"Святые" 90-е Пионер. Том 1 (СИ)

— Я спрашиваю, ты отвечаешь. Одно неловкое движение, косой взгляд или жест, глотку перережу. Усвоил?
Парень закивал мелко-мелко.
— Кляп сейчас вытащу, заорешь, убью. Попытаешься снять с меня маску, тоже убью. Пока ты не видишь моего лица, у тебя есть шанс на жизнь. Это понятно?
— Да-да, я все понял. Всё скажу, только не убивайте!
— Сколько человек в здании?
— Восемь! Восемь и терпила один, если его не грохнули!
  
— В комнате что ближе к лестнице сколько и кто?
— Трое. Макар, Чапай и Кедр.
— Кто такие?
— Макар — бригадир, Чапай его заместитель, Кедра не знаю, из чужих кто-то!
— Хорошо. Остальные где?
— Дальше по коридору, там, почти в самом конце! Вано, Толик Щуплый, Дрон Горин, Витёк и Леха!
— Оружие, где, какое и сколько?
— В дальней комнате ствол только у Вано, здесь у Макара с Чапаем пушки, про Кедра не знаю!
— Туалет где?
— Справа по коридору, почти в самом конце!
Решив что информации достаточно, я безо всякого сожаления приложил начинающего бандита дубинкой, отчего тот, забившись в конвульсиях, заелозил ногами по полу. Прибравшись, снова вернулся на лестницу, рассчитывая что ещё кому-нибудь захочется прогуляться. Вот только прождав больше часа, так никого и не дождался. Бандиты выходили время от времени, но лишь до туалета и обратно, думал там кого-нибудь подкараулить, но не рискнул, больно уж близко, одна ошибка, и я оттуда уже не выйду. Только и то что тянуть дальше нельзя, понимал прекрасно, тем более по времени уже должны были вернуться двое «уехавших» за матерью Игоря.
Решившись на «штурм», убедился что в коридоре никого нет, и подошел к двери первого кабинета. Плана никакого у меня не было, я только одно знал, — шуметь нельзя. Здесь сделать всё максимально тихо, а с быками уже можно и по громкому разобраться, несложно. Оружие брать не стал, оставил на подоконнике за кадкой с засохшим цветком. Трижды постучал в дверь.
— Не заперто! — крикнули изнутри.
Потянул за ручку, заглянул.
— Извините, меня Лысый попросил вас вниз спустится, мы там бабу привезли, а с ней проблемка приключилась…
— А ты кто вообще? — спросил тот бандит что открыл дверь, широченный мужик лет сорока, среднего роста, темноволосый, в полосатой тельняшке под небрежно накинутым пиджаком.
— Я брат Лысого, двоюродный, он помочь попросил, сказал на всякий случай… — сделав максимально глупое лицо, я развел руками.
— Брат? — нахмурился темноволосый.
— Угу. Двоюродный.
Больше вопросов не последовало, видимо мне удалось убедительно сыграть туповатого подростка, и что-то неразборчиво буркнув, бандит двинулся следом.
По коридору, на лестницу, потом вниз.
— Вот она, сами посмотрите… — делая шаг в сторону, я махнул рукой в темноту, и когда мой спутник по инерции прошел вперёд, от души огрел его дубинкой.
Обыскивая труп, нашел наконец нормальную пушку с полной обоймой. Не супер конечно, обычный Макаров, но хотя бы не полупустой. Обнаружился так же хороший нож в ножнах на поясе, самоделка, зато очень неплохо сделанная. Такой что метнуть, что ударить, одно удовольствие. Кроме оружия на теле были деньги в количестве полутора тысяч сотенными купюрами, немного мелочи, ключи от стоявшего внизу внедорожника — с фирменным брелоком, паспорт на имя Николаева Василия Ивановича, и небольшой блокнотик с золотым тиснением. Блокнот смотреть не стал, сунул в карман. Деньги туда же.
Ну вот, судя по имени отчеству, это Чапай, заместитель бригадира, а значит самые опасные «пассажиры» пока не обезврежены. Сунув пистолет за пояс, я взял нож, проверил на баланс, и убедившись что всё в порядке, направился обратно. В кабинете остались двое, двери они вряд-ли закрыли, поэтому дальнейшее оказалось достаточно несложно. Подошёл, прислушался, и ввалившись без стука, в первого бросил нож, а второго приголубил дубинкой. Ничего неожиданного, кроме личности одного из персонажей. Не зря мне голос знакомым показался, это был тот самый тип что приехал с Валерием Андреевичем, именно его я видел на отборе. Жаль только что обоих сразу наглухо, мужики наверняка знали если не всё, то очень многое. Но это ладно, главное Игорь жив, хоть и в отключке. Трогать его пока не стал, проверил пульс, и уже не таясь, двинулся во вторую комнату.
Стрелять с двух рук не впервой, тем более на короткой дистанции. Зашёл, — дверь была открыта, поздоровался, и всех завалил. Никто не дернулся даже, не ожидали потому что. Пару минут на сбор трофеев, всё ценное в здесь же позаимствованную сумку, и обратно в первый кабинет. Думал сейф какой-то будет, только порыскав, ничего не нашёл. Зато мел попался, кусочек небольшой, как раз чтобы намалевать стрелу на столе, хватило.
Собрался, сначала вынес трофеи к выходу, забрал куртку и сумку с фотоаппаратом, потом закинул на плечи Игорька, и спустился на первый этаж сего царства мёртвых. Вариантов, кроме как покинуть базу на машине братвы, у меня не было. Выбрал джип, как самый узнаваемый, такой вряд-ли на выезде рискнут тормознуть. Положил Игоря на заднее сиденье, сумку кинул вперёд, сам сел за руль и не спеша подъехал к будке охраны. Притормозив, мигнул фарами, потом посигналил, и дождавшись когда выскочивший из будки мужичок откроет ворота, так же не торопясь, покинул территорию.
Тащиться на чужой машине через весь город я не собирался, и первым делом выгрузил Игоря на крыльце приемного покоя одной из больниц. Усадил его под дверь, позвонил, и в кусты. Открыли не сразу, хотел уж стекло им разбить, но на улицу всё же выглянула тетка в белом халате. Сначала бестолково поозиралась, а заметив «подкидыша», завыла словно сирена. Я же, — дождавшись когда прибежавшие на крик санитары положат Игорька на каталку, покинул свой пост, вернувшись в машину. Сел за руль, сообразил как лучше проехать, и стараясь не соваться на центральные улицы, поколесил к выезду из города.
Сначала думал тачку просто во дворах бросить, но потом решил что могли следы остаться, как мои, так и Игорька. Та же кровь например, группу точно определят, и неизвестно в дальнейшем как повернётся. В общем, выехал в степь неподалеку от гаражей на окраине, нашел в багажнике промасленную тряпку, бросил ее на заднее сиденье, поджог и быстренько удалился. Можно было вообще из канистры бензином облить, благо бандиты запасливые, но тогда уходить бы пришлось «по светлу». А так неспеша до гаражей дошел, там спустился вниз, и дождавшись трамвая, занял одно из свободных мест.
До кольца доехал так же без приключений, а благодаря обогревателю под креслом, даже согрелся. Вышел, прогулялся до следующей остановки и довольно быстро пересел на другой трамвай. На нем добрался до вокзала, а там уже поймал частника. До места, правда, не доехал, попросил высадить на «тысяче», на всякий случай. В результате домой вернулся почти к полуночи, голодный, уставший, но довольный проделанной работой.
— Ты где шастал? — спросила мама, дождавшись когда я выйду из ванной. Отец уже спал, поэтому говорила она тихо.
— С утра в институте, потом пацанам в гаражах помогал, там у Петькиного отца ворота упали, вот, на место ставили… — ответил как мог небрежно.
— Ясно. А в сумке что? Тяжёлая больно…
— Да железяки всякие, инструмент кое-какой, запчасти на мотоцикл. — холодея от мысли о том что было бы, загляни мама в сумку, ответил я.
— Так, а зачем ты их домой припер? — продолжала допытываться она.
— Завтра отдать надо, чтобы в гараж десять раз не ходить.
— Ладно. Есть-то хочешь? — удовлетворившись таким ответом, мама сменила тему.
— Ну конечно мам, проголодался как волк!
  
— Тогда я положу, и спать пойду, сам разберёшься.
Садясь за стол, я по привычке взял пачку отцовских газет. В последнее время он выписывал почти всё что касалось политики, поэтому газеты валялись по всему дому. Аргументы и факты, Комсомольская правда, Известия, Правда, Труд и ещё несколько областных и местечковых. Не то чтобы мне было шибко интересно, но чем-то нужно было удовлетворять потребности в информации. Вот например в АиФ от пятого декабря, статья, называется «Что думают на Украине». Если коротко, там пишут про результаты опроса нескольких тысяч киевлян на тему независимости и дальнейших отношений с Россией. Один из вопросов про взаимодействие между двумя странами, где лишь тридцать процентов выразили уверенность что все будет мирно и цивилизованно, сорок высказались за давление России на Украину экономически, и почти пять процентов предсказали войну из-за спорных территорий. Следующий вопрос про дискриминацию одиннадцати миллионов русских, в котором восемьдесят процентов ответили что никогда не сталкивались с подобным явлением, и двадцать заявили что оно имеет место быть. Ну и последнее о чем писалось в статье, были данные статистики из русскоговорящего Киева, где за независимость высказались почти девяносто пять процентов жителей. Вообще неожиданно.