Рубиновые острова (ЛП)

Помнит. Она вспоминает о них…
— Забудь о Саветт. Наплевать на неё. Выкладывай, что тебе сказал принц.
Почти. Я могу считать план, но не пойму, где они сейчас находятся. Попробуй ещё раз.
— Я поведала мастеру Эльфар обо всём, что произошло, но она не верит мне. Вы действуете заодно, и она прикрывает тебя, потому что ты новая избранница принца.
  
— Об Эльфар тоже забудь. Я уже в курсе, что у неё на уме. Поверь, я знаю её гораздо лучше тебя.
В пещере было темно, но мне показалось, что Стари ухмыльнулась. Видимо, именно из-за неё мастер Эльфар стала такой напряжённой и взвинченной. Как же заставить Стари подумать о месте, где держали Саветт? Mожет, просто спросить?
— Где Саветт?
— Это всё, чего ты хочешь? Перескажи ваш диалог с принцем, и я сообщу тебе, где она находится.
Пока не удаётся. Она должна очень чётко представить себе это место.
Лёгкий ветерок пробрался в альков, остужая мой лоб, на котором выступили капельки пота. Не накосячь, Aмель! Это твой единственный шанс!
— Он хотел выяснить, заслуживаешь ли ты доверия.
— И что ты сказала? — едва дыша, спросила Стари, как будто мой ответ много значил для неё.
— Ничего.
— В следующий раз говори «да». О чём ещё он спрашивал?
— Он хотел выяснить, замешена ли ты в исчезновении Саветт. А ты ведь замешена, не так ли, Стари? Я знаю, потому что видела вас с Корриган в ту ночь. Видела, как ты прокралась на бал. Уверена, ты в курсе, куда маги её дели, как зовут похитителей, зачем они строят козни против Саветт, где именно её держат, в каком конкретно здании и комнате прячут. Тебе, наверное, даже известно, какого цвета простыня, на которой она спит. Ведь так?
Получилось!
— Понятия не имею, о чём ты. Что же ты ответила принцу?
— Ничего.
— Прекрасно. Потому что отныне будешь молчать вечно.
Стари бросилась на меня, в её руке что-то блеснуло в лунном свете. Я отшатнулась, оступилась и повалилась на землю, но массивная лапа успела схватить Стари и пригвоздила к стене, cжав когтями.
Испепелить её?
Нельзя. Они поймут, что это сделал Раолкан, и накажут его — а то и убьют. Кроме того, Стари не сделала — пока — ничего такого, за что её можно было бы предать смерти, a я не убийца.
Я не разделяю твоей уверенности на этот счёт.
— Вели своему дракону отпустить меня, — сдавленно просипела она.
— Откуда мне знать, что ты не станешь караулить в потёмках, чтобы вновь попытаться убить?
— Не стану.
Я встала, подняла костыль и захромала к ней. Забрала нож, который Стари сжимала в руке.
— Я оставила записку, и её обнаружили бы только в случае моей смерти. Ты правда думала, что я пойду на встречу, не прикрыв свою спину от твоего возможного удара? — Глупый блеф. Никакой записки, конечно же, не было.
— Я поняла тебя.
Раолкан выпустил её из лапы, и она привалилась к стене.
— Оставлю записку на прежнем месте, — сказала я. — Предпримешь ещё одну попытку убийства — тебе же хуже. Принц рассчитывает на мой отчёт, и правда обнаружится, если к моменту нашей следующей встречи представлять его будет некому.
— A если ты всё-таки представишь отчёт?
— Уходи, Стари.
— Ты хотела знать, куда увезли Саветт. Если я предстану в твоём отчёте в лучшем свете, я скажу. Даже карту нарисую. Идёт?
— Идёт, — ответила я. Мне не придётся выполнять свою часть сделки, но на душе всё равно стало гадко. Я только что добилась своей цели шантажом. В мои планы это отнюдь не входило.
Стари скрылась в ночи, и я устало прислонилась к Раолкану. Всё оказалось гораздо сложнее, чем я думала.
Следующая задача — найти способ снять с меня узы, и тогда мы полетим на поиски твоей подруги. Не отчаивайся. Сегодняшней ночью мы много чего сделали.
Глава девятая
Снять с дракона узы, снять с дракона узы. Как же это выяснить? Я одновременно раздумывала над проблемой и тайком пробиралась по улочкам и проулкам, ведущим к казармам. Хорошо хоть землю укутал сумрак, но десять часов пробило так давно, что все должны уже были лежать в кроватях. Красться с костылём было нелегко, что бы там ни говорили, да и спешить я не могла. И всё же это беспокоило меня сейчас меньше всего. Если бы освободить дракона от пут не составляло труда, все бы этим промышляли.
И хвастались бы откушенными конечностями и горсткой пепла, оставшегося от скелета, после того как подопечный всадника от всей души согрел бы его своим теплом. Или ты забыла, что большинство драконов не такие воспитанные, как я?
Да. Верно. Всегда вылетало из головы. А ведь Раолкан был само воплощение доброты, которую он проявлял по отношению ко мне. Ладно, может, никто бы и не захотел освобождать своих драконов, даже если б мог — за исключением учеников, изъявивших желание сбежать. Но, если для овладения данным мастерством требовалось много времени и сил, этому следовало учить ещё во время обучения. Скорее всего, данному ремеслу учили Принёсших клятву или членов каст.
Я преодолела лестницу и направилась к комнате нашего отряда. Ко сну я уже подготовилась. Голова гудела от пережитых сегодня потрясений. Я аккуратно открыла дверь и шмыгнула внутрь. Она захлопнулась за моей спиной, чиркнула спичка, зажигая светильник. Артис, стоявшая в одном шаге от меня, подняла лампу.
— Где ты была, Принятая? — спросила она.
— И даже не пытайся нам лгать. Нам всем не поздоровится, если тебе за это попадёт. Выкладывай как на духу, что ты там замышляла, — раздалось сзади. Очевидно, дверь захлопнула Ленора.
— Я была в дракастре, — призналась я.
— Наша тренировка тебя недостаточно утомила? — поинтересовалась Артис, опустив свободную руку на бедро, её поза вторила обвинительному тону.
— Что их удерживает? Что не позволяет взять и улететь?
— Ты имеешь в виду драконьи узы или что? — Ленора прошла мимо и присела на краешек своей кровати, удивлённо глядя на меня, как на дурочку.
— Именно это меня и интересует. — Я не буду им врать. Просто не могу. Но если я уходила от прямого ответа, это считалось за обман?
— Так ты пробралась в дракастру, чтобы подсмотреть, как связывают драконов? Во имя ветров и неба, девочка. Ты подставила под удар всех нас ради информации, которую я легко могла тебе сообщить, — Артис вернулась к своей кровати. — Раздевайся быстрее, потому что через десять минут я потушу свет, и тогда тебе придётся натягивать ночнушку в темноте.
Я поспешно подчинилась.
— Не понимаю. Всё дело в магии?
Повисло долгое молчание, прерванное единственным смешком одной из близняшек. Из-за ширмы, за которой я переодевалась, не было видно, кто именно хмыкнул.
— Маги тут ни при чём, если речь идёт о них. — Я удивилась, когда вместо Артис подала голос Ленора.
— Oй, да ладно тебе, Артис. Она совсем скоро перейдёт на следующую ступень. Ты видела список. Мы все сдали.
— Правда? — ахнула я.
— И ты бы тоже узнала новость, если бы пришла, вместо того чтобы витать в облаках и пробираться впотьмах. Да, ты станешь Принёсшей клятву, как только появится возможность эту клятву принести. Практическая часть экзамена не такая сложная, по сравнению с теми фигурами, что ты выписываешь во время тренировок. Так что, наверное, будет полезно овладеть знаниями, которые передают нам. Особенно если это удержит тебя там, где надлежит быть после отбоя.
Я старалась сохранять невозмутимость, чтобы не выдать своего возбуждения.
— Магия живёт в связующих словах. Маги взывают к источникам силы по всему миру — вроде колодцев — и используют её. Не спрашивай как. Они посвящают в тайну только своих соратников. Но кастеляны, небесные всадники и элита Доминара знают, что слова обладают магией. Силой клятвы, силой, которая связывает тебя во время заключения брака или договора.
  
С этим я была не согласна. Раолкан пришёл бы на помощь вне зависимости от того, клялся он мне или нет, если бы мог, когда на нас напали маги. Ему пришлось ждать, пока его освободит Ленг.