Орден Паука

Паук вырулил на асфальт и стал разгоняться. Здесь видимость была лучше, но ненамного. Надо сказать, что я двумя руками вцепился в трубу, которая была передо мной. Ехали мы и здесь тоже без фар, а скорость была очень приличная. В общем, не буду кривить душой, это было очень страшно!
Паук, не снижая скорости, время от времени маневрировал, объезжая какие-то препятствия. Потом всё же немного замедлился и съехал в лес… или парк… не знаю, я уже давно потерял чувство направления и не понимал, где мы находимся. Потом мы вновь выбрались на асфальт и понеслись вперёд пуще прежнего!
  
Надо сказать, ехали мы в сумме достаточно долго. Потом свернули на небольшую улочку, проехали через разрушенные ворота, и я понял, что вокруг нас находится территория какого-то завода. Мы некоторое время петляли между корпусами, потом въехали в один из них, проехали насквозь и остановились перед бетонной стеной.
– Добро пожаловать домой! – радостно сказал Паук.
– Да, комфорт ты действительно не любишь! – усмехнулся я.
Даже несмотря на кромешную темноту, было понятно, что вокруг нас заброшенный пустой заводской цех, называть который домом было очень… самонадеянно!
– Не впечатляет? – ничуть не смутился Паук, – оно и понятно, ведь мы пока что только стоим на пороге!
И не успел он это сказать, как пол под нами дрогнул, и мы вместе с машиной поехали вниз.
 
4. Логово
 
Когда платформа опустилась, мне показалось, что я попал в ночной клуб до магопокалипсиса. Нет, в обжитых районах подобные заведения есть и сейчас, но вот в таком масштабе, мне не попадалось давно!
Прямо напротив нас была залитая разноцветными огнями сцена, на которой клубился дым, и стояла перед микрофоном очень легкомысленно одетая певица. Одежды на ней вообще было мало, а та, что присутствовала, просвечивала почти насквозь.
И она пела! Пела, надо сказать, очень хорошо!
Платформа с лёгким треском опустилась в нишу, став заподлицо с полом. Мы вылезли из багги, и я с удовольствием потянулся после экстремальной езды на жёстком сидении. Всё познаётся в сравнении, и когда эта стрессовая поездка закончилась, я испытал состояние, близкое к счастью, несмотря на то, что находился в стане врага.
Тут же подбежал какой-то человек, залез в багги и уехал на ней. Мы тоже сошли с платформы, и она в ту же секунду с лёгким стоном пошла обратно наверх.
Народ в сумрачном дискотечном мерцании присутствовал, и все, кто попался мне на глаза, были лысыми. Все, кроме певицы. У неё были белые волосы и причёска а-ля Мэрилин Монро.
– У вас здесь всегда так, или специально для меня дискотеку устроили? – спросил я.
– Пятьдесят на пятьдесят! – улыбнулся Паук, видимо, довольный произведённым эффектом, – у нас здесь часто так, но, конечно, не круглосуточно. Сейчас немного подгадали под наш приезд. Как тебе Сир? – он кивнул в сторону сцены.
– Сир? Это её так зовут? – с удивлением сказал я и посмотрел на сцену.
И тут начало происходить нечто странное! Мир вокруг как будто погрузился в густой туман, остались только я и певица. Между нами осталось что-то вроде тоннеля, в клубящейся дымке. И через этот тоннель мы смотрели друг на друга, как будто становясь всё ближе и ближе… это, конечно, была оптическая иллюзия, но через некоторое время мне показалось, что её лицо уже буквально в метре от меня, хотя на самом деле сцена была довольно далеко.
Я постепенно растворялся в её изумрудно-кристальных глазах, голос обволакивал меня, вводя в какой-то божественный транс.
И вдруг среди слов красивой, но незамысловатой композиции про любовь, нежность и разлуку, прозвучали слова: «Не верь ему!». И вроде бы они вплетались в сюжет и рифму песни, но я отчётливо понял, что предназначались они именно мне.
– Сир! – раздался рядом резкий голос, и дымка начала развеиваться, – прекрати немедленно! Ты что творишь?
Я встряхнул головой, стряхивая наваждение, и всё тут же стало по-прежнему.
– Что это было? – удивлённо спросил я.
– Это песнь сирены, – усмехнулся Паук, – ты с ней будь осторожен, на неокрепшую психику она может сильно повлиять. Хотя мы ей этого и не разрешаем делать! – последнее предложение Паук выкрикнул, чтобы певица тоже его услышала.
– Сорри… – мягко улыбнулась она в паузу между строчками песни, и продолжила своё выступление как ни в чём не бывало.
– Сирены, это те, что завлекали моряков своими песнями, так ведь? – спросил я.
– Да, – сказал Паук, – но она предпочитает считать себя не сиреной, а сирином.
– А в чём разница? – я наморщил лоб, пытаясь вспомнить.
– По-простому говоря, сирена, это рыба, а сирин, это птица. Ей нравится считать себя птичкой, вот и вся разница! А так, по сути, одно и то же. Сладкоголосые певицы, умеющие воздействовать на людей. Но поёт, зараза, здорово! Мы не смогли себе отказать в удовольствии, использовать её по назначению. А чтобы не наделала глупостей, всегда рядом есть кто-то с защитой от её чар. Так что ты не волнуйся! – сказал Паук.
– Я и не волнуюсь! – удивился я его замечанию, – так ты говоришь, в орден вступают только добровольно?
– Хитрец! Подловить меня хочешь? – погрозил мне пальцем Паук, – так и есть! Адептами Ордена становятся добровольно, а она никакой не адепт. Видишь, какая у неё причёска? Не то, что у нас! – и улыбнувшись, Паук провёл рукой по лысому черепу.
Мимо нас проходила как раз одна из лысых адепток. В отличие от всех виденных мной ранее, эта была симпатичной… можно даже сказать красивой. Лысина ей очень шла, и, возможно, благодаря именно ей, глаза казались просто огромными! Одета она была в обтягивающий комбинезон, который подчёркивал все достоинства спортивной фигуры.
– Отличные бусики! – весело сказала она, поравнявшись со мной, имея в виду надетый на меня Пауком амулет.
И не останавливаясь, плавно покачивая бёдрами, пошла дальше.
– Отличные булки! – бросил я ей вслед.
Вопреки ожиданиям, она ничуть не обиделась, с улыбкой обернулась и подмигнула мне.
– Понравилась? – оживился Паук.
– Пару мне пытаешься подсунуть? – усмехнулся я, – не случайно же она здесь фланирует.
– Везде тебе заговоры мерещатся! – с лёгким осуждением сказал Паук, но факт подставы отрицать тем не менее не стал.
– Ты настолько был уверен в успехе, что даже срежиссировал, как нас будут встречать? – удивился я.
– Я всегда добиваюсь своего! – пожал плечами Паук, – ты удивляешься просто потому, что пока не привык.
– Так уж и всегда? – скептически сказал я.
– Да, если ты правильно понимаешь мои цели. Ведь с Барбинизатором ты ошибся! Но я получил именно то, что хотел, – сказал Паук, – пойдём, я покажу тебе ресторан.
– Ресторан? Не столовую, а именно ресторан? – удивился я.
– Да, у нас здесь всё по высшему разряду! – сказал Паук.
– Я думал, что тело, это инструмент, значение которого не нужно переоценивать. А тут попахивает культом еды! – сказал я.
– Людей нужно баловать, – пожал плечами Паук, – а еда для многих, это одно из главных удовольствий. Я могу питаться вообще чем угодно, если это хоть немного годится в пищу. Так что сам придерживаюсь именно такой точки зрения. Но если я и своих последователей буду так кормить, боюсь, сильно потеряю очки лояльности! – и Паук вздохнул с искренним сожалением.
– Какой ты душка! – усмехнулся я.
– Да, хотя и всячески с этим борюсь! – серьёзно сказал Паук, и я не понял, шутит он или нет.
Мы прошли мимо сцены, и Сирин всё это время продолжала петь, неотрывно глядя на меня.
  
Ресторан оказался совсем рядом и точно соответствовал своему названию. Всё было очень чисто, культурно, красиво, отделано деревом и бархатом. Возле входа нас встретила красивая девушка в очень короткой юбке и с глубоким декольте. У неё были длинные волосы и красивое, почти кукольное лицо, что навело меня на определённые мысли.
Уже было понятно, что те, у кого на голове есть волосы, не являются адептами Ордена и, скорее всего, находятся здесь по принуждению, в отличие от лысых. Я сам, кстати, в эту схему сейчас абсолютно вписывался.