Синяя борода и солнечный зайчик - 2: До самой луны и обратно (СИ)

Неожиданно к обеду приехали родители Грегор и Алистэйр Мак-Грегоры. Они с независимым видом фланировали по саду, но, судя по тем взглядам, которые бросали на Кантарини, было понятно, что приехали они сюда не по своей воле и радости от того, что они здесь, не испытывали. Теодор, помня последнюю встречу с папочкой, старался не показываться ему на глаза. Он смотрел на репетицию из-за кустов и решил, что ничего плохого не случится, если он побудет подальше от родителей и деда. Если дедуля смог Анджея довести до белого каления, то, пожалуй, следует держаться от него подальше.
Чем заняться в пустом доме? Правильно, музыкой! Тео пританцовывая, отправился в музыкальный салон, но там уже сидел Эмиль и, как всегда, что-то быстро строчил на нотной бумаге, время от времени наигрывая одной рукой на рояле. Тео замер в дверях, любуясь. Когда братик сочинял музыку, он становился таким вдохновенно-нежным и красивым. Зайка дождался, когда Эмиль остановится и обнял его со спины. Как хорошо иметь так много братьев!
У Эмиля тоже не было никакого желания встречаться с родителями. Он рассказал Тео, как здорово жить самому, когда никто не командует и не заставляет делать чтобы-то ни было. У него теперь появился продюсер, который занимается уже написанными работами Эмиля и кроме этого уже приносит заказы на новые. У него сейчас очень интересная жизнь. Вот, например, всю последнюю неделю он занимался тем, что писал музыку к новому сериалу. У него в гостях побывали режиссёр и музыкальный редактор этого сериала, они рассказали краткое содержание сериала, и что они хотели бы в качестве музыкального сопровождения их творения. И Эмиль, окрыленный тем, что его работы нравятся многим людям, был готов летать от счастья.
Тео напел с листа только что написанную вещь, чтобы брат мог со стороны оценить звучание. Эмиль предложил другую вариацию этой же темы, Тео исполнил и ее. Они так увлеклись процессом, что и не заметили, как в комнате стали появляться люди. Это были молодые альфы из рода Мак-Дугаллалов и Мак-Бинов. Новообретенные кузены со смехом рассказали, что сами напросились вместе с дедом на репетицию потому, что они, познакомившись с Анджеем во время командировки и путешествия на «Молоте Тора», сразу влюбились в него, и им не терпелось посмотреть на его избранника. А вдруг у них все же появился бы шанс покорить гордое сердце необыкновенного омеги? И только увидев собственными глазами, с какой любовью и нежностью эта пара общается, они отступились и теперь подсмеивались над своей надеждой.
Теодор на правах хозяина дома позвонил слугам и велел принести чая. Стоило только всей компании сесть, как в дверях появились Луиза с Эркюлем. При виде двух омег альфы подскочили из-за стола, и процесс знакомства возобновился. На стол поставили дополнительные приборы и придвинули стулья. В большой компании было легко и приятно, альфы рассказывали о том, как познакомились с Анджеем, о службе и клане. Эмиль с Тео даже не представляли, что у них такая многочисленная родня со стороны отца. Они привыкли воспринимать отца чуть ли не сиротой, и всегда знали только родственников папы, многочисленное и шумное семейство Аберкорнов.
Луиза рассказывала о семействе Аберкорнов. Молодые альфы слушали ее, приоткрыв рот от восторга. Ведь такая красавица тоже оказывается их родственница! Эркюль жеманничал, и Тео вдруг успокоился на его счет. Ну, спрашивается, зачем он ревновал к нему? Эркюлю, похоже, все равно кому строить глазки. Вскоре на запах свежей выпечки к ним присоединился похожий на добродушного мишку из зоопарка Свен. Большой и милый, а тату на пол лица, по мнению Тео, только добавляло ему обаяния. Следом появились близнецы Бим и Бом. Дружеские посиделки плавно перетекли в обед.
После обеда Теодор смог выпытать у разомлевшего от еды Свена причину раздражительности Анджея. Оказывается, перед отлетом в командировку Анджей пообещал Мадлену, что не будет сопротивляться торжественному бракосочетанию в кругу друзей и близких на лужайке перед домом. Только вот у Мадлена и Анджея оказались разные представления о количестве друзей и близких. Но Анджей мог только скрипеть зубами, они ведь не оговаривали количество, а Мадлен как бы и не нарушал договора, все были исключительно свои: многочисленная родня и «самые» близкие друзья. И бракосочетание проходило на лужайке перед домом, только не домом Динлохов, а большим особняком Кантарини. Формально придраться было не к чему, только конечный результат был диаметрально противоположный от ожидаемого.
 
Ну, тогда понятно, почему его брат такой раздраженный! Тео подошел к окну и посмотрел на лужайку перед домом. Там Мадлен строил деда и всех вокруг. Голосов слышно не было, но, судя по жестам, дед успел и милого Мадлена довести до состояния кипения! Дед оказывается интересный человек, раз смог довести до бешенства спокойного, как удав, братика и терпеливого и насмешливого Мадлена! Но вот к Мадлену подошел Доминик и, мягко улыбаясь, оттащил его от возмутителя омежьего спокойствия. Вот он поцеловал ему руку и предложил куда-то пройти. Тео только глазами впился в парочку, он не ревнует! О нет, он спокоен и совсем не ревнует!
Теодор выскочил из дома и бросился к собранию гостей, выискивая возмутителей его спокойствия. Он пробежал мимо родителей и застыл, увидев, как Мадлен с Домиником кружатся в вальсе под звуки свадебного оркестра. Тео мысленно отвесил себе оплеуху. Ну нельзя же так, в самом деле! Доминик ведь любит его, Тео, а Мадлен просто гость в их доме! Ну, конечно же, Доминик, как вежливый альфа, увидел, что омега был разозлен, и пришел ему на выручку! Тео почувствовал себя капризным ребенком, который не хочет делиться с другими любимой игрушкой! Надо научиться доверять своему альфе! Ведь он не может быть с ним каждую минуту!
Пока Тео обдумывал новую для себя мысль, до него донесся обрывок разговора между Анджеем и Робертом:
- С удовольствием потанцую, а то последний раз был в ночном клубе во время очередного задания, когда, знаете ли, было вовсе не до танцев, – Анджей грациозно потянулся.
- Я тоже хочу потанцевать, - Теодор неожиданно выскочил, как чертик из табакерки, – возьми меня с собой. Я тоже хочу в ночной клуб. НУ, ПОЖАЛУЙСТА!
- А где ты был? Я тебя все утро не видел, – Анджей удивился, увидев брата.
- Я от родителей прятался, – честно признался Тео, скромно потупив глазки, – отец, как меня увидел, так челюсть уронил, а папа сделал вид, что меня не замечает. Ну, или не узнает, – Тео явно загрустил.
- Ну, может реально, не узнает? – Анджей попытался приободрить мелкого, – я тебя тоже со спины не узнал.
- Да ладно, - попытался улыбнуться Тео, – пусть лучше не узнает, чем орет. Не хочется тебе репетицию портить его причитаниями, какой я безответственный, какая я «головная боль» и как ему не повезло с детьми. Возьми меня с собой, а то он меня поймает вечером и заклюет.
– Не заклюет, ты теперь не его головная боль, а Доминика, – Роберт улыбался, глядя на несчастного Тео.
- Ладно, пошли. Нас там будет все равно человек двадцать пять – тридцать. Хоть до свадьбы перезнакомишься с частью родственничков, – согласился Анджей.
- Я уже кое с кем познакомился! Ну, возьми меня с собой! - Тео с такой мольбой смотрел на брата, что у того духа не хватило отказать младшенькому.
- Ладно, уговорил, пойдешь со мной в клуб. Вокруг столько братиков внезапно нарисовалось, что уж за одной-то занозой присмотрят.
- А можно я с другом приду? – Тео подпрыгивал в нетерпении.
- Ладно, за двумя занозами, – Анджей с улыбкой смотрел, как Теодор бежит к дому, подпрыгивая на ходу и размахивая руками, – ох, он совсем еще маленький! Ну, вот как его можно было отдать? Такого беззащитного?
- Вопрос, конечно, интересный, но спорный. Еще неизвестно, кого там надо защищать, а от кого защищаться.
========== Дедуля ==========
По дороге к дому Теодора перехватил Один МакГрегор.
- А ты, стало быть, мой младшенький внучек? Теодор, кажется?
Тео захотелось съязвить о том, что надо делать, когда кажется, но связываться с человеком, который смог довести Анждея и Мадлена, не хотелось. Взяв себя в руки и придав лицу самое невинное выражение, он медленно повернулся к Мак-Грегору. С таким лицом Тео всегда признавался папеньке в своих прегрешениях, будь то разбитая ваза или порванные брюки.