Друга. Марина была кровожаднее своей матери. И хотела меня выбросить в космос, но Люда, да и Чаён не дали ей это сделать: