Пси-ON. Книга I (СИ)
К счастью и всеобщему удивлению, пострадавших не оказалось, и дежурную медбригаду не стали срывать с их поста. При том никто не удивился бы, получи Артур или Литке травму, ведь их бой больше всего напоминал именно бой, а не студенческое соревнование. Жестокая и беспощадная стычка на грани.
Даром, что напрямую друг по другу никто не бил, судя по тому, что всё закончилось без технического поражения одной из сторон…
— Ты это видела? — Хельга первой подала голос, повернув голову к той, кого совсем недавно игнорировала.
— Всё, от первой до последней секунды. Поразительно…
— Я тоже не ожидала такого. Никто не ожидал. Он впервые пробудился всего лишь четыре дня тому назад, а сейчас… — Девушка задумчиво покачала головой. —… одолел того, кто учится уже два с половиной года. Можно подумать, что он не тот, за кого себя выдаёт. Но…
— Но? — Ксения не выдержала затянувшегося молчания.
— Он точно Артур Геслер. Его проверили от и до. Я сама видела распечатку с событиями дня нашей встречи, видела отчёты… — Хельга резко обернулась и прищурилась. — Не то, чтобы я должна была тебе об этом рассказывать!
— Я никому не скажу. — Мягко улыбнулась Ксения, про себя решив, что Артуру точно стоит знать о том, насколько глубоко под него уже копнули. — Но я удивлена. Артур ещё и аэрокинет…
— Аэрокинет? — Аловласая девушка успехнулась. — Он настоящий универсал. Может практически всё, а что не может — скорее всего временно, от недостатка знаний. Неужто он тебе об этом не сказал, м?
— Не сказал… — Вопреки ожиданиям Хельги, сидящая рядом девушка не расстроилась. Но удивилась, и крепко-накрепко задумалась. А потом резко и совершенно неожиданно для собеседницы хитро прищурилась. — Зато ему интересна я, а не кто-то ещё. Так важно ли остальное?
Пока Хельга меняла выражение лица с выжидающе-хищного на в лучших чувствах оскорблённое, Артур Геслер поудобнее устраивался на скамейке в комнате ожидания, рассматривая экран с постепенно появляющимися «двойками», прошедшими в четвертьфинал.
И надо же: его противником оказался именно тот, с кем парень так хотел встретиться на «поле боя»…
Глава 13
Безумцы слепы
Я ощущал направленные на арену эмоции даже сейчас, в утопленном под землёй помещении и по прошествии пяти минут с завершения предыдущего раунда. Удивление, уважение, опасение, восхищение и многие другие эмоции плавали вокруг, будто бы требуя, чтобы их схватили. Знал ли я о том, что эхо человеческого разума может так себя вести? Нет. Но теперь знаю, а остальное… не так уж и важно, наверное? Уж точно не важнее того, что в зале ожидания я находился в гордом одиночестве, если не считать персонала, мелькающего перед глазами и, по всей видимости, латающего арену. Дорогое всё-таки это удовольствие — соревнование между псионами. Но и мы с Литке-младшим сами молодцы: разошлись не на шутку, и не иначе как благодаря соблюдению правил и отличному самоконтролю друг друга не поубивали. Без ускорения сознания я бы никак не справился, а это уже указывает на то, что сейчас кто-то сильнее огненно-ледяного парня может образно надавать мне подзатыльников.
В плане масштабов воздействий я был серьёзно ограничен дистанцией прямого контроля над этими самыми воздействиями, и Литке-младший показал, что с такими может сделать худо-бедно обученный боевик. Думаете, арену он своими силами переработал на щебень и обломки? А вот ни разу! Это мои попытки дотянуться до его сферы пресекались, стоило только подконтрольным мне явлениям выйти за пределы радиуса в десять метров. И это моя плазма с телекинетическими волнами крушили всё подряд, меняя траекторию полёта и регулярно вынуждая судью перехватывать то, что летело в зрителей.
Литке-младший в принципе очень быстро обнаружил мою слабость, но не учёл многозадачности, произрастающей из ускорения сознания. А без неё я бы продул секунд через двадцать после начала боя, и при том — вообще без шансов. Так что в каком-то смысле уже третий раунд слегка охладил мой пыл, а впереди маячил четвёртый, против псиона, который обладал полноценным вторым рангом квалификации: об этом на моём любимом экране было написано прямым текстом, ибо теперь участников стало меньше, а информация о них — подробнее. И я со своими сроками обучения и пробуждения, а так же перечнем направлений смотрелся на этих «билбордах» крайне забавно. Этакий чёрт из табакерки, пролезший в четвертьфинал и потенциально способный пройти дальше.
А вот лысый, мой заклятый друг, оказался с сюрпризом: пирокинетика, телекинез… и телепатия.
— Артур Геслер, проследуйте за мной. Смена арены.
— Да, конечно. — Я встал, двинувшись следом за молодым мужчиной в представительном костюме. Идти пришлось недолго, ибо здесь, под землёй, коридоры «только для персонала» связывали воедино всё и вся практически напрямую. Всего пять минут, и вот я уже нахожусь в новеньком зале ожидания, который вообще не нёс на себе следов недавнего использования. Всё на своих местах, никаких тебе сумок, грязи и прочих следов эксплуатации. И сам по себе он очень маленький. Уж не центральный ли это треугольник, вокруг которого и были разбросаны остальные арены? Если так, то автоматически отметается множество «дисциплин», применимых только по дороге к полуфиналу, на малых аренах. Может ли быть такое? Теоретически — да, была там сноска, указывающая на то, что если время позволяет, то уже с четвертьфинала можно проводить раунды в центре арены.
Что ж, мне так только лучше… наверное.
— Артур Геслер! — Я уже направлялся к выходу на поверхность, ибо система внутреннего оповещения срабатывала чуть раньше, чтобы участники успели спокойно подойти к выходу. — Василий Карганов! Дисциплина: уничтожение и защита плазменных тройственных сфер.
Что ж, его имя-фамилию я уже знал, но мне она ни о чём не говорила. Потому сейчас лучше сосредоточиться на деле, а именно — подготовке к столкновению. Мы уже вышли на заметно «растолстевшую» арену, представляющую собой треугольник со сторонами в пятьдесят метров каждая. Вроде бы и здоровая дура, но из центра я буду покрывать чуть меньше трети площади всей арены, что уже можно считать приемлемым. И отлично будет только в том случае, если я «раскачаю» дистанцию воздействия до, хотя бы, полусотни метров.
Но судя по моей прогрессии, без целенаправленных тренировок это произойдёт ой как нескоро…
Судья жестом и звуковым оповещением дал отмашку на начало пятнадцатисекундного временного отрезка, позволяющего свободно подготавливаться и использовать любые манипуляции на своей части арены, и я, разом подобравшись и ускорив сознание, создал три десятка плазменных снарядов разных форм и размеров, попутно ведя подготовку по их «усложнению». Обычные сферы отвратно себя показали ещё в прошлом раунде, а в этом на них в принципе нельзя было полагаться: лысый как минимум не слабее Литке-младшего, а то и значительно сильнее. И я не полагался, справедливо решив, что раз уж я могу свободно ускорять сознание, то не подготовить сложную, многоуровневую атаку будет просто глупо. Что можно сделать за пятнадцать секунд реального времени и пятнадцать минут субъективного? О, позвольте я продемонстрирую это на практике!
Первым делом я, не мудрствуя лукаво, организовал плотную паровую завесу, лишив оппонента возможности полагаться на основной человеческий орган чувств: зрение. Аэрокинетика позволила не пустить пар на нейтральную полосу, так что о техническом поражении я мог не беспокоиться, спокойно подготавливая комплексный удар сразу двумя направлинями псионики: пирокинезом и телекинезом. Всё остальное я решил использовать в качестве вспомогательных средств, которые позволили бы мне без эксцессов приблизиться к противнику и, возможно, подавить его сферы своей волей.
Вот уж с чем у меня не было проблем, так это с ней.
Звон гонга ознаменовал начало раунда, и с моей стороны из пара вырвалось три десятка плазменных сфер, хаотично переплетённых друг с другом плазменными же жгутами, которые я удерживал телекинезом. А для того, чтобы вся эта прелесть не развалилась к чёртовой матери в первые полсекунды со старта, я телекинезом подхватил себя самого, и вместе с «подзащитными» сферами ринулся в самую гущу событий. Но за долю секунды до того, как вся эта мощь должна была обрушиться на сферы лысого урода, я ощутил мимолётное касание чужого разума.