История грешников (ЛП)
— Что происходит? — спросил он.
— Я не знаю, — захныкала я, мой голос звучал жалко.
Мы поднялись по лестнице, и я прищурила веки пытаясь заслониться от пламени настенных бра.
— Мне нужно, чтобы ты проводил меня в мою комнату, а затем ушел. Немедленно.
Я, спотыкаясь, брела по коридорам, и время, казалось, остановилось, мои руки тянулись к вырезу платья, отчаянно пытаясь освободиться. Когда мы подошли к моей двери, Брэндон открыл ее и остановился.
— Я не оставлю тебя одну.
— Да, оставишь, — сказала я, обходя его и захлопывая дверь у него перед носом.
Ручка закачалась, давая понять, что он отчаянно хочет войти, но что-то взяло надо мной верх, и я не стала бы рисковать им. Он мог быть разорван в клочья, если бы осмелился войти.
С моих губ сорвался мрачный голос не совсем мой.
— Уходи.
Вот так просто ручка остановила свое движение, и я испустила мимолетный вздох облегчения. Затем еще одна судорога, боль пронзила мое нутро, заставив меня согнуться пополам, когда крик вырвался из моей груди.
Мое внимание переключилось на свечи, свечи, которые нужно было погасить. Я поползла на четвереньках, гася крошечные язычки пламени кончиками пальцев. Когда погасло последнее пламя, мое видение снизошло на ночь. Блаженная тишина встретила мои уши, и я вздохнула с признательностью. И все же мое тело все еще жаждало чего-то неизвестного.
Тени заполнили комнату, когда я опустилась на колени, сражаясь с внутренней битвой, которая велась внутри меня.
Фигура Малахии затвердела в тени, и моя кровь вскипела от его внезапного появления. Он пришел, чтобы насмехаться надо мной, дразнить, а я была не в настроении. Я зарычала, выходя из рассеивающейся тени.
Это. Все. Была. Его. Вина.
Дикий крик вырвался из моей груди, когда острые клыки разорвали мои десны, наполнив рот кровью, и я вскочила со своего места на полу, подняв руки и готовясь к атаке.
— Умри! — я закричала.
Он усмехнулся и расправил крылья. Маленькая струйка дыма обвилась вокруг моих рук, связывая их передо мной, когда другая тень обвилась вокруг моей шеи, притягивая меня ближе к нему.
— Что со мной происходит? — я прошипела сквозь острые клыки. Мое тело прижалось к нему, бессознательное действие, о котором я не хотела думать. — Почему я так себя чувствую?
Малахия наклонил голову, в его глазах была нежность, когда он провел рукой по моему лицу.
— Перемена, о которой я говорил, свет мой, — мягко ответил он, взяв меня за подбородок и повернув мою голову в сторону, медленно изучая черты моего лица. — У тебя черные глаза. Они не должны быть черными.
— Твои становятся черными, — парировала я, наклоняясь к нему.
— Но твои не должны.
Я хотела спросить, почему они не должны, когда мы предположительно были одинаковыми, но еще одна судорога скрутила мой живот, и я закричала.
Малахия обхватил меня руками, его крылья образовали кокон, отгородивший меня от внешнего мира. Кокон, который ощущался безопасным… хорошим.
Я была не в своем уме.
Я покачала головой и уперлась руками ему в грудь, толкнув его так сильно, что он споткнулся.
— Что со мной происходит? — я заскрежетала зубами, мой пристальный взгляд дико метался по его чертам лица.
Он напрягся и уставился в землю.
— У тебя начинается твоя первая течка.
Что. За. Чертов. Ад.
Мои знания о течке были минимальными. Она была у животных, у фейри, но я никогда не ожидала, что меня это затронет. Я никогда не думала, что со мной такое случится, поскольку это не имеет отношения к теням, но, судя по тому немногому, что я знала, это был период, когда самка отчаянно хотела спариться, принимая любого самца, который предлагал себя. Я застонала, понимая, почему я отреагировала так на поцелуй Эйдена, прикосновение Брэндона и близость Малахии.
Отвратительно.
Мое тело содрогалось от отвращения и ярости, а кожа горела, когда я надвигалась на него, не зная, что делать. Он знал, что это произойдет, но не предупредил.
— А подарок, о котором ты говорил?
Он потер затылок, его крылья поникли, поскольку он избегал смотреть в мою сторону.
— Я не думаю, что поступил правильно. Это было… но сейчас нет, — его взгляд встретился с моим, в его глазах промелькнуло замешательство. — Я не знаю, что пошло не так.
Он вел себя так, словно мог видеть будущее. Я нахмурилась. Мог ли он?
— Ты… ты думал, что станешь моим подарком? — я помахала рукой между нами, совершенно сбитая с толку. — Ты оставил меня в темнице! Бросил меня в самый худший момент моей взрослой жизни, и ты, что? Думал, попытка совокупится со мной будет для меня радостным событием?
Малахия двинулся ко мне.
— Нет, я… это должно было принести тебе радость. Я не понимаю.
Я попятилась от него, останавливая его рукой.
— Ты все время забываешь, что у меня уже есть пара. Поверь мне, когда я говорю тебе, с ним и так слишком тяжело справиться.
Малахии не понравилось это напоминание, ни капельки. Его челюсть сжалась, и он стиснул зубы.
— Как я уже сказал, это можно исправить.
— Нет, — заявила я. — Я не хочу, чтобы это исправляли.
По крайней мере, пока. Мои чувства к Райкену в лучшем случае сбивали с толку. Глубинная часть меня тосковала по нему, в то время как большая часть возмущалась его уходом. Было так много смешанных чувств, когда дело касалось нас двоих, но я не могла отрицать жгучее желание, которое наполняло мои чувства всякий раз, когда я смотрела на него, когда я прикасалась к нему, когда он прикасался ко мне. Я была обязана себе — дать шанс действительно узнать его, разобраться, где заканчивается связь и начинаются искренние чувства.
Из угла комнаты донесся громкий хлопок, и появился Райкен, словно по наитию. Искры молний с треском отражались от его фигуры, серебристые волосы развевались в воздухе, глаза горели металлическим блеском. Его ладонь поднялась, и из нее вылетела странная сила с серебряными тенями, тени, которые казались странно знакомыми. Его сила ударила Малахию прямо в грудь.
Малахия зашипел от взрыва и отшатнулся назад, ударившись о стену. Он рухнул, схватившись за грудь и кашляя маленькими брызгами крови. Чернильно-черные тени обвились вокруг его тела, и глубокий грохот исходил из темного дымного облака, прикрывавшего его.
Райкен швырнул серебристый огненный шар в сторону темных теней, но они проглотили его целиком. Его ладонь поднялась в очередной попытке, но его тело заглушило мой крик.
Я больше не могла этого выносить — боль превратилась в жгучее желание и похоть. Мои внутренности расплавились, и еще один крик сорвался с моих губ.
Глаза Райкена встретились с моим голодным взглядом, и он двинулся вперед с горящим решимостью взглядом, безвольно остановившись передо мной. Его прохладная рука коснулась моего лица, мягкий бальзам для моей разгоряченной кожи. Я наклонилась навстречу прикосновению и потерлась носом, мурлыканье вибрировало где-то внутри меня.
Райкен ухмыльнулся.
— Я нужен моей маленькой вороне?
— Да, — я обнаружила, что умоляю не совсем своим голосом. — Ты мне так сильно нужен. До боли. Это причиняет боль.
Он усмехнулся, и мой взгляд переместился на кучу теней на краю комнаты, те, что отказывались исчезнуть.
Райкен ущипнул меня за подбородок и снова поднял мой взгляд на себя.
— Он может посмотреть.
Глава 17
Райкен
Мой комментарий был шутливым. Если этот демон хотя бы посмеет взглянуть на это, он умрет. Я уже был достаточно разъярен тем, что он пытался прийти сюда, пока она была здесь, наиболее уязвимая, и единственная причина, по которой я еще не убил его, заключалась в требованиях Эулалии.
Было бы неразумно попытаться его убить, прошептала она, и эти слова наполнили меня разочарованием, потому что попытки не будет — только успех.
Ведьма постоянно испытывала мое терпение, требуя, чтобы я оставался на правильном пути судьбы. Я был почти уверен, что это мой переломный момент.