Где моя башня, барон?! Том 2 (СИ)

— Ага. Топай, лопай, — отмахнулся от меня дед, понимая, что угрозы не работают. — Грязные тарелки назад принесёшь.
Забрав поднос, я подошёл к комнате, на двери которой углём была нарисована цифра три. Открыл дверь и попал в скромную комнату три на три метра. Кровать, тумбочка с масляной лампой и кувшином, небольшой шкаф — это всё, что здесь было. Впрочем, больше мне ничего и не нужно.
  
Запер за собой дверь, задёрнул шторы и, упав на кровать, тихонько шепнул:
— Выходи.
Из тени на полу поднялся Гоб. Зеленомордый водил носом из стороны в сторону, учуяв еду.
— Свининку чую я с лучком,
Ещё петрушку с чесночком.
Возможно, есть ещё ушица,
И киселёк, чтобы напиться, — довольно пролепетал он.
Нюх гоблина не подвёл. В одной тарелке была свиная отбивная, щедро посыпанная жареным луком. Во второй лежала разнообразная зелень — петрушка, перьевой лук, чеснок, кинза, укроп. А в третьей — огромная чашка ухи с рыбьей головой внутри. Впрочем, голову Гоб моментально вытащил и проглотил.
Кувшин киселя, который унюхал владыка гоблинов, стоял на тумбе слева от кровати. Видимо, старик его принёс заранее. Всё поделили по-братски. Зелень выложили на тумбу и располовинили. В освободившуюся тарелку перелили половину ухи.
Пока Гоб уминал ушицу, я прикончил половину отбивной и передал тарелку зелёному обжоре. Еда, конечно, недотягивала до уровня Вальковской стряпни, но в целом очень даже ничего.
Прикончив уху, я потянулся к киселю и обратил внимание, что кувшин стоит на свежей газете. Вот это сервис, не ожидал такого от «Господинницы».
На первой странице красовалась огромная статья о том, что граф Мышкин организует бал для светских особ. Он состоится в резиденции графа в Благовещенске. На празднество в честь зачистки башни приглашены аристократы всех мастей, в том числе сам князь Черняев!
Вот так дела. Решил пустить высшему свету пыль в глаза? Или граф так уверен, что его псы привезут меня с минуты на минуту и он сможет показать всему миру артефакты, отнятые у меня?
Ну, конечно же, я смиренно сложу лапки, верну ему украденное. Ага, держи карман шире. Хотя какое, к чёртовой матери, украденное? Честно заработанное. В конце концов, я едва не сдох в этой башне.
Проклятье. Этот выродок от меня не отстанет, пока не получит артефакты. Даже если я их ему верну, уверен, он решит меня прикончить, чтобы стереть из памяти пережитый позор. А значит, у нас лишь один путь. Решим всё силой. Либо он выживет, либо я. Ну и славно. Люблю, когда в жизни есть определённость.
Бал состоится через пять дней. За это время я успею восстановить силы и продумаю, как попасть в особняк. Нет, я, безусловно, не думаю, что смогу победить графа в открытом противостоянии. Как-никак в этом мире аристократы умеют сражаться, в отличие от уличных босяков. А в прошлом бою даже уличный босяк сумел сломать мне рёбра.
Я знаю лишь одно. Мой ключ к выживанию — это князь Черняев. И то, что Мышкин пригласил его на праздник, просто дар свыше.
Мои мысли прервал тихий стук в дверь. Услышав его, Гоб замер, прекратив жевать, и посмотрел на меня. Я протянул гоблину кувшин с киселём, жестом показал чтобы он отправлялся обратно в тень. Схватив кувшин, зеленомордый мгновенно исчез.
Я поднялся с кровати и открыл дверь. Передо мной появилось веснушчатое лицо Катюхи. Она улыбалась и шарила по мне взглядом.
— Ну привет, постоялец, — задорно сказала она, заглянув мне в глаза. — Не спишь?
— О тебе думаю, — ответил я, принимая правила игры.
— Какой льстец, — она улыбнулась и, отвернувшись, сделала шаг в сторону выхода и посмотрела на меня черед плечо. — Не хочешь прогуляться?
Она была одета в такую же мешковатую одежду из серой ткани, что и я. Но даже так формы девушки выглядели невероятно аппетитно. Косичка сменилась хвостиком, который так и просил, чтобы я ухватился за него, притянув Катерину к себе.
— Покажешь местные достопримечательности? — спросил я, улыбнувшись в ответ.
— Тут особенно не на что смотреть. Но подышать свежим воздухом всяко лучше, чем в узкой клетушке сидеть, — заметила девушка, попав в точку.
Я, конечно, мог бы остаться в номере и использовать ещё пару жемчужин, чтобы залечить кости. Но они и так в приемлемом состоянии, да и не к спеху это.
— Показывай дорогу, — сказал я, выйдя из комнаты, и запер за собой дверь.
— Тогда не шуми и иди за мной, — заговорщически шепнула девушка и на носочках стала красться в сторону выхода во двор.
Я последовал её примеру. Как только мы попали на улицу, она поманила меня к забору. Оказалось, что одна из досок висела на честном слове. Сдвинув её в сторону, мы пролезли в образовавшееся отверстие и оказались на пустыре. Девушка, не стесняясь, тут же взяла меня под руку.
— Меня Катькой зовут, — стрельнула она глазками. — А ты Владимир? Красивое имя, — задумчиво добавила она, — Переводится как «владыка мира»?
— Пока я владыка разве что порванных штанов и рубахи, — усмехнулся я.
— Всё начинается с малого, — подметила девушка и указала пальцем в сторону холма. — Пойдём, покажу тебе Змеиную гору.
— И много там змей?
— Только одна. Я. Ш-ш-шш! — пошутила девушка и захихикала. — Зимой катаемся с неё на лыжах или санках. Оттуда весь город видно.
— Тогда идём.
Мы очень быстро добрались до склона и начали забираться наверх. Ума не приложу, как они делают это зимой, ведь даже сейчас, когда нет снега, лезть в гору довольно непросто.
Девушка оказалась очень открытой и болтала без умолку. Её родители ушли по весне собирать грибы, да так и не вернулись. Волки загрызли. В итоге она осталась жить с дедом. Дед оберегает её как может, но порой это подбешивает, и Катерина поступает наперекор указаниям старого.
Катька работает в «Господиннице». Стирает, убирает, готовит. В общем, всё держится исключительно на ней. Свободного времени как такового нет, поэтому единственное развлечение, которое у неё есть, это общение с постояльцами.
Мы взобрались на вершину горы Змеиная, откуда открылся не сказать что прекрасный, но вид на город. Россыпь домов. В окнах тускло горели огоньки керосиновых ламп. Выли собаки, алкаши горланили песни, женщина визгливо орала на мужа, словно он только что кого-то убил.
— Ну как тебе? — спросила Катерина, заглянув в мои глаза. — Ха-ха. Можешь не отвечать. Сама знаю — то ещё захолустье. Ну а что поделать? Это моя малая родина, — она печально улыбнулась и сменила тему, — Лучше расскажи, как ты в столь юном возрасте смог обзавестись такими мышцами?
Её рука легла мне на грудь и соскользнула вниз, ощупав пресс. Вот чертовка, давненько ко мне не клеились так откровенно. Она не похожа на ту, что спит со всеми постояльцами. Видимо, я её чем-то впечатлил.
Опыт прошлой жизни кричал мне прямо в мозг: «Вова, слова не нужны!» Вместо речей я приобнял девушку за талию, и её рука скользнула мне на бицепс. Да, сейчас мне было чем похвастаться. Спасибо тренировкам Никитича и моему запасу жемчужин. Немного мяса я успел нарастить.
— У тебя такие сильные руки, — улыбнулась Катерина, посмотрев на меня снизу вверх.
Вторая рука легла на затылок девушки, я притянул её к себе и остановил в сантиметре от своих губ. Катерина хотела продолжения, зрачки расширились, дыхание стало сдавленным. А я просто смотрел на неё и улыбался, ожидая, когда она сама сделает шаг навстречу.
Глаза девушки блестели в лунном свете, венка на шее пульсировала, а руки медленно поползли по моей груди вверх. На секунду она остановилась, заглянула в глаза, а после, ухмыльнувшись, отстранилась. Вернее, попыталась отстраниться.
  
Я схватил девушку за руку, притянул к себе и поцеловал. Разгорячённые пухлые губы с жадностью впивались в меня, её пальцы гуляли в волосах. Я прижался к упругой груди, позволив рукам соскользнуть на крепкие девичьи ягодицы. Она заулыбалась, и невольный стон вырвался из её лёгких.
От этого стона у меня окончательно отключились тормоза. Катерина стянула с меня рубашку, а я в это время спустил с неё штаны и запустил руку между ног. Девушка задышала тяжелее и плотнее прижалась ко мне. Я же развернул её к себе спиной и, ухватив за косичку, вошел в неё.