Развод. Я не смогу тебя простить (СИ)
Ужасно смущаюсь, как будто это мой первый поцелуй. И от этого по-идиотски себя чувствую.
И немного злюсь. В этом мужчине все идеально. Даже целуется он божественно. Но все равно, категорически мне не подходит! Хотя бы просто потому что мы коллеги.
Но скоро уже не будем. Я собираюсь сменить место работы.
Все, стоп, сейчас надо думать о своих прямых обязанностях! Нельзя вот так растекаться лужицей от того что тебя поцеловал красивый самец!
Вот такой раздрай мыслей.
Чтобы немного отвлечься все же завариваю себе чай. Нахожу пакетик черного, кипяток почти остыл. Делаю пару глотков и на кухню заходит Кирилл.
— Я готова. Поехали! — прошу нервно.
— Как насчет ужина сегодня вечером? — спрашивает с легкой улыбкой.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— А мне кажется — отличная.
— Ты слишком давишь. Слишком торопишься.
— Знаю. Просто ты такая красивая…
— Кирилл, умоляю, идем уже!
Вздыхает. Дотрагиваюсь до своего пальто. Оно еще сильно мокрое. Вздыхаю.
— Придется одолжить тебе верхнюю одежду. Сегодня приедешь на работу в мега нестандартном виде, — усмехается Зарубин.
— Не вижу в этом ничего забавного. Уж как-нибудь доберусь…
Но он решительно забирает из моих рук мокрую вещь. Открывает шкаф.
— Все в твоем распоряжении. Вот, есть плащ. Не сильно теплый, зато мне маловат. Сестра купила два года назад, так и висит, ни разу не надел. Похудеть под него не получилось.
Плащ стильный, темно-кофейного цвета. Мужской, да. И тонковат, но зато можно затянуть поясом. Выбора у меня особенно нет.
— Тебе идет. Выглядишь потрясающе.
— Спасибо, — торопливо заплетаю косу.
Наконец мы спускаемся к машине. Кирилл открывает мне переднюю дверь. Опускаюсь на сидение. Он садится на место водителя, включает подогрев. Как будто мы пара и давно вот так ездим на работу вместе. Меня пугает быстрота, с которой все происходит…
Ехать чуть больше километра, так что занимает какие-то минуты. По ощущениям — мгновение.
Наверное, надо было попросить Кирилла высадить меня не доезжая. Но я слишком тороплюсь.
— Спасибо большое, что помог. За все!
— Так что насчет ужина? Мне бронировать столик?
— Не сегодня, ладно? Я очень опаздываю.
Удаляюсь поспешно, но успеваю заметить наблюдающую за нами у главного входа Попову. Ну что ж, раз главная сплетница увидела — скоро будет знать вся больница. Хотя, что собственно знать? Что меня подвез коллега? И я свободная женщина!
Так думаю, пока надеваю халат, принимаю пациентку.
Под конец приема мечтаю о кружке горячего чая. Меня знобит. Наверное, надо принять противовирусное. И спросить у Лиды, есть ли у нас лимон.
— Соблюдайте мои рекомендации. Беременность протекает по плану, все хорошо.
— Спасибо вам большое, Алена Викторовна.
— До следующей встречи. Всего хорошего.
Пациентка уходит, я поднимаюсь с кресла и не успеваю дойти до двери. В кабинет врывается Георг. Он выглядит взбешенным.
— Это все, на что ты способна?! Трепать мне нервы? — вопрошает, сверля меня глазами.
— Я не понимаю, о чем ты. У меня всего десять минут, и есть планы куда интереснее, чем выслушивать твои странные вопросы.
Пытаюсь выйти, но бывший преграждает дорогу.
— Нет, мы поговорим.
— Не о чем, Георг! Или ты меня не слышишь?
Дверь открывается, заглядывает Лида.
— Алена Викторовна, чайник закипел.
— Спасибо дорогая, у нас есть лимон? — чихаю.
Георг вынужден был отойти от двери, и я, воспользовавшись, выхожу из кабинета.
— Кажется есть. Вы простудились?
— Все еще очень надеюсь, что нет. Машина, будь она неладна! Опять сломалась, — качаю головой.
— Пойду приготовлю вам чай, — Лида убегает.
— Алена! — громовой голос мужа позади, я ускоряюсь по коридору, в стороны комнаты отдыха. Неужели Вознесенский не понимает, что позорится, и добавляет таким поведением сплетен? Что ему надо от меня.
— Ты от меня не убежишь, поняла? — хватает за руку. Толкает к стене.
— Да что тебе от меня нужно? Зачем ты устраиваешь сцену, Георг? Тем более здесь! На работе! — шиплю на бывшего. Хочется наорать, но мы и так привлекаем слишком много внимания.
— Потому что ты меня доводишь! — рычит взбешенно. — Ничего другого тебе в голову не пришло? Решила меня на ревность вывести? Так бесишься, что предпочел тебе другую?
— Отпусти меня немедленно! Убери свои руки, — вырываюсь. — Думай что угодно!
— Я думаю, что ты тварь последняя. Адвоката наняла, обиженную из себя разыгрывала. Может и когда вместе были, изменяла мне?
— Какой же ты мерзавец! — меня колотит, перед глазами темнеет. — Знаешь, я даже благодарна Игнатовой, что глаза мне открыла. И что забрала тебя!
Лицо мужа становится серо-бледным. Судя по бешеному выражению, он готов поднять на меня руку.
— Повтори, что ты сказала!
— Живи своей жизнью, Георг! Забудь уже обо мне! Все! Хватит!
— Отпусти ее, — Кирилл появляется внезапно. — Быстро руки свои убрал!
— Ты как смеешь с главным разговаривать? Вон пошел, щенок!
Но отходит от меня на шаг. Я готова бессильно сползти по стене. Не понимаю, каким чудом на ногах держусь.
— Ты кто такой вообще? Ничтожество! Жалею, что взял тебя сюда. Но как взял, так и вышвырну! Докторишка вшивый!
— А мы сейчас о медицине спорим? Или о личном? — спокойно спрашивает Зарубин.
— С какого момента моя жена стала твоим личным, щенок?!
— Жена? Ты ничего не попутал? Или склерозом страдаешь?
— Кирилл, прекрати немедленно, — хватаю Зарубина за плечо. — Не вмешивайся!
— Слышал? Отойди от Алены! Совсем охренел! Или место свое потеряешь!
Мы привлекаем внимание. Уже несколько медсестер в конце коридора испуганно на нас пялятся. Ужас полный! Надо это прекращать немедленно!
И тут появляется Игнатова. Бежит к нам, обхватив свой живот ладонями.
Георг и Кирилл наступают друг на друга.
— Георг, мне плохо! Я, кажется, рожаю! — голос Светланы. — Помогите… Мне плохо. Мне нужен врач!
Во мне включается профессионал. Подзываю медсестер, быстро прошу привезти каталку. Везем любовницу мужа на узи. Сейчас мне не до личного к ней отношения.
— Успокойтесь. Все будет нормально, — кидаю ровным голосом самой нежеланной, но увы, пациентке. Передавать ее сейчас кому-то нет времени. Хочу как можно скорее с этим покончить. И надо срочно увольняться! Это уже дурдом.
— Этот громила навредит Георгу! — плачет Светлана.
— Никто никому не навредит. Ерунду не говорите.
— Это из-за тебя, Алена! Ты же понимаешь! Зачем ты это спровоцировала? Не могла иначе, да? Хочешь его вернуть? — захлебывается истерикой.
— Ага, мечтаю. Это было представление, да, Светлана Петровна? По УЗИ все нормально, рожать вам рано еще, — сообщаю устало.
День просто кошмарный. Скорее бы он уже закончился!
— Тебе помогла, — ничуть не смущается Светлана. — И любовничку твоему. Если бы набил морду главному врачу, ну куда бы его потом взяли, а? Кстати, вкус ничего так у тебя. Быстро ты красавчика окрутила.
— Как же без твоей похвалы, да? Я бы чувствовала себя обделенной, — усмехаюсь.
— Ой, ладно тебе, Алена Викторовна. Молодой и горячий Кирилл куда лучше пятидесятилетнего.
— Уже не рада своему трофею?
Ничего не ответив, Игнатова ловко поднимается с кушетки.
— Всего хорошего, доктор. Лучше тебе побыстрее сменить работу. Сама видишь, ну нельзя вам с Георгом работать вместе.
Ничего не отвечаю. Она права в этом, конечно. Такая нездоровая обстановка вредит всем. Так и оставшись без вожделенного горячего чая, спешу к следующим пациентам.
Не знаю, как мне удается провести еще три приема спокойно и профессионально. Одна из пациенток очень нервная. Этот ее настрой и мне передается, буквально колотит. Так что, освободившись, я решаю не пропускать свою тренировку. Мне просто необходимо выпустить пар, разрядиться. Спускаюсь на цокольный этаж больницы, где располагается спортзал для сотрудников. Хожу сюда два-три раза в неделю. Это помогает держать форму и очень удобно, не надо тратить время на дорогу в фитнес клуб.