Время Других (СИ)
Во-вторых, сам Мамушка связан целым сонмом подписок о неразглашении информации.
Правда, в этом потоке бессвязных слов моего собеседника, мне удалось вычленить нечто интересное. Оказывается, цивилизация, к которой принадлежит Мамушка, и сама, всего ничего по времени, каких-то десять тысяч лет тому назад, подверглась похожему катаклизму.
И в третьих, он и сам ни черта во всем этом не понимает, поскольку все происходящее не лежит в сфере его непосредственных интересов.
Я не удержался и предположил, что Мамушка из числа той самой золотой молодежи, и все что не связано с блондинками его мало интересует.
И тут же услышал в ответ, что от этих Умников одни только неприятности.
— Ладно, перейдем от общего к частном, — резюмировал я. — Похоже, в глобальных вопросах мироздания ты сам не бельмеса не петришь. В таком случае, подскажи ка мне, Мамушка, какие возможности предоставляет класс Умник. Может там окажется что-нибудь полезное для того чтобы выбраться из этой задницы. Я ведь толком свой класс так и не освоил. Времени мало было.
Мамушку мой визави в очередной раз съел, хотя и снова покривился. Ну да сам виноват. Тоже мне ангел-хранитель недоделанный.
— Да никаких особых способностей. Мозги пошустрее, очень пошустрее и умение видеть чужие ауры. Вот пожалуй сейчас и все. В дальнейшем конечно О-ГО-ГО. Это когда появится Аналитика.
— А зачем тогда подкласс менталист? Это что такое?
— Какой такой менталист? — удивился Мамушка. — Первый раз слышу.
— Ну так класс у меня Умник, подкласс менталист.
На этот раз черненький завис надолго, очень надолго. Наконец разморозился. В голосе появились властные нотки: «Так. Все объяснения потом. Сейчас ты должен сосредоточится и хорошо поработать мозгами. А я помогу. Представ себя в момент, предшествующий атаке козлов. Пошел!».
Я сидел на развилке высокой сосны лениво наблюдая за медленным движением стада козлорогих. Задремал что ли. Привидится же такое: скалы, жажда, Мамушка. Аж пить захотелось. Потянулся за фляжкой. Козлы потихоньку растягивались в цепь, образуя широкую дугу. Чего это они так разбрелись, шевельнулось в голове. Прежде чем я что либо внятно успел осмыслить, ноги сами понесли меня с бешеной скоростью в сторону моря по единственному оставшемуся пути, который еще не перекрыли козлороги.
Надо признаться, что спасся я чудом. Стремительный забег с целью не допущения близкого знакомства с Козлорогом и его свитой, закончился отчаянным прыжком с пятнадцатиметровой скалы в воду. Для тех кто не в курсе — это высота стандартной пятиэтажки. Нельзя сказать, что я слишком уж боюсь высоты. Во всяком случае без особого содрогания выхожу покурить на балкон десятого этажа. Правда к перилам близко подходить опасаюсь. Но чтобы вот так, со скалы в воду, с пятнадцатиметровой высоты да еще и не задумываясь. Для этого надо всей душой проникнуться проблемой преследующего меня Козлорога.
Хотел бы сказать, что в полете сгруппировался и изящно вошел в воду ласточкой, на худой конец солдатиком — ногами вперед. Но будучи ярым приверженцем истины, наверное это на меня так класс Умник повлиял, раньше за собой такого недостатка не замечал и при необходимости всегда готов был подкорректировать описание событий, даже если это происходило в рамках самоанализа. Так вот, в воду я рухнул как огромный мешок, набитый костями. На секунду показалось, что море от сотрясения вышло из берегов по всей прибрежной полосе Турции. Конечно преувеличение, но элементарные знания, в том числе и физики, подсказывали, что такой удар об воду должен был закончиться для меня как минимум парой-тройкой переломов. К счастью обошлось. Похоже сработала плюшка от Пожирателя Плоти с его существенной ударопрочностью и малоубиваемостью.
В отличии от навыков по прыжкам в воду с запредельных высот, плавал я достаточно хорошо. Поэтому, придя в себя после столкновения с водой, вынырнул на поверхность и бодрым брассом поплыл вдоль берега огибая остров. При этом не удержался и продемонстрировал Козлорогу, стоящему на вершине той самой скалы, которую я благополучно покинул, руку с символически торчащим из сжатого кулака средним пальцем.
Животина, внимательно наблюдавшая за моими перемещение, жест оценила и разразилась утробным рыком, присущим скорее какому-нибудь ископаемому смилодону, нежели мутанту, произошедшему от козла обыкновенного. Впрочем, случись мне присутствовать на поединке между древним саблезубым чудищем и Козлорогом, я бы пожалуй поставил на последнего.
Попрощавшись таким образом с островом, чуть было не ставшим моим последним пристанищем, я бодро поплыл к месту, где тремя днями раньше заякорил в тихой бухте прекрасную моторную яхту. Это роскошное средство морского передвижения, предназначенное для миллионеров средней руки, надумавших выгулять очередную блондинку, досталось мне по случаю. В тот самый день, когда я спешно покидал горящий Мармарис, охваченный безумной вакханалией драк всех со всеми.
Глава пятая. Друзья познаются в еде
Пламя костра с треском выбрасывало россыпи искр в бездонное, густо усыпанное звездами небо. Вдали плескались волны. Их убаюкивающий шум, а так же наполовину пустой кувшин вина, создавали иллюзию прежней размеренной спокойной жизни. Рядом у костра молча сидели два прекрасных парня по приколу называющие себя Белый и Черный. Их третий друг, Мохнатый, лежал в отдалении, не мигая глядя на пламя и время от времени настороженно шевеля ушами к чему-то прислушиваясь. Если бы не огромное число необычайно ярких незнакомых созвездий и не твердое убеждение моих новых знакомых, что они боги, то можно было бы вообразить себя безалаберным студентом. Впервые за последние две недели удалось по-настоящему расслабиться. И, самое главное, появилась возможность в спокойной обстановке проанализировать все, что случилось со мной в последние дни.
Все-таки мне здорово повезло с ребятами. Не встреть я их на своем, фигурально выражаясь, жизненном пути, сейчас бы морское чудище уже закончило переваривать мою тушку и наверняка бы погрузилось в пучину самоанализа. Поскольку вместе со ста сорока килограммами прекрасно усвояемого мяса плавучий гад мог рассчитывать на офигенные бонусы в виде способностей «Умника», да еще улучшенных подклассом «Менталист». Умения Пожирателя Плоти твари вряд ли могли пригодиться. Она и сама, безо всяких дополнительных улучшений, прекрасно жрала все, проплывающее в пределах досягаемости ее щупалец.
После драматического расставания с Козлорогом я вплавь добрался до своей яхты, вылакал пол ведра воды, потом поднял якорь, запустил двигатель и тихонько вышел из бухты в открытое море. Правда, назвать открытым морем водную гладь вблизи побережья Турции, можно было разве что с весьма большим допущением. Поскольку окружающая акватория Эгейского моря густо усеяна огромным числом островов самых произвольных размеров и конфигураций. Среди этого многообразия мне и предстояло выбрать новый объект, на котором я смог бы реализовать свою стратегию усиления. На этот раз я решил не торопится, выйдя на открытое пространство лечь в дрейф, а затем все тщательно все обдумать.
Более-менее успешно я справился только с первой задачей: лечь в дрейф. Благо. для этого понадобилось просто отключить движок. Волнение на море составляло ориентировочно ноль баллов, ветра практически не было, и яхта благополучно застыла фактически на одном месте, едва заметно покачиваясь на водном зеркале.
А вот с «тщательно все обдумать» возникли определенные сложности. Критерии выбора нового острова для будущего сафари отсутствовали напрочь. Единственное, в чем я был твердо убежден, так это в необходимости держаться подальше от большого скопления людей. Насмотрелся на всяких потенциальных Темных Властелинов в Мармарисе. Больше не хочется. Так что из приблизительно тысячи островов, находящихся в пределах досягаемости, я мог честно отбросить Родос, который ориентировочно располагался в сорока километрах на северо-запад. Остальные девятьсот девяносто девять островов представлялись мне одинаково подходящими. В принципе, самым разумным в этой ситуации, было бы подойти к ближайшему небольшому островку, имеющего закрытую бухту, стать на якорь и приступить к разведке. Вот только эта последовательность один к одному повторяло мои действия, совершенные при высадке на остров Козлорога. Как-то не хотелось дважды наступать на одни и те же грабли. Может быть, это все и суеверия, только душа требовала новизны и нестандартных решений.